Прокурор
Шрифт:
Но на этот раз успокоение не наступало. Из головы не шли тревожные мысли. Что означало назначение Ермакова? Какие неприятности сулит предстоящий бракоразводный процесс Белоусов? Как расценить сегодняшнее поведение Авдеева?
Владимир Харитонович в разговорах касался только служебных дел и не пролил даже толику света на положение Измайлова. Это Авдеев, который был всегда с ним откровенен, даже тогда, когда правда была не очень приятной! "Неважно" - вот и все.
"Неужели так плохо?
– думал Захар Петрович.
– Но почему руководство областной прокуратуры медлит? По существу, все подробности и факты, касающиеся моего злополучного пребывания в доме Белоусов, наверняка известны Зарубину... Может, остановка лишь за преемником?"
Но это были лишь догадки. Возможно, начальство считало иначе. О суде думать было и вовсе муторно. Пришлют повестку. Не явиться - нельзя. К тому же это значило бы признаться в том, что испугался правды. Поехать - как вести себя ему, прокурору, в качестве свидетеля, то есть "соблазнителя"?
Короче, выходило по пословице: куда ни кинь - везде клин.
Испортив несколько заготовок, Захар Петрович собрал инструмент и лег спать. В окне занимался рассвет.
На работу он пошел совершенно разбитый. И это не осталось незамеченным. Зашедшая к нему Гранская не удержалась и сказала, что у него нездоровый вид.
– Заботы, - буркнул Захар Петрович.
– Будьте настоящим начальником, - пошутила Инга Казимировна. Перекладывайте заботы на подчиненных.
Он не нашелся, что ответить на шутку, и сказал:
– Вижу, вы с новостями...
– По-моему, дело Зубцова приобретает совсем иной оборот, - сообщила Инга Казимировна и, спохватившись, спросила: - Не заняты?
– Давайте выкладывайте, - поспешно сказал прокурор. Пожалуй, даже слишком поспешно: не догадалась бы Гранская, как худо ему на самом деле.
– Провели две экспертизы.
– Инга Казимировна открыла "дело". Судебно-медицинскую...
– Повторную?
– уточнил Измайлов.
– Да. Эксгумировали труп Зубцова... Понимаете, Хлюстова в своем заключении делает категорический вывод: во время аварии Зубцов находился рядом с шофером, а не за рулем.
Гранская передала прокурору "дело". Он внимательно прочел заключение.
– Вторая экспертиза - химическая, - продолжила Гранская. Исследовали микрочастицы краски на одежде погибшего. Тоже с целью узнать, где сидел Зубцов.
– Ну и?..
– оторвался от чтения Измайлов.
– Следующий лист.
Заключение эксперта-химика не было столь категоричным, как судебно-медицинское. На одежде Зубцова обнаружили микрочастицы краски как с баранки, так и с панели перед правым сиденьем.
– Ну, это понятно, - объяснила Гранская.
– Машина же его. Сколько раз Зубцов касался этого руля одеждой...
– Выходит, показания того шофера с автобазы подтвердились?
– Считаю, на сто процентов...
– И какие после всего этого выводы?
– Я почти уверена - это преднамеренное убийство.
– Все-таки "почти?" - улыбнулся Захар Петрович.
– Сами знаете, какие сюрпризы иногда может преподнести жизнь.
– Верно, - согласился Захар Петрович. И подавил вздох: он сам получил "сюрпризец". Еще неизвестно, чем все кончится в Рдянске.
– Допустим, убийство. С какой целью?
– Как говорят в плохих фильмах: он слишком много знал... Я имею в виду тот злополучный чемодан.
– Вы связываете?
– А как же!
– Но это уж слишком на поверхности.
– Иной раз мудрствовать тоже вредно. Я считаю, что основной упор надо делать на эту версию.
– И все-таки не забывайте о других, - посоветовал прокурор.
– Что можете сказать о предполагаемом убийце?
– Пока ничего.
– А внешние приметы?
– Откуда? Зеньковецкий, ну, шофер, который видел их у переезда, шофера не разглядел. Шляпа и темные очки - не примета.
– Это не мог быть человек, принесший чемодан в радиомастерскую?
– Тот человек - миф!
– Почему?
– спросил Измайлов.
– Да вы только посмотрите, какие противоречивые показания у Зубцова.
– Гранская взяла "дело", нашла протоколы допросов погибшего. Глаза то серые, то голубые, то коричневые. А цвет костюма? Сплошные противоречия.
– Да, Глаголев в свое время тоже обратил внимание на это.
– Между прочим, показания Зубцова, его поведение лишний раз доказывают, что чемодан с дефицитом оказался в мастерской не случайно...
– Думаете, радиомастер замешан в спекуляции?
– Подтверждений этому пока нет. Но и убрали его не просто так... Короче, Захар Петрович, сказать, какую он играл роль, сейчас трудно. Будем работать...
Гранская ушла. Измайлов вызвал Ракитову.
– Подготовили справку?
– спросил он.
– По результатам проверки завода?
– Сегодня закончу.
– Хорошо.
– Измайлов посмотрел на календарь: пятница.
– Можем пригласить Самсонова на понедельник?
– Лучше на вторник, - сказала Ольга Павловна.
– Договорились. Позвоните, пожалуйста, Глебу Артемьевичу. Скажите, что необходимо также присутствие председателя профкома и главного бухгалтера...
* * *
Вечером Захар Петрович со всей семьей отправился в Матрешки. Поехали рейсовым автобусом, затем шли пешком через лес. По дороге Галина все пыталась выяснить у мужа, как они распорядятся отпуском.
Обычно уезжали втроем - всем семейством. То на теплоходе по Волге, то в Карпаты, то в Прибалтику. В этом году хотели побывать на Валдае, поселиться где-нибудь на берегу Селигера, но Захар Петрович ничего определенного сказать не мог, что удивляло жену.