Чтение онлайн

— Давай присядем, — предложила я, кивнув на пару стульев перед столом.

Следующие пятнадцать минут я потратила на рассказ, а Гарри — на полное его осмысление. Под конец он уткнулся лицом в сложенные ладони.

— Я не могу поверить… Ты все это время была совсем рядом. А Дамблдор ни словечком не намекнул о тебе… Почему он так сделал? — глухо спросил он.

— Спросишь у него самого, я не знаю. Но факт остается фактом: я, как и ты, выжила, но впала в состояние, называющееся комой, потеряла память и свою магию. Кто я теперь без всего этого?..

Гарри поднял голову, в глазах снова вспыхнул, словно азартный блеск, отсвет от огня.

— Ты моя мама! — слегка охрипшим голосом сказал он. — Моя мама, Лили Поттер. У тебя нет воспоминаний, но есть я и Ремус. Мы поможем тебе вспомнить.

— Спасибо, Гарри. Как хорошо, что есть у меня ты и Ремус. И Петунья.

“И Северус”, — добавила про себя я.

Не вставая, притянула его к себе, и Гарри прижался к моему плечу. Однако сразу отстранился.

— Тетя Петунья? — Брови сына удивленно изогнулись. — Ремус упоминал что-то про нее. Говорил, что ты была у нее…

— Была, после того, как сбежала из больницы.

— Да, ты остановилась на том, как решила больше не оставаться там. А что было дальше? Про меня и тетю Петунью тебе рассказал Дамблдор, но как ты ее нашла? Ведь, насколько я знаю, вы не очень-то общались, и вряд ли часто ты бывала у Дурслей.

— О, в этом мне помог случай. Точнее, целая цепочка случайностей.

Эта история произвела на Гарри не меньшее впечатление, чем первая часть моего рассказа. Он сидел, выпрямившись, и не сводил с меня взволнованного взгляда, смешанного с чем-то похожим на восторг.

— Вот это совпадение… С “Ночным рыцарем” у меня произошло точно так же, как у тебя. Ну, я тебе потом расскажу… — пообещал он, заметив на моем лице интерес.

— Вот, кстати, еще одна случайность, — припомнила я. — Если бы этот парнишка-кондуктор не упомянул про тебя, я бы, наверное, до сих пор искала тебя по всей стране. И не факт, что удачно.

— Да, тот день был для меня не сказать чтоб удачный… — пробормотал Гарри.

Что же с ним в тот день произошло? Что-то не очень хорошее? Почему он в тринадцатилетнем возрасте отправился в одиночку куда-то из дома? Но, видимо, не сегодня мне удастся утолить свое любопытство.

Я прервала рассказ о своем приключении на том месте, как столкнулась с Северусом. Продолжила бы дальше, но мне вдруг вспомнилось, каким тоном Гарри произнес его фамилию, когда я убеждала его выслушать меня, и споткнулась на полуслове.

— В общем, было как-то так…

Нет, я обязательно расскажу ему о Северусе, но сначала мне хотелось бы узнать, какое отношение у Гарри к нему. Почему говорил о нем едва ли не с неприязнью и даже с презрением, если, конечно, я не обманулась в интонациях сына.

— Представляю, как встретили тебя Дурсли… — задумчиво сказал он по прошествии нескольких минут.

— Что, они такие плохие? — осторожно спросила я. Судя по тому, с каким отрицанием говорил муж Петуньи, Вернон, о Гарри, вряд ли тот имел о нем положительное же мнение. А как сама Петунья обвиняла меня в несправедливости опеки над моим сыном. Тут впервые меня кольнуло подозрение. Ох, чует мое сердце, не слишком счастливо жилось Гарри в семье Петуньи.

Гарри почему-то заколебался с ответом и опустил глаза.

— Ну… не сказал бы, что такие уж плохие… Тетя Петунья твоя сестра…

— И что? — Я в напряжении замерла. — Говори все как есть. — Меня пронзила дикая мысль, от которой я чуть не подпрыгнула на стуле. — Милый… они с тобой плохо обращались? Они тебя били?!

Гарри так резко вскинул голову, что очки скользнули к кончику его носа. Он нетерпеливо задвинул их обратно.

— Нет, мам, не били! — сказал удивленно. — Если б били, я бы давно сбежал из дома…

Сказал и запнулся, когда понял, какой смысл несла эта фраза.

— Та-ак! — В моем голосе послышались одновременно и угроза, и испуг за Гарри, которому, возможно, пришлось столкнуться с грубой силой взрослых.

Я медленно поднялась, но мигом упала обратно на стул. Ноги почему-то не держали меня, и вообще от макушки до пяток я чувствовала неприятную слабость.

— Мама! — на этот раз вскочил Гарри. — Что с тобой?

— Ничего, Гарри, все в порядке… — Я провела по лицу рукой, отгоняя усталость, которая вдруг навалилась на меня. — Просто немножко устала…

— Похоже, не немножко, а ты очень устала. Тебе вообще нельзя сильно напрягаться после… после комы. — Он сглотнул, словно это слово было неприятным на вкус. — Тебе нужно находиться под наблюдением целителей. И к тому же ты, наверное, голодная… Ты давно ела?

Я машинально кивнула, и будто в подтверждение этому мой желудок провозгласил голодный вопль.

— Ой…

— Вот видишь. — Как бы ни был Гарри обеспокоен, но улыбку удержать не смог. — Ты должна поесть.

Против этого я ничего не имела. Только вот влезет ли в меня что-нибудь после таких-то разговоров?

Гарри отошел от меня и, поминутно оглядываясь, начал обыскивать шкаф, стоящий в углу.

— Гарри, так скажи мне, как они к тебе относились? Тетя Петунья и ее семья?

Он на миг замер, но затем продолжил свою деятельность.

— Мам, почему бы тебе не спросить у самой тети Петуньи?

— Спросить-то спрошу, но мне хотелось бы услышать от тебя. Может, я поторопилась помириться с ней?

— Она все-таки твоя родная сестра, — с сомнением сказал он. — И я даже рад, что она нашла в себе силы признаться в своей неправоте. — Он обернулся, точно решившись на признание. — Я могу сказать только одно… я никому не был там нужен. Меня не считали кем-то родным.