Чтение онлайн

Брак Стивена не был таким уж благополучным, судя по его многочисленным романам. А Вольф, по мнению Анджелики, вел одинокую жизнь, намеренно подписавшись быть холостяком и не влюбляться до конца своих дней.

Для Анджелики эти двое стали воплощением поговорки «счастья за деньги не купишь». О, да, они могли позволить себе роскошные особняки, дорогие машины. Но выросшая в семье, где царит любовь, Анджелика не придавала такого важного значения деньгам, как это делали Вольф и Стивен.

Вольф смотрел на Энджел, думая, что вряд ли она расстанется с деньгами, узнав, сколько именно лежит на банковских счетах Стивена Фоксвуда! Если тот умрет... Мужчина стиснул зубы. Не дай бог!

— Разумеется, этот разговор чисто теоретический.

— Конечно! — воскликнула Анджелика.

Вольф кивнул.

— Питер Сомc заверил меня, что завтра сделает для Стивена все возможное; он один из ведущих хирургов в мире.

— Ты что, проверял?

— А как же!

— Хорошо. — Анджелика замялась. — Ладно, пойду переодеваться. А то Стивен будет гадать, что меня так задержало.

Но уйти Анджелика не успела. Вольф перехватил ее руку.

— Стивен очень тебя любит. Я искренне надеюсь, что он не ошибается в этой любви.

Анджелика поджала губы, обиженная столь очевидным намеком.

— Я уже говорила вам раньше, граф Гамбрелли, то, что мы со Стивеном испытываем друг к другу, вас не касается.

— Кончай мне говорить то «ты», то «вы». Надоело. А твои родственники? — резко сменил тему Вольф. — Ты сказала, что была у них сегодня. Как они ко всему относятся?

— Относятся к чему именно?..

— Не делай вид, будто не понимаешь, о чем я говорю. От них не могло ускользнуть, что ты получила шанс стать очень богатой женщиной.

— Прекратите, граф Гамбрелли! — холодно перебила его Анджелика. — Вы типичный пример человека, который из-за собственной любви к деньгам постоянно подозревает в неискренности других людей. — Анджелика покачала головой и высвободилась из его рук. — Мои родные — мама, отчим и сестры — так же не интересуются толщиной кошелька Стивена, как и я.

Хотелось бы Вольфу поверить ей! И желать ее хотя бы чуть меньше...

— Надеюсь, ты говоришь искренне.

— Так оно и есть, — заверила его Анджелика. — А теперь прости, но я пойду...

— Я прошу тебе многое, Энджел, если ты не причинишь Стивену боли.

— Не волнуйся, этого никогда не случится! — без всяких колебаний бросила девушка.

— Надеюсь, что так. И я говорю серьезно.

Вольф так много всего сказал за эти десять минут, что Анджелика уже не понимала, на что он намекает.

— Я бы хотел, чтобы ради Стивена мы на сегодня заключили перемирие, — напомнил ей Вольф.

Он чуть не обидел ее — снова! Он чуть не поцеловал ее — снова!

— Договорились, я сделаю все от меня зависящее, чтобы Стивен подумал, будто у нас с тобой теплые, дружеские отношения.

Мужчина кивнул, удовлетворенный.

— Уверен, у тебя отлично получится...

Анджелика смерила его холодным взглядом.

— А как же ты, Вольф? У тебя получится сделать вид, что я тебе нравлюсь?

Зря она задала этот вопрос! — уже в следующую секунду поняла девушка. Его глаза вспыхнули зловещим огнем. И — о, как медленно! — Вольф оглядел ее с ног до головы.

— Но ты мне действительно очень нравишься, Энджел. А особенно меня привлекают некоторые части твоего тела.

— К сожалению, Вольф, я — это я. Целая и неделимая. Ты не можешь получить часть, — отозвалась девушка, раздраженная тем, что Вольф, несмотря на все ее просьбы, по-прежнему зовет ее так же, как и Стивен. Наградив его холодным взглядом, Анджелика удалилась наконец в свою спальню.

Ей придется провести максимум три часа в компании заносчивого графа Гамбрелли. Эти три часа обещали стать сущим мученьем!..

— Забирай восемь карт, Вольф! — смеясь, сказал Стивен молодому человеку.

Девушка печально улыбнулась, наблюдая за обоими мужчинами. Если бы кто-нибудь еще месяц назад сказал ей, что она будет в течение двух часов после обеда играть в детские карточные игры с Вольфом Гамбрелли и Стивеном Фоксвудом, двумя едва ли не самыми знаменитыми соблазнителями в мире, она ни за что не поверила бы!

Но именно этим они сейчас и занимались. У них не было четвертого игрока для партии в бридж или еще какой-нибудь серьезной игры, Анджелике пришлось напрячь память и вспомнить, во что она играла с сестрами, когда они были детьми.

Однако мужчины, кажется, наслаждались послеобеденным временем, проведенным в таком легкомысленном занятии. А Анджелике приходилось несладко: бархатистый смех Вольфа ласкал ей слух, а его взгляды разжигали внутри огонь.

Игра отвлекла Стивена от мыслей о предстоящей операции. Он искренне радовался жизни и постоянно смеялся.

— Все, игра окончена, — наконец объявила Анджелика, положив на стол свою последнюю карту. — Думаю, нам всем пора в постель. — Девушка принялась собирать карты.

— Так нечестно! — запротестовал Стивен. — Ты опять выиграла и не даешь нам отыграться!

— Кажется, Энджел просто воспользовалась тем, что мы не знаем правил, вот и выдумывала их по ходу игры, как ей было выгодно. То так, то эдак.

— Но разве не в этом и заключается основное преимущество женщины, Вольф? — хохотнул Стивен. — А знание того, что эти правила могут измениться в любой момент, держат нас, мужчин, в тонусе! К женщинам это искусство приходит с молоком матери.

Вольф улыбнулся.

— Наверное, мне стоит предупредить Чезаре в отношении его новорожденной дочери.

— Я бы не стал утруждаться, — рассмеялся Стивен. — Поверь мне, скоро он сам все поймет.

— Вы оба несете полную чушь, — с чувством возразила Анджелика. — Поиграли в детские игры и теперь начали рассуждать как дети.

— Ладно, ты права, пора спать. — Вольф поднялся. — Я оставлю вас наедине, чтобы вы могли немного поговорить без лишних ушей.

Анджелика смотрела вслед Вольфу, ощущая облегчение от того, что она наконец избавилась от его присутствия. В смокинге он выглядел еще более волнующе, чем обычно.