Чтение онлайн

— Терпение вознаграждается, — произнесла Эвелина, когда таможенник вышел из автобуса.

— Ex parvis saepe magnarum rerum momenta pendent, [39] — отозвался Снегин, когда автобус тронулся, и вполголоса добавил, перевирая бессмертное лермонтовское «Прощание»:

— Вот уж не думала, что сыщик может быть помешан на стихах, — сказала Эвелина, с интересом изучая содержание Ларисиной сумки.

— Во-первых, я не сыщик, а интеллектуальный террорист. А во-вторых, если сыщик человек, то ничто человеческое ему не чуждо.

— Господи, какая я страшная! — ужаснулась Эвелина, поворачивая маленькое зеркальце так, чтобы на него падал скудный свет от фонарей приближавшейся финской таможни.

— Ты совсем не страшная, только очень большеротая, — сказал Снегин, расправляя затекшие ноги.

Теперь он наконец мог расслабиться — меток на Еве нет или же мцимовцы не додумались, что он выберет столь экстравагантный способ исчезновения из страны. Не слишком комфортный, не в его, надобно признать, стиле, но в этом-то и соль!

— Большеротые всегда в моде! — возразила Эвелина и едва не ахнула, увидев около передней двери автобуса финского пограничника. — У нас что же, и тут будут проверять документы?

— Чистая формальность, — успокоил ее Снегин. — Увидишь, он наши карты даже в идентификатор вставлять не будет. Жители Свободной зоны пользуются здесь некоторыми льготами.

Где-то далеко позади загремел гром. Гроза докатилась до любимого и ненавидимого Игорем Дмитриевичем города. Грохочущая тьма накрыла Питер, но это была совсем не та тьма, которая способна просочиться в сердце, протечь глубоко в душу, чтобы посеять в них семена тлена и гниения.

Двери автобуса закрылись, и он мягко покатил в мерцающую звездами ночь. Эвелина уронила голову на плечо Снегина и мгновенно заснула, словно наигравшийся ребенок, едва успевший добраться до постели. В отличие от нее, Игорь Дмитриевич долго еще не мог сомкнуть глаз. Он то бормотал рубаи Хайяма, комментируя их латинскими изречениями, то шепотом декламировал с детства засевшие в памяти обрывки стихов и песен старых бардов:

А сон все не шел и не шел. Потому что страшно хотелось курить. И выпить стакан водки. И было нестерпимо думать, что он никогда больше не увидит истекающий кровью закат, перечеркнутый шпилем колокольни Крестовоздвиженской церкви.

После того как Толик Середа прочитал хвалебную оду в мою честь и было выпито по второй рюмке, я обратился к ребятам с заранее заготовленной речью. Суть ее, если отбросить барочные завитушки, сводилась к тому, что каждый тонкий журнал стремится превратиться в толстый, ибо кто прекращает карабкаться вверх, неизбежно сползает вниз. Ситуация на издательском рынке складывается благоприятная для того, чтобы к Новому году открыть несколько новых рубрик и, если у сотрудников «ЧАДа» возникнут на этот счет Дельные предложения, мы немедленно их рассмотрим.

Ваня Кожин тотчас заявил, что у него имеются кое-какие соображения и он готов ими поделиться. Я мысленно ахнул, поскольку побаиваюсь Ваниных экспромтов. Говорить он способен долго, умно и не без юмора, но, как человек увлекающийся, к середине речи забывает, с чего начал, и, отстаивая существование, например, Геродотовых амазонок, запросто может завершить выступление развернутым описанием характерных особенностей проституции в Древнем Риме.

— Погоди, Ваня, мы обсудим твои соображения в рабочем порядке, — спас, как обычно, положение Миша Машков — человек редкой разумности, страдающий разве что излишней педантичностью, переходящей порой в откровенное занудство. — Раз уж мы собрались чествовать шефа, мне бы хотелось поднять тост — у всех налито? — за то, чтобы он так же умело и успешно руководил толстыми «Чудесами, аномалиями и диковинами», как руководил тонкими.

Выпито было дружно и с чувством. Закусили тоже с аппетитом, после трудового дня у молодежи прорезался волчий аппетит, и, воспользовавшись этим, я внес деловое предложение:

— Прежде чем озвучивать новые рубрики, я просил бы вас прикинуть их содержание хотя бы на три-четыре номера. А лучше на полгода. Набросать план на одну-две странички, обязательно указав источники, из которых мы сможем черпать материалы по заявленной теме.

— Логично, — сказал Толик. — Иначе Ваня сейчас обрушит на нас «планов громадье», а потом выяснится, что для воплощения их нас всех надо отправить на полгода в командировки по разным частям света.

— Я бы не отказался! — заявил Ваня. — Надо же иногда из Публички на свежий воздух вылезать.

— Надо, — согласился я, — но на командировки по странам развитого, а равно и недоразвитого капитализма мы пока не наработали. Зато будет, на мой взгляд, справедливо, если предложившие новые, хорошо замотивированные рубрики товарищи станут их постоянными ведущими.

— Логично! — изрек Толик с набитым ртом. — Многие лета нашему кормчему!

Жизнерадостная Верочка рассмеялась, Света ринулась к зазвонившему телефону, а я бросил в тихий редакторский пруд последний из припасенных на сегодня камней:

— Для начала предлагаю вам подумать о том, не ввести ли нам рубрику фантастического рассказа. Такие рубрики, как вы помните, были в «Знании — силе», «Науке и жизни», «Химии и жизни»…

— «Юном технике», «Технике — молодежи», «Металлурге». «Энергии», «Вокруг света»… — подхватил Ваня.

— Вот именно, — остановил я его. — Как вы смотрите на то, чтобы написать в свободное от работы время по рассказу на тему… Ну, скажем, «Лики контакта»? Зачем нам приглашать варягов, когда все вы ребята не промах?