Проклятье Эвери
Шрифт:
Этот парень Эвери почему-то не понравился. В нем чувствовалась какая-то жестокость, гордость, которых не было в ее собственно «котике». Кстати, а где он?
Эвери оглянулась, но парня в шатре не оказалось.
Правда, он тут же появился у входа с наружной стороны, неся в руках небольшой сосуд для умывания.
Эвери поняла, что это для нее, и ей стало неловко.
— Вайлет, — произнесла она приглушенно, — это могли сделать служанки!
Но парень лишь печально улыбнулся.
— Я тоже слуга! Все в порядке…
— Нет! — отчеканила девушка, забирая из его рук сосуд и ставя его на пол. — Я хочу освободить тебя! Сейчас же!!!
«Кот» был очень изумлен. Но потом черты его лица смягчились, и он даже улыбнулся.
— Спасибо… Эвери, но, как я уже говорил, я должен побыть твоим рабом еще год….
— Тогда больше не выполняй грязную работу без необходимости! — приказала Эвери строго. — Ты… ты должен сохранить свое достоинство, несмотря ни на что…
Вайлет посмотрел на девушку с каким-то необъяснимым чувством, похожим на восхищение, а потом почему-то покраснел, опуская глаза…
— Спасибо… тебе, — пробормотал он и поспешил отвернуться…
После завтрака, состоящего из мяса и сыра, служанки пригласили Эвери последовать в центр палаточного поселения, и она, поправив на себе одежду, вышла из шатра.
Она была очень взволнована: чувствовала, что сейчас произойдёт что-то важное, и не ошиблась.
На небольшой площадке в центре палаточного городка набилось огромное множество народа. Ее уже ждали.
Главы племен стояли в центре, лениво переговариваясь друг с другом, но при появлении Эвери замолчали.
Навстречу ей вышел Рагул-северянин, который вчера проявлял к девушке самое пристальное внимание. Его одеяние из шкур и меха лоснилось в лучах утреннего солнца, а светлая борода сегодня оказалась аккуратно подстрижена.
— Госпожа, — проговорил он, широко улыбаясь. — Мы рады видеть вас! Позвольте познакомить вас с нашими людьми…
Сотни глаз смотрели на Эвери с неприкрытым любопытством, и ей стало не по себе. От беспокойства по телу начала тут же разливаться магия, и ее потоки побежали по рукам и ногам, рискуя вырваться изнутри в такой неудобный момент.
Пока Рагул заготавливал последующую речь, Вайлет тронул Эвери за плечо.
— Будь осторожна! Я чувствую… опасность…
Эвери насторожилась и привычным жестом потянулась к запястью, чтобы как будто снять браслет, но его на месте уже давно не было, и магия тут же напомнила о своей свободе ярким всплеском в груди.
Наверное, именно благодаря этому всплеску Эвери и смогла легко заметить летящую в себя стрелу, вырвавшуюся из толпы.
Магия среагировала столь бурно, что Эвери и сама изумилась до глубины души.
Вокруг ее тела вспыхнул яркий огонь, а из пальцев правой руки вырвалась молния и сожгла стрелу еще в полете. К преступнику же, стрелявшему в Эвери, полетел огненный жгут, поразивший его прямо в сердце, но не зацепивший никого в толпе.
Окружающие ахнули и начали разбегаться в стороны, а виновник упал на землю и забился в конвульсиях, исходя пеной изо рта.
Огонь, наконец, оставил его и вернулся обратно к Эвери, но сам огненный ореол вокруг ее тела никуда не девался. Он жег, но не опалял, и окружающие бурно зашумели.
Виновника нападения подняли двое северян, потащив куда-то прочь, и по шепоткам девушка поняла: он оказался родным братом Рагула.
За что этот незнакомец хотел её убить?
Отовсюду ловушки и враги!
Эвери почувствовала уныние.
Лидер северян стал мрачнее тучи и коротко извинился за своего родственника, но тут вперед выступил рыжебородый лысый мужчина, который взмахом руки заставил всех успокоиться и отрывисто произнес:
— Орул оказался предателем, пытавшимся совершить свою давнюю месть роду Гуарран: его дед погиб от рук Ирия Безжалостного, и сегодняшнее происшествие было ничем иным, как попыткой кровной мести. Госпожа! Нам очень жаль, — мужчина коротко поклонился в сторону Эвери, а потом, как ни в чем не бывало, продолжил: — Великое знамение сегодня посетило нас всех! Вы сами стали свидетелями этого чуда! И я просто обязан напомнить всем вам о том, о чем еще три седмицы назад нам всем пророчествовала многоуважаемая жрица Мирра: придет потомок великого рода, на котором будет печать исчезнувшего огненного дара, и именно он даст нам победу, которую мы ждем! Воля богов очевидна и непреложна: сей потомок должен стать во главе всех нас!!! Вы только что видели эту мощь своими глазами. Эта девушка — прямой потомок императорского рода де Гуарран, и на ней знамение огня! Не будем же гневить богов — поклонимся!
У Эвери голова шла кругом, и она всё происходящее воспринимала уже с трудом.
В голове пульсировала только одна мысль: разве она не ослышалась? Что значит «поставить ее главой над всеми»? Это же просто бред!!!
Но последующие поясные поклоны окружающих заставили Эвери осознать: ей это не показалось!
И как в подтверждение слов мужчины, пламя вокруг девушки разгорелось сильнее, вырываясь из нее на расстояние пары метров и доказывая всем, как на самом деле велика и могущественна сила, живущая у неё внутри…
Но Эвери не умеет быть главой! И… не хочет!
Глава 70. Планы на Эвери…
— Я не собираюсь подчиняться какой-то там девчонке! — голос вождя племени шишкеттов прозвучал довольно резко и выразил чувства большинства собравшихся в шатре совещаний.
Рагул раздраженно цокнул языком и зыркнул на выкрикнувшего с недовольством.
Тайро — король племени «котов» — раздраженно хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание.
— Мы сейчас не в том положении, чтобы выражать недовольство! — процедил он, и его длинная рыжая борода задергалась в такт движениям его рта. — У нас катастрофически не хватает магической мощи, чтобы выступить против Ашервана, а девчонка усилит ее в несколько раз! Она нужна нам, нравится вам это или нет! Вы сами видели, насколько в ней много силы. Сырой правда, неуправляемой, но с такой мощью от рода де Вуаллин не останется ни ростка!
— Но разве она согласится пойти войной на земли, в которых выросла? — послышался скептический голос вождя племен Шияна. — Судя по ее отношениям с рабом, она очень слабохарактерна…
Тайро мрачно зыркнул на говорившего, мгновенно уловив жирный намек: все в стане прекрасно знали, что раб, пришедший с девчонкой, был младшим сыном его рода. Сыном, уже давно и безвозвратно отданным в жертву…
— Все зависит от того, насколько правильно ее наставят! — заявил он, глядя своему незримому сопернику в глаза. — А уж об этой «правильности» я позабочусь!