Проснувшийся
Шрифт:
— А почему ты тогда хочешь отдать меня какой-то тётке? Чтобы удрать подальше и забыть об обузе, не так?
— И мысли такой не было. — Отозвался Ким. — Чем хочешь, поклянусь, Тина!
Неожиданно девочка приложила ладонь ко лбу Дрёма, напряглась и… расцвела довольной улыбкой.
— Не врёшь. — Констатировала она и тут же спросила. — А какая она, моя мама?
— Ещё один Хрон на мою голову. — Тихо вздохнул Ким, и Тина кивнула.
— А это он меня такому фокусу научил. И сказал, чтобы я как можно больше тренировалась. Тогда смогу знать, кто врёт, а кто говорит правду, даже не прикасаясь… и вообще, не уходи от темы!
Тим застонал. Две! Две язвы на его голову. Молодец, орм…
— Ки — им…
— Тина, а давай полетаем? — Спросил он. А что, самый лучший способ прочистить мозги…
— На Горине? — Топнув ногой по настилу, спросила та.
— А на чём же ещё? Только не в атмосфере. Хочешь увидеть Агору из космоса? — Заметив, как загорелись глаза Тины, Ким хмыкнул. Ну да, мог бы и не спрашивать.
— Когда?
— Да прямо сейчас. — Улыбнулся парень и заткнул уши от радостного визга девочки.
— Тогда держись.
Рядом с креслом Кима прямо из пола выросло ещё одно, поменьше, куда Тина с готовностью и забралась. Дрём положил руки на подлокотники…
— Горин, слияние.
— Принято. — По желанию Кима машина перешла на звуковой режим. Ладони Дрёма обволокло отливающей металлом плёнкой, он подмигнул с любопытством наблюдающей Тине и… провалился в слияние.
Собственное тело будто выросло и сильно потяжелело. В этом не было ничего необычного, просто сейчас Ким и Горин стали одним целым, и тело машины он ощущал, как своё собственное. От «кожи» покрытия на корпусе до маршевого двигателя и гравипривода. Сенсоры Горина стали для Кима глазами, ушами, обонянием и осязанием… и ещё добрым десятком недоступных обычному человеку чувств. Привычным, почти неосознаваемым усилием он запустил тестирование и через несколько секунд понял, что готов к взлёту. Ничего «не чешется» «не болит» и «не зудит», значит, системы в норме. Готово! Легко опершись на стартовые движки, словно присев перед прыжком, орм послал тело вверх одним чётко выверенным усилием. Взлёт!
Оказавшись в километре над поверхностью, орм ускорился, заставив маршевый двигатель взреветь, и по округе будто прокатился раскат грома. Есть режим… выход на орбиту. Для того, чтобы оторваться от «липкой» поверхности, как она ощущалась ормом, он на миг активировал гравипривод, и планета словно сама оттолкнула его тело, отпуская его в пустоту… Нет, это для обычных людей вокруг пусто, а для прошедшего слияние пилота, космос — это океан. Со своими течениями в межзвёздном пространстве, формируемыми тёмными звёздами и бухтами звёздных систем — то спокойными, словно сонная лагуна, то бурливыми от изливающейся в них силы местных светил…
Ким улыбнулся, чувствуя внутри себя, орма, маленький огонёк восторга. Кажется, не ему одному по душе путешествия в пространстве. Дрём мягко коснулся сознания Тины и получил в ответ такой вал радостных эмоций, что…
— Ну, что скажете, господа? — Худощавый высокий полковник в чёрной форме остановил запись и оглянулся на коллег, сидящих за длинным пустым столом.
— Интересная вариация. И кто же догадался подсунуть такое в качестве финального психотеста? — Раздался язвительный голос единственной дамы среди присутствующих. Сейчас в этой подтянутой женщине в форме майора можно было только по интонациям узнать медика учебного центра.
— Доктор Дайго, что скажете? — Игнорировал замечание подчинённой полковник. Седой, полноватый доктор улыбнулся краешком губ и кивнул.
— Работа Лима, не иначе. На этот раз наш мастер вероятностей превзошёл самого себя. Толково, очень толково… Думаю, юноша заслужил свой допуск.
— Согласен. — Тут же откликнулся сидящий рядом с ним офицер с профессионально неприметным лицом контрразведчика. — Но не мой кадр. А вот тактикам он придётся ко двору. Что скажете, капитан?
Самый молодой из присутствующих за столом усмехнулся и довольно потёр руки.
— Ручаюсь, я сделаю из него спеца. И помяните моё слово, через десять лет стратеги будут локти себе грызть от досады, что упустили этот кадр. А мы ещё поду — умаем, отдавать им его или себе оставить. — Капитан сверкнул глазами и изобразил комичный поклон в сторону сидящего рядом с медиком невозмутимого топаканца в звании майора.
— Может быть… может быть. — Протянул топаканец. — Ладно, допуск. Посмотрим, как покажет себя этот ваш будущий такт.
— Значит… мед — майор Талаан… Ваш вердикт? — Обратился к медику полковник.
— Допуск. При условии, что этот харгов… тьфу ты, вот привязалось же! Короче, по завершении церемонии, Лима должен поставить парню мозги на место! Иначе вместо такта или страта получите шизофреника! — Заключила мед — майор.
— Что ж, решено. — Полковник кивнул, и по коридору за дверью кабинета прокатился его голос. — Курсант Дрём!
Чеканя шаг и глядя куда-то в пустоту, в кабинет вошёл юноша в уставном чёрном мундире, отличающемся от формы находящихся здесь офицеров, лишь отсутствием наградных планок да пятью курсантскими «нашивками» на рукаве, немедленно оплывшими и исчезнувшими, едва он переступил порог.
— Курсант Дрём, поздравляю с первым офицерским званием. Ваш идентификатор, такт — лейтенант!