Пронзая тьму
Шрифт:
"Кто отлучит нас от любви Божьей?
– читала она. – Я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем".
Салли закрыла глаза, возблагодарила Господа и продолжала читать, час за часом ожидая гостей в своем маленьком номере.
Маршалл затормозил на небольшой площадке для парковки перед конторой Джуди. Интересно, есть ли там еще кто-нибудь? В окнах конторы горел свет, но Джуди не было видно. Хм. Кажется, изнутри к окну приклеена какая-то записка, прямо над табличкой с надписью «Открыто». Маршалл вышел из машины, чтобы взглянуть на записку.
В пригороде Чикаго две машины свернули с главной магистрали, проехали один квартал и сбросили скорость настолько, чтобы сидевшие внутри люди смогли хорошенько рассмотреть мотель «Караван».
– Гм, значит это и есть «Караван», – произнес мистер лулл, окидывая беглым взглядом старый мотель. – Роу не сильно тратится.
– Ну и дыра, – сказала молодая, спортивного телосложения женщина с длинными светлыми волосами, похожая на студентку колледжа; она была одним из трех любимых киллеров Хулла.
Мотель «Караван» представлял собой безрадостное зрелище. Очень давно, когда транспортные потоки из соседнего штата еще не потекли но новым автомагистралям, гостиница, вероятно, процветала и слыла вполне респектабельным местом, где усталые путешественники могли найти пристанище на ночь. Сейчас времена изменились; четырнадцать маленьких коттеджей обветшали, газоны заросли сорняками и, скорее всего, мотель существовал за счет услуг сомнительного характера.
– Номер четырнадцатый, – сказал Хулл. – Самый последний, у дороги. Нам не придется проходить мимо других коттеджей. Она облегчила нам задачу.
Хулл припарковал автомобиль сразу за территорией мотеля, и вторая машина остановилась сзади. Из двух автомобилей вышло в общей сложности восемь человек. Четырем из второй машины Хулл кивком дал знак, и они мгновенно рассыпались вверх и вниз по улице, отсекая все возможные пути бегства из мотеля.
– Давай, детка, – сказал Хулл, – уточни все для верности.
Молодая женщина направилась в административное здание.
Хулл и двое других мужчин остались стоять на дорожке, переговариваясь с самым непринужденным видом.
Женщина вышла и незаметно указала на коттедж номер четырнадцать.
– Пошли, – сказал Хулл.
– О, привет! – воскликнула Джуди. – Давно ждете?
– Да нет, – сказал Маршалл. – Минут десять, наверное. – Он прочитал маленькую записку, приклеенную к стеклу: «Буду через десять минут»,
– Вышла купить новую ленту для пишущей машинки. Письма уже стало невозможно читать. – Джуди держала в руке небольшой пакет, что означало, что ее поход в магазин увенчался успехом.
– Думаю, мне пришел факс.
– Да, точно.
Джуди отперла дверь и впустила Маршалла в офис.
– Он пришел недавно. Кажется, я положила его… Дайте-ка вспомнить, куда же я его положила?
Молодая блондинка постучала в дверь номера четырнадцатого.
Салли напряглась, закрыла глаза и быстро произнесла копоткую молитву. Потом она поднялась с кресла и подошла к двери.
– Кто там?
– Горничная, – ответила женщина.
Джуди наконец нашла лист бумаги с сообщением, пришедшим по факсу.
– О, вот он!
Маршалл взял его и поблагодарил Джуди. Изображение на листе казалось знакомым. Маршалл даже почувствовал некоторое разочарование, Разве он не говорил Бернис, что уже видел методическое пособие? Большое дело! Стоило нестись сломя голову к Джуди ради этого?
Но что это тут наверху написано рукой Бернис? Такими жирными буквами.
– Сейчас, подождите минутку, – сказала Салли и в последний раз окинула комнату взглядом. Она была готова. Она подошла к двери и взялась за ручку.
«Маршалл, – гласила записка Бернис, – ты видел это? Позвони мне».
От записки вниз тянулась огромная жирная стрелка – к кругу внизу листа. Внутри этого круга находилось имя автора пособия – подлинного автора.
Салли Бет Роу.
Бац! Дверь с грохотом распахнулась, едва не ударив Салли по лицу. Хулл сразу накинулся на нее, сверху навалились еще две неясные фигуры. Грубые руки схватили, сжали Салли, комната поплыла перед глазами, она упала на пол, лицом в вытертый ковер. Острое колено уперлось Салли в спину с такой силой, что ей показалось, ребра сейчас треснут. Они стали заламывать ей руки за спину, пока она не закричала, потом связали их, несколько раз туго обмотав веревкой, глубоко врезавшейся в кисти.
А-а-а! Хулл схватил в кулак волосы Салли и рывком поднял ее голову с пола. Она не могла дышать. Он приставил ей к горлу сверкающий серебряный нож.
– Только пикни, и я перережу тебе глотку.
Салли стиснула зубы, стараясь сдержать крики боли и непреодолимого ужаса.
Комната была полна людей; они обыскивали каждый уголок, рылись в каждом ящике, искали под матрасом, выворачивали ее сумку, тщательно перетряхивали все вещи.
– Ты знаешь, что мы ищем, – сказал Хулл прямо ей в ухо. Он схватил одну из связанных рук Салли и с усилием разогнул ее указательный палец. – Скажи нам, где кольцо и списки, или я начну отрезать тебе палец за пальцем.
– Если я скажу, ты сам убежишь с ними! – прохрипела Салли. Лезвие ножа коснулось основания пальца. Салли лихорадочно выпалила:
– Я скажу тем, кто послал тебя! Отвези меня к ним! – Лезвие ножа осталось на прежнем месте. – Ты ведь хочешь, чтобы тебе заплатили?
Лезвие ножа не шевельнулось. Хулл сжимал палец Салли с прежней силой. Она чувствовала, как нож врезается в кожу, и начала молиться. Казалось, прошла целая вечность.
В комнате стоял Разрушитель, который вовсе не хотел терять трофей, с таким трудом добытый.