Пронзая ветер

Борец напрягся, готовясь к последнему рывку. Мышцы задрожали в титаническом усилии. Он упал на одно колено и с криком перебросил великана через себя. Мощное тело с чавкающим звуком вошло в металлические колья, опоясывающие Арену. Но борец даже не обернулся. Он бросился к конвейерной ленте. Пленница уже приближалась к острым вращающимся ножам. Мужчина закричал, видя, как часть ее волос превращается в труху. А потом взлетел в воздух и обрушился на рычаг управления. Страшная машина смерти, рыгнув напоследок, остановилась. Борец без сил упал с конвейера на белый песок.

От неподвижно лежащих Игроков тонкими разноцветными струйками истекала полупрозрачная субстанция. Ее жадно впитывала в себя темная шевелящаяся туча, низко нависшая над Ареной. Аросса — последняя жена Верховного Правителя — протянула к ней узкий продолговатый флакон. Туча послушно выпустила из себя длинный хоботок. Сосуд наполнился неярким свечением, и девушка, быстро запечатав, заменила его на порожний. Так продолжалось, пока туча не съежилась.

Аросса пересчитала заполненные флаконы.

— Семь за пятнадцать минут. Отличная Игра!

— Она еще не закончилась, — не приняла комплимент Тантосса.

Верховная Жрица Кросса несмотря на свои шестьдесят шесть лет, выглядела совсем молодой женщиной. Статная, полногрудая, с каскадом густых темных волос — она сочетала в себе чувственную женственность и грацию хищного зверя. Амфитеатр, где сейчас проходила Игра, был лишь малой частью огромного царства жрицы. Оно уходило глубоко под землю, подступая вплотную к таинственным и опасным Кросским Катакомбам. Многочисленные тюремные камеры, зверинцы, лаборатории, сторожевые и служебные помещения представляли единый механизм, нити управления которым находились в руках этой властной женщины. Любой человек, будь то простолюдин или даже правитель, попав в его жернова, быстро превращался в еще одного Игрока для Арен Тантоссы.

Верховная Жрица махнула рукой, и трибуны залил белый свет, выхватывая из тени темноволосого и довольно высокого молодого человека. Он был облачен в черную шелковую блузу и такого же цвета кожаные штаны, перехваченные широким серебряным поясом. Татуировка на левом виске из вживленных черных бриллиантов не оставляла никаких сомнений в личности посетителя. Точно такой же узор скрывался под роскошной гривой Тантоссы. Это был знак властителей Дома Страха, уже пять сотен лет считавшихся Верховными Правителями Кросса — одного из могущественных государств Эолы.

— Коросс! — обрадовалась Тантосса. — Ты вернулся? Давно?

— Не очень.

Он подошел к дамам и любезно раскланялся с ними.

— Сестра, ты как всегда великолепна… Аросса, рад видеть тебя в здравии. Я сейчас только что от отца. Выглядит он удручающе. Давно ему так плохо?

— Три месяца. Раньше помогали эликсиры Уоросса, но наш огневолосый друг уже больше года не появлялся в Доме Страха. Митросс испытывает жесточайшие мигрени, — огорченно заметила Аросса.

Тантосса, особо не церемонясь с юной мачехой, произнесла:

— Дорогая, будь добра, оставь нас. Мне нужно поговорить с братом.

— Конечно, — кивнула та, ничем не выдавая обиды. — Я все равно собиралась навестить мужа.

Как только за Ароссой закрылись, двери Верховная Жрица порывисто обняла брата:

— Я соскучилась и умираю от любопытства. Эксперимент удался?

— Да, но с осложнениями, — заметил Коросс. — И как избежать их в будущем я пока не знаю. Во-первых, временное искажение. Из Нижнего Мира отправка уже произошла, но на Эоле портал откроется лишь через пару дней. Все это время будет требоваться постоянное вливание Истинной Силы для поддержания канала. Я поговорил сейчас с отцом, и он сказал, что решит эту проблему. Но расход Силы впечатляет!

Тантосса принялась возбужденно расхаживать взад вперед. Наконец, она остановилась и встревожено спросила:

— В процессе перемещения экспериментальный образец не задохнется?

Коросс покачал головой:

— Нет, конечно. Между мирами отсутствует время. Для девушки все должно произойти моментально.

Тантосса слегка покраснела, поняв, какой глупый вопрос задала, но брат не стал заострять на ее оплошности внимание. Для подобной растерянности было оправдание. Никто из кросских магов ни разу еще не пытался свершить то, что осуществил Коросс. Тантосса до последнего момента не верила в этот сумасшедший эксперимент. А вот отец поверил. Правда, не сразу.

Когда Коросс пришел в первый раз к отцу со своей идеей, тот сначала высмеял сына. А когда узнал, сколько на это безумие потребуется магии — не на шутку рассердился. Но Коросс в случае необходимости умел быть и настойчивым, и убедительным. В результате ему удалось заразить отца идеей. Обсудив все детали, Митросс открыл Короссу доступ в хранилища Дома Страха, позволяя черпать из них Истинную Силу в таком количестве, какое его сын сочтет необходимым.

Три года назад это вызывало бурю негодования у Тантоссы. Расстались они тогда с Короссом чуть ли не злейшими врагами. Но сейчас, похоже, отношения снова налаживались. Во всяком случае, так Короссу очень хотелось думать.

— Если Сила обитателей Нижних Миров может через бесконечное пространство доходить до нас, какими же мощными Источниками должны быть эти низшие!

Взгляд, который она бросила на брата, был полон обожания.

— Коросс, да ты знаешь, что ты гений? Где откроется портал?

— Это второе осложнение, — медленно произнес Коросс. — Гораздо более серьезное, чем первое. Воронка зарождающейся точки выхода замечена мною в окрестностях Миотополя.

Подвижное лицо жрицы вытянулось.

— Столица Митриля! Вот не повезло…

На некоторое время между братом и сестрой воцарилось молчание.

— Мы должны заполучить Источник Истиной Силы, — наконец, решительно произнесла Тантосса. — Я лично отправляюсь в Митриль.

— Митриль — опасное место для прогулок. Особенно для тебя, сестра.

— С каких это пор меня останавливала опасность? — надменно вскинула голову Тантосса. — К тому же Дому дешевле потерять жрицу, чем правителя. Мы в тебя слишком много вложили, братец.

Ответ Коросса был категоричен: