Просто так...

Просто так

1

Делать было нечего. Стоя под дверью соседской квартиры минуту размышляла звонить или нет. А вдруг спит? Выходной ведь. Вполне нормально спать в восемь утра в воскресенье. Решилась. Позвонила. И отошла на шаг от двери. Пять минут не было слышно ни звука. Спит. Или дома нет? Да, наверное, никого нет дома. Вздохнула, развернувшись, решила вернуться домой.

В двери за моей спиной провернулся ключ. Тихий скрип.

– Что на этот раз?
– разнесся по лестничной площадке мужской голос. Вздрогнула. Улыбнулась. Обрадовалась. Сжала в руках прозрачную коробку со свежим печеньем и стремительно обернулась к соседу.

– Привет, Фима, - расплылась я в улыбке, - я тебе печенье принесла. 

– Не скалься, - буркнул парень и отступил вглубь квартиры, без слов приглашая меня войти.Вошла.

Закрыла дверь за собой и, сбросив тапки, потопала на кухню. От гнева Фимы меня спасет только горячий чай и вкусное печенье. А парень мне сейчас нужен в хорошем расположении духа.

Фима исчез в спальне, а я ждала его появления. Поставила чайник на плиту, открыла коробку, решилась умыкнуть одну печенюшку от принесенной взятки.

– Положи, где взяла!
– раздался рокот Фимы за спиной. Скорчила моську злобного суслика, украденное не вернула, сунула в рот, прожевала, проглотила. Вкусное, однако.

Вода в чайнике закипела, я плеснула в две кружки кипятка, в один всыпала растворимый кофе, в другой сунула пакетик с чаем. Пока переставляла кружки на стол, кипяток расплескался мне на руку. Зашипела.

Позади раздался тяжкий вздох. Услышала, как открылся шкафчик за спиной. И на столешницу лег тюбик с мазью от ожогов.

– Дай сюда, Криворучкина!
– пробормотал Фима. Знала, что спорить бесполезно. Послушно протянула пострадавшую конечность парню. Тот, осмотрев ранение, смазал ожог мазью и коротко велел никуда конечности не совать. Я, конечно же, послушалась. Угу. Раза два.

– Криволапкина я, - в миллиардный раз поправила я парня.

Да, мое имя - моя карма. Звать меня Серафима Криволапкина и этим все сказано. Жизнь моя - полная и окончательная непруха. Все соседи, знакомые и родственники об этом знают. И тщательно стараются обходить меня стороной.

– Фим, мне помощь нужна, - вздохнула я. 

– Понял, иначе не приперлась бы в такую рань, - проворчал парень, - грохнуть кого задумала или так, по мелочи?

Хотела вспылить. Не решилась. Я же ведь за помощью вроде как. И в конфликт вступать с потенциальным спасителем смысла не было.

– Мне парень нужен на сутки, - выдала я.

Фима поперхнулся чаем, подавился печеньем, закашлялся, а потом выдал лаконично: 

– На хрена? 

– Фим, а на хрена парни нужны?
– решила поприкалываться я, - Интимом хочу заняться со страшной силой без перерывов на обед и сон.

Кашель Фимы показался мне крайне подозрительным. Может быть к врачу? Вдруг бронхит?

– С последним твоим этим, как его там? Чего случилось?
– прокряхтел Фима.

– Убег, подлец, - развела руками я.

Да, от меня все убегают и парни не исключение. Да и какие там парни? Так, полторы калеки...

– Правильно сделал, - пожал плечами Фима, - мужик тебе для чего понадобился?

– Не мужик, а парень, - вздохнула я, уселась напротив Фимы и подперла рукой подбородок, - Фим, помоги, а. Я же не часто прошу тебя о помощи.

Фима молча жевал печенье, хмуро глядя на меня исподлобья. И ждал. По глазам видела, что ждал моих пояснений. Но не спросит, пока сама не расскажу.

– Тут такое дело, - вздохнула я, - папик мой собрался жениться. Невеста вроде как заграничная. Он уже фирму собрался туда переводить. И меня в качестве приложения. А я не хочу, понимаешь? Ну как я буду там жить?

– Конечно, я б тебя тоже не пустил, - выдал Фима едва ли не самую длинную фразу со времен нашего знакомства, - ты хуже атомной бомбы, полстраны разнесешь в хлам.

– Фим, я серьезно, - вздохнула я, - я не хочу уезжать. А папика не переубедить. Думает, одна я жить не смогу, не справлюсь. Вот я и решила, если у меня будет парень серьезный и с намерениями, то родитель оставит меня здесь. Я и учебу не хочу забрасывать. У меня сессия на носу. Фим, будь приличным соседом, помоги, а?

Фима молчал. Я последовала его примеру. Отпила горячего чая из кружки. Обожгла язык. Поморщилась. Решила добавить молока в чай. Полезла в холодильник. Вынула пакет с молоком. Пока открывала его, расплескала на пол и на стол. Принялась вытирать пролитую жидкость салфеткой. Стукнулась головой о столешницу, когда наклонялась.

– Мда, - философски изрек Фима, - пациент скорее мертв, чем жив.

– В смысле?
– проворчала я, потирая лоб. 

– Отец твой не зря волнуется, - ответил парень.

Швырнула салфетки в мусорное ведро. Вздохнула. Недовольно посмотрела на парня. Он сидел, упираясь затылком в стену и скрестив руки на груди.

– Поможешь - спасибо, нет - не ерничай!
– проговорила я. Секунду смотрела на парня. Развернулась и потопала к входной двери.