Шрифт:
Белль стояла посреди черной комнаты без окон и дверей. То, что эта была все-таки комната можно было сказать наверняка, так как воцарившийся здесь вековой мрак нарушало слабое мерцание маленьких блуждающих огоньков. Панический страх охватил девушку. Она сделала несколько неуверенных шагов и позвала:
— Румпель!
Тишина….
— Румпельштильцхен! — крикнула Белль так громко, как только могла, — Румпельштильцхен!
— Румпельштильцхен… — глухо отозвался один из огоньков и подлетел к Белль близко-близко, — Румпельштильцхен… Румпельштильцхен….
Огонек прошел сквозь Белль, на мгновение объял жаром все ее тело, а потом заискрился и полетел куда-то в сторону, вправо от нее.
— Стой! Подожди! Я не понимаю… Помоги мне! — кинулась она за огоньком.
Огонек тем временем врезался в стену и та вспыхнула, заставив Белль отшатнуться и закрыть лицо руками. В стене образовался проем, вход в темный туннель. Огонек застыл в воздухе и вновь глухо позвал:
— Румпельштильцхен… Румпель… Штильцхен…
— Веди! — приказала Белль и шагнула в туннель.
Казалось за огоньком она шла целую вечность, но возможно, что все легко укладывалось в очень маленький отрезок времени: в час, в минуту или даже секунду. Существовало ли время в этом странном мире? Существовал ли сам этот мир? Существовала ли Белль когда-нибудь? Была она жива или уже распрощалась с жизнью?
Грустные мысли разорвал огонек, который резко повис в воздухе и, вспыхнув, исчез. Белль подпрыгнула на месте от неожиданности, потом подалась вперед и уперлась ладонями в стену, кажется деревянную… Немного теплая, сухая, гладкая поверхность. Она провела правой рукой вверх, потом вниз и наткнулась на кое-что, что немного прибодрило ее. Дверная ручка!
— Это дверь! Так… Хорошо… Все будет хорошо… — успокаивала она себя, — Что бы там не было, оно лучше тьмы.
Резким движением Белль дернула дверь на себя.
========== Глава 1. Мать ==========
Белль оказалась в белом тумане. Вокруг раздавался шепот тысячи голосов, большинство из которых снова и снова повторяло имя «Румпельштильцхен». Белль закрыла глаза и попыталась сосредоточится на образе мужа.
И тут туман рассеялся. Белль обнаружила себя возле покосившейся ветхой лачуги с огородом, худо огороженном какими-то гнилыми палками, с которых свисали засохшие цветы, бывшие вестники любви и жизни.
К дому подошел человек, немного напоминающий походкой, телосложением и лицом Румпеля.
– Питер Пэн!
– осенило Белль.
Она помахала рукой. Мужчина остался безучастным. Потом позвала. Ответа снова не последовало. Он просто стоял и смотрел отстраненно и потерянно.
Покачиваясь Пэн максимально сократил расстояние между собой и дверью лачуги, распахнул дверь и вошел внутрь. Белль поспешно проскочила следом.
Внутреннее пространство лачуги была настолько маленьким, что мерцающего света одной догорающей свечи было достаточно для освещения. У дальней стены стояла старая кровать, на которой лежала очень худая женщина. Ее волосы были спутаны, лицо было влажным от пота, руки безвольно свисали по бокам. Она не дышала. Помимо нее в комнате находились еще две женщины, намного старше. Одна из них стояла спиной к Пэну и Белль, другая, приземистая,тощая, с усталым грустным лицом, скрестив длинные пальцы на груди, обратилась к Пэну:
– Малкольм… Ты немного опоздал.
– Она… Она мертва?
– спросил Малкольм.
И глаз его брызнули слезы,которые он поспешно утер рукавом.
– Эванна…- вхлипывая выдавил Пэн, приблизившись к жене, - Эванна… Как же так! Я… Я не знаю, что делать… Эванна…
Он затряс безжизненное тело, потом упал на грудь к жене и зарыдал.
– Эванна…
Белль осознала,что тоже плачет, издавая при этом соответствующие звуки, но присутствующие ее не замечали. Белль, незримый путник мира воспоминаний, снова усомнилась в своем существовании.
Женщина, заговорившая с Малкольмом в самом начале, положила руку ему на плечо и вкрадчиво произнесла:
– Ребенок выжил.
Малкольм поднял голову и посмотрел на нее,потом посмотрел на другую женщину, до этих пор совершенно беспристрастную. Она повернулась и показала сверток, который держала на руках все это время.
Белль судорожно выдохнула и изумленно уставилась на сверток, пытаясь разглядеть среди серо-белого тряпья ребенка. Пытаясь разглядеть Румпеля.
Малкольм вскочил, полностью ошарашенный.
– Мне сказали,что Эванна заболела…Что она просто заболела! А не то, что ее болезнь… Это!
– он ткнул дрожащим пальцем в сверток.
– Так и есть, - сказала первая женщина, - Она умерла от лихорадки. И была беременна.
– Нам удалось ускорить роды и спасти мальчика, - сказала вторая, - Но он очень слаб.
– Возможно не проживет и дня.
– Или умрет через неделю.
– Или все же выживет, если достанет сил.
Малкольм сел на край кровати и уставился отсутствующим взглядом в Белль,точнее в стену за ее спиной. Первая женщина погладила его по спине и сказала:
– Я организую похороны. Мы организуем.
Переглянулась со второй и качнула головой в сторону выхода.
Вторая положила ребенка в безразличные руки новоиспеченного отца и вместе с первой двинулась к двери.
– Как его зовут?
– спросил Малкольм.
– Румпельштильцхен, - отозвалась первая.
В этот момент пол уплыл из под ног Белль, и лачуга, Малкольм, женщины, безмолвный младенец, пришедший в этот мир через смерть и боль ради боли и смерти, исчезли в белом тумане.
========== Глава 2. Мальчик ==========
На этот раз Белль блуждала в тумане всего мгновение. Не успев переварить предыдущие данные девушка стала свидетелем другого события. Теперь она оказалась на улице, вымощенной грубыми кривыми булыжниками.
Было темно. Камни блестели от дождя и сотен дождевых червей, извивающихся по всей длине булыжной мили.
Напротив Белль расположилась таверна с совершенно невзрачной вывеской «У Ганса». Белль поняла, что таверна ей не нужна, так как человек, свидетелем жизни которого она сейчас являлась, сидел возле дверей питейного заведения.