Чтение онлайн

— А в лучшем? — раздался каркающий голос из толпы.

— В лучшем случае мы вырежем там всех по единого, получим награду и «со щитом» вернемся домой. Есть добровольцы?

Воцарилась напряженная тишина.

— Да вы не робейте. Страх — это нормально. Можете спокойно остаться здесь. Женщин тоже нужно охранять до прибытия войск! Не так ли? А в Данж со мной пойдут лишь те, у кого хватит духа снова встать лицом к лицу с подобными тварями, и кто готов подчиняться моим приказам. Ибо спасать шкуры идиотов, решивших, что именно они тут избранные и самые умные у меня нет ни малейшего желания!

— Так народ, дорогу! — раздался всё тот же каркающий голос, и вперед подался сухой и низкий старичок, с защитным щитком на голой груди и с двумя топорами на поясе. — Я иду. На время похода признаю тебя своим Конунгом.

Не медлю и протягиваю ему свою руку.

Вы заключили срочный Системный контракт.

— Какого? — Удивляется мужичок.

— А ты против? Зато надежно, и можно быть уверенным в каждом из членов отряда. — Кто еще готов сейчас вступить в бой? У нас буквально десять минут до выдвижения.

Толпа заволновалась, и из нее стали выходить люди.

Тридцать человек. Вместе со мной, Ромой и Святогором — тридцать три. Плюс Грифоны.

Именно в такой компании мы столпились на лесной опушке, у каждого перед глазами висело:

Вы обнаружили Данж «Забытое логово безумного химеролога». Уровень 17.

Желаете войти?

28 сентября 2018 года. Индонезия. Палу.

Растекшись по шезлонгу на пляже, я грелся в лучах послеобеденного солнца. Уже 3 года не было нормального отпуска, и нервы постепенно начали сдавать. Вид коллег по офису вызывал раздражение и перманентное желание испортить всем настроение, а общение с клиентами вообще стало пробуждать в недрах моей души что-то темное и первобытное, явно несущее угрозу психологическому здоровью окружающих. Так что после очередной (чудом погашенной!) вспышки агрессивной социофобии, я решил, что хватит. Причем заявление на отпуск я подал во вторник, а в четверг вечером уже покидал офис под полные надежды взгляды коллег, которые, видимо, тоже хотели «отпуск» — но уже от меня.

Путевку взял по принципу: чтобы людей поменьше, да потише. Так что, когда мне предложили горящую и, похоже, экспериментально-рекламную путевку в небольшой НЕ курортный город, я согласился, не задумываясь. И вот уже неделю прогреваю свою тушку на пляже, ем фрукты, общаюсь жестами с персоналом и пару раз в день перебрасываюсь несколькими фразами с группой ребят из моего города, что купили ту же путевку у того же турагента. Собственно, и летели мы вместе, и в отеле живем в соседних номерах.

Никогда такого не было — и вот опять. По поверхности мозга пробежали мурашки, и солнце померкло. От укушенного манго ломит зубы, а взгляд на просторы океана вообще наполняет сердце тревогой и предчувствием большого пришествия невиданного в этих местах упитанного полярного зверя. Приняв муторность как реальность, данную мне в ощущениях, я двинулся к отелю. Срочно поесть, процесс пищеварения обычно помогает упорядочить предчувствия (проверенно статистически, Отдел Моделирования высчитал процент реализации моих туманных прозрений — 82,7 %)

— Алекс, ты на карнавал?

Точно, на пляже вроде бы анонсировали какое-то местное мероприятие.

— Там будет клево, мы туда! Ты ведь с нами? — продолжила тараторить Зина, налетев на меня у входа в здание.

— Здравствуй, Зинаида! — улыбнулся я, а под ложечкой неприятно засосало, предчувствие грядущих неприятностей усилилось, когда увидел остальную компанию, спускающуюся по лестнице.

— Привет, ребята! Зина сказала, что вы идете на «карнавал»?

— Не карнавал, открытие фестиваля «Палу Номони»! Песни, ритуальные танцы и прочее. — уточнил Роман (он всегда и всё знает точно).

— А ты собираешься? — поинтересовалась Лера, дергая себя за пряди волос за ушами. Из-за повышенной влажности её прямые волосы вдруг начали виться дико и нерегламентированно. Посему Лера стремится их распрямить механически. — Так мы можем подождать!

Я только хотел отказаться, как в груди резко кольнуло понимание, что если туда пойдут, то больше их не увижу. Значит, угроза исходит от пляжа, скорее всего — от моря. Я слегка подзавис, соображая, как их задержать.

— Пойду, пойду, только что-нибудь в рот закину. А вы «ланчевались»? Пошли в ресторан на крыше, а потом — на пляж?

— Да мы уже выдвинулись, — начал было Павел, но женский триумвират встал на мою сторону:

— Перекусить надо, а то неизвестно, как там и что будет?!

В итоге через 20 минут мы сидели за столиком с видом на море, перебрасывались словами и ждали свой заказ. А через 30 минут наблюдали, как пляж и всех, кто был на нем и не успел убежать, смывает к чертям собачьим пятиметровая волна цунами. А потом до нас долетел ветер, опрокинул столы и пустые стулья, и всё стихло.

Дальше — сумбур. С парнями кинулись вниз и, как только вода отошла, бросились искать пострадавших и раненых. За нами увязалась Лера, которая, оказывается, работает медсестрой. Мы разгребали завалы, переносили раненых, и, судя по температуре тел, не только раненых, и, вообще, старались оказать посильную помочь спасателям и медикам, при этом не путаясь у них под ногами.

Засыпая же на следующий день после обеда в своем номере, я прокручивал перед глазами образы искалеченных и мертвых людей, и думал, а мог ли я спасти не только ребят, но и остальных? И что для этого нужно было сделать? Как объяснить людям, с которыми я вместе не работаю, что я часто (не всегда) Чувствую и Знаю, когда и где что-то случиться?

14 июня 2021 года. Россия. Лесная поляна.

— Алекс, ты проснулся?

Я открыл глаза и уставился в потолок шатра, по которому гуляли пятна от солнечных лучей и ветра. Голова болела после вчерашнего, и очень хотелось пить.