Проклятый
Шрифт:
– Лукас! – окликнул его Гарольд.
– Что надо?! – резко обернулся шофер, схватив тяжелый разводной ключ.
– Ты что?! – крикнул Гарольд, резво отпрыгнув в сторону.
– Тьфу, черт! Это ты… То есть вы… Извините, мистер Гарольд, – пробормотал смущенный Лукас, опуская ключ. – Ну и напугали вы меня!
– Почему? – удивился Гарольд.
– Да так… – замялся тот.
– В чем дело? Рассказывай! – приказал Гарольд, заинтригованный необычным поведением шофера.
– Ну, как вам сказать… – продолжал колебаться Лукас.
– Языком! – рассердился Гарольд.
– Ну, в общем, я вчера ездил в банк. По поручению хозяйки. Ну, проколол колесо….
– Понятно, – кивнул Гарольд. – Давай дальше.
– Приехал я домой. Машину поставил в гараж. Разбортировал колесо, вытащил камеру, засунул ее под вулканизатор и только присел покурить, как кто-то схватил меня сзади за шею. Я от неожиданности чуть сигарету не проглотил.
– Ха-ха-ха – засмеялся Гарольд.
– Вот вам смешно, а он меня чуть не задушил, – обиделся Лукас.
– Да ну?! – не поверил Гарольд. – Ты же вон какой здоровый…
– Это вам так кажется, – перебил его Лукас. – Этот проклятый Генри потащил меня как котенка вглубь гаража, за машину. Я пытался вырваться, но не смог… Посмотрите, – и он отвернул ворот своей клетчатой рубахи. Гарольд с удивлением обнаружил на его шее длинные кровоподтеки.
– Ничего себе! – присвистнул он, – и что же ему от тебя понадобилось?
– Он мне в живот врезал, да так, как-будто жеребец лягнул. Я чуть было не задохся… А он усмехается нехорошо так и говорит: “Ты, – говорит, – придурок, если будешь еще с этим Дженкинсом болтать, то на этом свете не задержишься”. С вами, значит, разговаривать мне нельзя. Я спросил, про что мне нельзя болтать? А он усмехнулся опять и сказал, что про Сью… Пригрозил, убить как собаку… Потом он еще раз мне врезал и, пока я валялся на полу, сказал, что какой-то шлюхе пришел конец… Но я его не понял.
– А что тут понимать?! – воскликнул Гарольд. – С кем ты разговаривал про смерть Сьюзен?
– С вами… – недоуменно ответил Лукас, моргая. – С вами и с Кэролл.
– О, Господи! Неужели он…?!
– Помчались к ней! – предложил Гарольд. – Быстро!
Наскоро вымывшись и переодевшись, Лукас выскочил к поджидающему его Гарольду. Поймав такси, они уже через полчаса оказались у дома Кэролл.
– Что это? – удивился таксист, увидев толпу возле дома. – Вы только взгляните сколько народу. И полиция здесь.
Гарольда охватило нехорошее предчувствие…
Быстро расплатившись с таксистом, он вслед за Лукасом, выскочил из машины. Однако войти в подъезд им не удалось, так как все пространство перед ним было затянуто желтой лентой, которую натянула полиция.
Рядом с домом стояли две полицейские машины с включенными мигалками, карета “скорой помощи” и шумела целая толпа любопытных. В первых рядах находились несколько репортеров, которые приставали к полицейским и поминутно щелкали камерами.
– Что тут случилось? – спросил Лукас у стоящего рядом пожилого мужчины.
– Не знаю… – пожал плечами тот, – говорят, убили кого-то…
В этот момент “скорая” отъехала от дома, а вместо нее прикатил черный фургон, из тех, которые используются для перевозки покойников.
Выскочившие из него трое парней в темных спецовках, с носилками, быстро скрылись в подъезде. Спустя десять минут они появились вновь, вынося на носилках чье-то, упакованное в специальный мешок, тело.
Следом за ними вышли двое полицейских и высокий мужчина в штатском. К нему тотчас же подскочили несколько журналистов.
Из подъезда показалась дородная женщина средних лет, в несвежем халате. Её опухшее лицо было мокрым от слез.
– Это Дженнифер, квартирная хозяйка Кэролл, – пояснил Лукас. Высокий мужчина в штатском, обернувшись к ней, довольно громко сказал:
– Печать не трогать и в комнату не входить!
– Да, конечно, я поняла, – послушно закивала Дженнифер, вытирая заплаканное лицо рукой. Усевшись в одну из машин, мужчина уехал. За ним, сняв желтую ленту оцепления, укатили и остальные полицейские. Черный фургон умчался чуть раньше них. Толпа постепенно расходилась.
Лукас подойдя к квартирной хозяйке, спросил:
– Что тут произошло, Дженни?
Та, кивнув ему, всхлипнула:
– Убили… Кэролл убили…
– Как?! Когда?! – хрипло спросил Лукас.
– Я ничего не знаю! – закричала Дженнифер. – Господи! Да за что мне всё это?!
– Когда обнаружили тело? – задал вопрос Гарольд.
– Утром… Кэролл задолжала мне за квартиру и я утром зашла к ней… О, Боже! – вдруг вскрикнула Дженнифер. – Сколько крови! За что?!
– И что же вы увидели? – мягко, но настойчиво продолжал выпытывать Гарольд.
– Голову… – Дженни бессмысленными глазами уставилась на Гарольда. – Ей отрезали голову… О, Господи! Сколько крови!
Лукас, оставив своего спутника с квартирной хозяйкой, молча отошел в сторону. Он стоял, низко опустив голову. Его зубы намертво вцепились в рукав клетчатой рубашки.
– Я убью его! – прохрипел Лукас, подошедшему Гарольду, – я убью его!
– Поехали домой… – устало произнес тот. – Нам тут уже нечего делать…
Поймав такси и усадив в него убитого горем Лукаса, Гарольд всю дорогу мрачно размышлял о случившемся.
Дома Гарольд, сочувственно, взглянув на шофера, предложил ему всё рассказать полиции. Лицо Лукаса исказила гримаса боли:
– Нет! Я сам убью его! – крикнул он.
– Нет. Вдруг он убьет тебя. Тогда никто не сможет ничего доказать, – возразил Гарольд.
– А что если вы сами расскажете про всё лейтенанту? – предложил, в свою очередь, шофер. Гарольд устало вздохнул:
– Я же иностранец. И меня тут не было здесь во время гибели Сьюзен.
– Ну а я, мистер Гарольд, уже целый год живу по просроченной визе, – ответил Лукас. – Вы же знаете, как полиция относится к таким нарушениям. Меня немедленно выдворят из страны. А моя мать с братьями в Мексике едва сводят концы с концами. Я должен хорошо зарабатывать, чтобы помогать им.