Чтение онлайн

— эти дети не с Дитрекеля, они с Илена.

Торговец отпустил девочку и, неожиданно сам для себя, признался.

— да, господин, все так.

— эти дети недостаточно молоды, а это значит, что они не забудут своего дома, если среди них окажутся Кхотнцы, или подобные им племена, это обернется большими потерями для меня, ты это понимаешь?

Максвелл блефовал, он мало что знал о Кхотнцах, например то, что они были отличными воинами, и предпочитали смерть служению, да и то, это были просто слухи, рассказанные в пути караванщиком. Но на торговца подействовало. Торговец осекся, он был раздосадован тем, что выдал эту информацию.

В народе Кхтонцы были известны своей несгибаемостью. Племя воинов, их было очень сложно захватить в плен, а те, кого удавалось всё-таки увезти с материка, сражались в гладиаторских боях до самой своей смерти. Максвелл знал о запрещённой в империи магии, которую применяют для дополнительного сдерживания таких рабов. Она называлась просто — ошейник. Темное искусство, забирающее частичку сущности человека, и заточающее ее в чистом белом катализаторе. После этой процедуры катализатор не менял своего цвета при воздействии магии, а еще с помощью этого камушка можно причинять невыносимую боль без риска убить. Избавиться от такого ошейника было практически невозможно. Никто пока не знал, существуют ли на соседнем материке ещё такие племена, как Кхтония. Поэтому рабы с неизвестных земель не считались надёжным приобретением.

— н-но, поймите же господин, я не могу поставить цену ниже, иначе я просто-напросто разорюсь.

Страх сделал свое дело, он выдал свою слабость, Максвелл был его последним шансом на хоть и бедную, но все же не нищую жизнь банкрота. И все же он не испытвал к торгашу ни малейшего чувства жалости.

— я не господин, даю восемь за девочек, пять за мальчиков, или рассказываю каждому встречному о детях с иного континента которых продают за этим прилавком.

Торговец сник, у него не было выбора, он приял свою слабость перед напором страха от собеседника, и принял свое нищее будущее.

— хорошо, бери

— заберу их вечером, не смей покидать этого места.

После этих слов Максвелл, не прощаясь, развернулся и двинулся прочь, почему-то он не взглянул ни на детей, которых только что купил, ни на взрослых, которых оставил в кандалах, ему просто было противно все это. Артемий же, присев перед девочкой, которую демонстрировал торгаш, достал из-за балахона белый и очень красивый маленький цветочек, который и вручил ей. Девочка не брала подарок, запуганная, она стояла, сцепив руки и опустив глаза к земле. Максвелл окликнул своего друга. Тогда Арт аккуратно положил цветок за ухо девочке, от чего та вздрогнула, но не подняла взгляда. Шут поднялся, когда он нарочито медленно разворачивался, то провел практически рядом с горлом торговца неизвестно откуда взявшийся в его руке кинжал, миллиметр, и из разрезанного кадыка со свистом начал бы выходить воздух, но Максвелл просил не убивать, поэтому кинжал исчез также незаметно, как и появился. Торговец замер в нерешительности, а Арт беззаботно зашагал к своему другу.

Наконец они направились к главному рынку, в сторону колизея, что был виден с каждой точки города. Артемий двигался впереди, он ушел с главной дороги и принялся бродить среди шатров с таким видом будто что-то выискивает. Максвелл шел за ним, много раз он намеревался уже бросить этого шута и пусть он сам здесь гуляет. Но вот они вышли на главную площадь, разумеется, не по дороге, а протиснувшись между двух стоек с товаром и заслужив недовольные взгляды их хозяев. Максвелл отряхнулся.

— я так понимаю, ты осмотрел все интересующие тебя шатры, ты не торопился.

Путники огляделись, главная площадь представляла собой огромный рынок, который простирался по всей окружности вокруг большого холма, на котором расположилась кровавая арена. Куда ни кинь взгляд, повсюду были люди, что-то смотрели, с кем-то спорили о цене, были слышны зазывающие крики хозяев палаток, а в воздухе пахло пылью, благовониям и духами со всех концов света. А еще наряды, люди со всех концов света собирались здесь, пестрота и разнообразие нарядов соответствовала всем международным стандартам. Мимо проплыла пышно разодетая барышня, Максвелл опознал в ней аристократку из северного королевства, Артемий же бесстыже осматривал каждую складку на ее платье, даже когда она это заметила и смутилась до тех пор, пока не исчезла из поля зрения среди толпы.

Путники обошли весь рынок, Максвелл мельком глядел на людей в цепях, видя в основном рабочих, пару раз они останавливались у палаток, люди у которых не выглядели словно загнанные животные, если вообще можно давать такую характеристику обреченным. В одной из таких палаток хозяином был подтянутый дед с неприятным скрипучим голосом.

— чего желаете уважаемые люди?

Спрашивал он при виде потенциальных покупателей.

— гладиаторы есть?

Работорговец почтенного возраста со скрипом ответил:

— опытных нет, но есть один интересный экземпляр, воин племени Ломан.

— Ломанцы плохие воины.

— это правда, но и среди стада панцирных коров найдется бык с рогами.

— ладно, показывай.

Старик проскрипел команду своему молодому помощнику и тот вывел из толпы рабов коренастого и высокого человека.

— смотрите, когда его ловили, то руки повязали к туловищу, потому что он, как дубиной, связанными руками забил одного из охотников, очень сильный воин, свою цену отобьет, отдам за 20 серебряников.

Максвелл посмотрел на человека, тот был на голову выше его, с мускулами по всему телу, в глазах жуткая усталость, но в основном он создавал впечатление большого, сильного, глупого добряка. Может те, кто брал его в плен, убили кого-то, кто был ему дорог. Бедная душа. Мог бы он ему помочь… Но такой большой человек будет привлекать слишком много внимания в столице со своим типажом.

— не пойдет, безусловно он силен, но не воин, и свою цену не отобьёт.

— ну как знаете.

Максвелл вышел из-под навеса, на него смотрел Арт.

— пойдем отсюда, плохая была идея искать воина среди невольников нужно найти ночлег, думаю, в порту найдется таверна для моряков.

Они направились в сторону порта. Максвелл опустил глаза, ему не хотелось больше смотреть на все, что происходит вокруг, зато Артемий, не стесняясь, разглядывал все что попадалось на пути. Тут Артемий потрогал своего спутника за плечо.

— что такое?

Арт показал куда-то в сторону прилавков. За толпой народа некоторое время не было видно ничего примечательного, но вот люди немного расступились, и Максвелл увидел человека, одетого в цвета империи. Черный сюртук с узорами из золотой нити на рукавах. Человек спорил с работорговцем. На самом деле их спор больше напоминал потасовку, они кричали и обзывали друг друга самыми последними оскорблениями. Имперец кричал про условия мирного договора и обязанности сторон, а продавец, что все законно и скидку он не сделает. Вокруг уже начала собираться толпа зевак, Максвелл тоже заинтересовался. Суть конфликта была в том, что у работорговца находились во владении три бывших солдата империи, за которых он заломил такую баснословную цену, словно эти трое должны быть, как минимум, новыми богами среди людей, а имперский посланник обвинял торговца в наглости, с которой даже в портах пустынного государства не встречался.