Чтение онлайн

Конечно, он был по-своему прав. Точнее, я.

— Только вчера незнакомый старик вез тебя черти-куда, сломал нос, а ты даже сдачи не попробовал дать, — не унимался взрослый я. — Старику, черт возьми! Я не верю, что ты его не уложил бы, если бы очень захотел!

— Он был за рулем, мы могли врезаться, — попытался оправдаться я.

— Как же ты бесишь, — поморщился взрослый я. — Опять спускаешь всё на тормозах. И как же хорошо, что у меня появилась возможность объяснить, что именно мне в себе никогда не нравилось.

С этими словами он схватил меня за голову, и в моей памяти начали проноситься моменты из прошлой жизни, когда я давал заднюю из-за своей неуверенности, нерешительности, лени или страха. Все конфликты, ссоры, после которых еще месяц перед сном в голове прокручиваешь удачные, но так и не сказанные колкие ответы. Рискованные решения, которые были способны в корне изменить мою жизнь, но так и не были мной приняты.

— Это не наш мир, — где-то на фоне звучал его монотонный голос. — Если ты хочешь стать здесь кем-то большим, и тем более выполнить миссию старика Михайлова, перенесшего тебя сюда, нужно научиться быть решительным. Агрессивным. Здоровая агрессия и в нашем мире основной двигатель развития цивилизации в целом и каждого человека в отдельности, ты и сам это отлично понимаешь. А здесь обитают призраки, существа, демоны, люди со сверхпособностями. Никто не будет ждать, пока ты не разовьешься достаточно, чтобы справиться со своими проблемами. Нет. Ты должен разбираться с проблемами и развиваться. Почувствуй разницу!

Я вздохнул.

— Допустим ты прав. И что мне с эти делать? Ну, нет во мне агрессии и ничем не обоснованной уверенности в себе.

— Агрессия есть во всех. Просто некоторые ограничивают себя страхами и стремлением как можно быстрее забыть о том, что именно их разозлило или огорчило. А ты не забывай, помни о том, что мальчик и уже мертв, а Лора при смерти. Что твоя сломанная рука всё ещё болит. Понятно тебе?

Я послушно кивнул, а взрослый я вдруг взмахнул рукой и нанес мне пощечину такой силы, что я едва устоял на ногах. Щека начала гореть так, словно по ней провели утюгом.

— За что?!

— Проверка. Ни черта ты не понял, даже не попытался защититься. В момент нанесения пощечины у тебя в глазах было только удивление и ни следа ярости.

— Я же не идиот, что бы ты не говорил, я понимаю, что это всё иллюзия, — раздраженно ответил я.

— А это не важно. Где твоё самоуважение? Где наше самоуважение?! Не позволяй безнаказанно бить себя никому и никогда! Хоть в реальности, хоть в иллюзии или во сне. Ты же сам говоришь, что это нереально, так ударь меня! Не будет никаких последствий!

Взрослый я нанес еще одну пощечину, и я тут же ударил в ответ правой рукой, только в последний момент вспомнив, что кисть сломана. Если это и была иллюзия, то боль ощущалась вполне реально. Кажется, пальцы окончательно пришли в непригодность, и я взвыл от боли.

— Молодец! — радостно воскликнул взрослый я, потерев пострадавшую щёку. — Даже не стал думать о сломанных пальцах! Горжусь тобой. Пожалуй, не всё потеряно, мы ещё сделаем из тебя настоящего мужчину.

— Я так-то еще подросток, — напомнил я.

— Мы оба знаем, сколько тебе лет на самом деле. Но чтобы ты смог выжить в этом мире и собрать-таки гарем из темной и светлой эльфийки, придется нам с тобой как следует поработать.

Я невольно улыбнулся.

— Да это были глупые мысли на стрессе. Тем более, что в этом мире нет никаких эльфов. А еще я понял, что здесь всё не так безопасно, как в моих фантазиях…

— И испугался, — перебил взрослый я. — Понимаю. Еще этот идиот с иглами, слуга Михайловых, нанес урон твоей душе, сильно её разбалансировав. Нет бы воспользоваться нормальной химией для допросов, а вместо этого он полез грязными лапами к тонким материям. В результате ты стал менее эмоциональным, но зато вдруг совершенно разучился врать.

— Ого, откуда такие познания? — удивился я. — Я ничего подобного не замечал. Если ты иллюзия, то должен оперировать только моими знаниями.

— А кто сказал, что я иллюзия? Считай, что я — это умный ты, — поправил меня «старший». — К тому же, являясь тобой, я могу лучше чувствовать и понимать протекающие внутри тебя процессы. И даже могу подсказать, как это исправить.

А вот это уже интересно!

— Зря радуешься, мой ответ тебе не понравится. Душевный баланс сместился, и ты стал честнее с окружающими, но не с самим собой. Сразу это исправить невозможно. Но со временем, если ты станешь честнее в поступках, в том числе и тех, о которых я говорил ранее, баланс восстановится.

Сперва я согласно кивнул, а затем у меня возникли некоторые сомнения.

— А ты не подгоняешь историю с внутренней травмой под свои хотелки? Хочешь, чтобы я стал агрессивнее, и поэтому придумал эту историю с балансом?

— Какой же ты тупой, даже не верится, что я — это ты, — поморщился взрослый я. — Я лишь говорю, что ты должен прислушиваться к своим реальным желаниям. Понял?

— Наверное...

«Старший» в предвкушении потер ладони.

— А теперь, когда ты вроде бы понял, почему мы здесь оказались, пришло время начать нашу тренировку.

— Какую это? — подозрительно спросил я.

— Убить кого-нибудь, например, — ухмыльнулся взрослый я.

— Прям убить?!

— К сожалению, не по-настоящему, это же иллюзия. Но я дам тебе прочувствовать всё!

После его слов тьма недалеко от нас отступила, и из пустоты появился Погонщик Трупов в своем балахоне и длинноносой маске.

— А вот и наш первый гость! Знаешь, у нас здесь вполне достаточно времени, чтобы ты прочувствовал, каково это — мстить и убивать по-настоящему.

В моей руке появился меч вроде тех, что любила носить Ника.

— Убей его.

Разумеется, Погонщик оставался в маске и мне не составило никакого труда ударить его с размаху мечом. Хотя я никогда не учился владеть холодным оружием, удар получился довольно неплохим и смог отрубить ему голову. Хотя, это иллюзия, и здесь наверняка свои законы.

— Отлично! — похвалил взрослый я. — А если так?

Погонщик трупов вновь стоял передо мной, но теперь без маски. Разумеется, у него было лицо директора клиники, хотя я отлично знал, что тот был лишь одной из его марионеток. И ударить обычного человека, смотрящего мне прямо в глаза, оказалось гораздо сложнее. Даже с учетом того, что я отлично помнил — всё вокруг не настоящее. Мало того, лицо мужчины искривилось от ужаса, и он закричал: