Пропащие девицы
Шрифт:
– Попридержи коней, самурай, – улыбнулась Патти. Кажется, Бен уже как-то предлагал продажу совместных фото. Если Скай еще и мерчем займется, то можно преуспеть в заработке на фанатах похлеще Джареда Лето. Воспоминание о мужчине немного омрачило ее приподнятое настроение. – Ничего не было. Ни-че-го-шень-ки! Он просто уложил меня в мою одинокую католическую постель, накрыл одеялком и пожелал сладких снов.
– А между первым и вторым? – недоверчиво переспросила Иендо, попутно приветствуя своего выдающегося фотографа из Vanity Fair и техников, которые тут же начали распаковывать оборудование и выставлять свет.
Патти неосознанно поморщилась, представив, как несколько следующих часов проведет под софитами. Почти одновременно с ними проявились и обещанные Робин стилисты. Они сразу же заприметили свою жертву и отправились захватывать цель со своими пугающе большими черными ящиками. Бэйтман даже усомнилась в словах Уильямс о том, что она прекрасно выглядит. Даже если поделить их надвое, что, несомненно, надо делать, когда Робби пытается спасти ситуацию белой ложью, все равно получалось как-то неубедительно. Судя по виду ребят с косметикой и кисточками, перед ними была ебаная катастрофа.
– Между первым и вторым я чувствовала легкое головокружение, будто земля уходила из-под ног или комната округлялась, как у Виана в «Пене дней», – начала Патти лишь бы не видеть оценивающих взглядов служителей красоты.
Скайлер приготовилась внимать увлекательному рассказу и даже придвинулась ближе, чтобы не пропустить ни слова.
– Я знала, что он не просто так покинул твою квартиру только под утро.
– Видимо, все дело было в том, что нельзя так безрассудно мешать все подряд. И дегустационная доска шотов это совсем не то, что сырная тарелка.
– Вот только не говори мне, – обижено пробубнила Иендо, – что у него не встал!
Окончание фразы заставило обернуться весь немалочисленный персонал, задействованный в съемках, а бедный фотограф едва не уронил один из своих дорогостоящих объективов и посмотрел на Скайлер с таким укором в глазах, будто она сдала позиции своей армии врагам за «сникерс» и бутылку «колы».
– Я бы все-таки поставила, что не встал у нее, – расхохоталась Робин. – Давно я за Патти такого похмелья не видела. А уж сколько мы с ней за все это время выпили… но на этот раз кто-то переборщил.
– Просто у меня не было под боком подруги, которая помогла бы выполнить обещанный минимум по случаю увольнения, – обернувшись к Уильямс, сказала Патти. Стилист, колдовавший над шнуровкой на ее кожаном платье, тяжко вздохнул: ему опять придется все перетягивать. Несмотря на, казалось бы, катастрофические последствия вчерашнего кутежа, Бэйтман была активнее обычного и то и дело отвлекалась на посторонние вещи, сводя на нет работу бедолаги.
– Какие же вы зануды, дамы, – зевнула Скайлер от деланной скуки. – Выясняете отношения, как старая пара пенсионеров. Может, все-таки вернемся к более интересным и насущным темам?
– Черт побери, да сколько раз мне надо сказать, что я его не трахала?!
Неловкое молчание опять воцарилось на импровизированной съемочной площадке. Все еще несколько мгновений выжидали продолжения фразы, чтобы узнать-таки с кем эта розововолосая девица коротает ночи: Бэтменом или Джокером.
– Можно подумать, ты единственная, кто может похвастать личной жизнью, – хмыкнула Скай. – Робби, ты же вроде встречаешься с этим горячим немцем из «Игры престолов». С Томом…. как его там?
– Влашихой, – беззвучно прошептала мгновенно поникшая Уильямс.
– Нет, – пришла ей на помощь Патриция, – в последнее время она переключилась на обходительных колонизаторов.
Робин благодарно улыбнулась.
– Типа Тома Хиддлстона?
– Типа Криса Мартина, – не без отвращения ответила Бэйтман и, судя по реакции Иендо, поняла, что вопрос с вокалистом Coldplay закрыт из-за полнейшего отсутствия с ее стороны интереса к этой теме. Патти мысленно поблагодарила Скай за такую солидарность. Во всем этом дурдоме должен быть кто-то еще, кто трезво оценивает ванильного британского мальчика и его радужные речи, от которых бы даже хиппи по укурке обалдели.
После того как Скай в компании с фотографом покинули квартиру Патриции, девушка громко выдохнула и с глухим шлепком плюхнулась на диван, заставив Робби подвинуться.
– Я вот думаю, – начала Уильямс, продолжая разглядывать что-то на экране своего «айфона». – Хорошо бы нам махнуть куда-то отдохнуть. Ну, после того как ты закончишь все свои дела, а я сгоняю на вечеринку YSL Beauty и потом в Испанию на съемки… Ох, дерьмо. Работы куча.
– Именно поэтому об отдыхе в ближайшее время можно даже и не мечтать, – отозвалась Патти. Она обвела скучающим взглядом гостиную и спросила: – Когда уже приедет твой мистер Я Люблю Весь Мир? Я жрать хочу.
Прыснув со смеху, Робин тут же вернула своему лицу выражение полной серьезности и ответила:
– Мисс Бэйтман, прошу вас проявлять больше уважения!
– Куда уж больше! – Патриция поднялась с дивана. – Хватит и того, что я разрешу этому воплощению девичьих грез переступить порог моей квартиры.
С этими словами она скрылась в коридоре, ведущем в спальню, а Робин лишь вздохнула. Она была уверена, что со временем Патти обязательно начнет относиться к Крису с большей теплотой. Хотя были у нее и другие опасения. Ведь в случае с Патрицией Бэйтман нельзя быть уверенной ни в чем.
Сама же Уильямс была несколько взволнована. И неважно, что она еще утром видела Криса, ей казалось, словно прошло уже больше недели. После всего, что случилось, Робин дала себе слово, что никогда больше не бросится в пучину страстей, пусть даже перед ней появится сам Зеленый Фонарь со своим идеальным телом и крутым светящимся кольцом (да, она тоже иногда читала комиксы, хоть и не была так преданна вселенной DC, как Патти), проломив крышу ее квартиры. Сколько можно совершать одни и те же ошибки?..