Простые чудеса
Шрифт:
Весёлый Огородник, как называли его многие соседи, любил качать малыша на руках, напевая хрипловатым голосом незатейливые песенки, а лицо мужчины буквально сияло от счастья.
– Мамуль, а чего ты делаешь?
– Надо вскопать участок, пока папа на работе. Иди, поиграй пока…
– Лучше дай, я попробуй – тебе же тяжело совсем, – мальчик протянул ручонки и вцепился в лопату.
Татьяна усмехнулась и с улыбкой стала наблюдать, как десятилетний Серёжка начал копать. У него сначала не получалось: сам чуть больше лопаты, а высушенная земля оказалась слишком тяжелой. Но он не сдавался: сопел, как маленький паровоз и продолжал ковырять неподатливую землю.
– Ну как, землекоп, получается? – мама разогнула натруженную спину и села под яблоньку.
– Угу. Уфф! Просто мне надо… это… уфф… потренироваться… совсем немного… у-ух!
– Эй! Садоводы! Давайте ужинать! – крикнула Татьяна в окно кухни. – А то совсем в кротов превратитесь!
– Пусть папаня идёт, – пробасил Сергей, у которого уже в тринадцать начал ломаться голос. – А я ещё не устал. Совсем. – Он вытер мускулистой рукой пот со лба, выпрямился.
Мама с гордостью посмотрела на широкоплечего парня. Ростом – почти с отца! И когда только вымахать успел? Да, летит время…
– Смотрела новости? – соседка Лена с таким ужасом посмотрела на Татьяну, что она даже вздрогнула от неожиданности: обычно весёлая, задорная подруга выглядела так, словно на их дом обрушилась комета! Губы дрожали, глаза блестели от слёз. – В одной части какие-то ублюдки до полусмерти избили новобранца!
– Ох, что творится… – Татьяна невольно коснулась груди, почувствовав, как заныло сердце – через год уже Серёжке служить…
– Творится? Да уроды они, Таня! Уроды! Куда офицеры смотрели? А? Судить их надо, мразь такую! Это как – впятером избивали одного парня? Они кто вообще? Защитники Родины?
– Лена, успокойся, солнце, – от резких криков подруги у Татьяны стало бешено колотиться сердце. – Тот парень, он ведь поправился уже?
– Поправился, ага, – ответила подруга уже спокойнее, но её сжатые кулачки подрагивали, словно она вот-вот собиралась броситься с голыми руками на любого генерала-взяточника, на любого садиста, на любого непорядочного офицера и расцарапать ему лицо ногтями, прикрыв грудью каждого новобранца.
– Ну, Слава Богу, – с явным облегчением выдохнула Татьяна. – Попьём кофеёчку?
– Поправился! – Лена мотнула головой. – Теперь еду через капельницу получает. На всю жизнь стал инвалидом из-за каких-то отморозков!
Попьём. Кофеёчку…
Пропел сотовый, оторвав Татьяну от воспоминаний. Женщина побеседовала с матерью и стала накрывать на стол.
Ужинали молча. Николай с явным аппетитом скушал тарелку наваристого, ароматного борща.
– Добавочки?
– Угу. Ты у меня – золото, – он обнял жену и с благодарностью чмокнул в щёку.
– Подлиза сибирская, – она шутя хлопнула его по плечу. – Тебе уже лучше?
– Наверное… стой, я что, опять собирался ехать за… – он замолчал, тяжело вздохнул. – За сыном? Сильно орал? Только честно?
– И совсем не орал. Почти, – отвернулась Татьяна, наливая вторую тарелку борща. – Доктора сказали, если принимать таблетки постоянно, приступы пройдут.
– В жопу докторов. Они нам сына не вернут…
– Коля, только не надо ожесточаться… не надо, хорошо? – голос женщины задрожал. – Ты у меня один остался.
– Хо-рр-ро-шо.
Ночь окутала домик Соколовых бархатным покрывалом. Николай около часа ворочался в кровати, пытаясь уснуть. Мысли атаковали, как стая диких псов.
Наконец, пришёл сон.
Серёжка с удивлением глядел на знакомых персонажей. Мальчику казалось, что они стали продолжением сказки, которую он видел недавно.
– Ну! Здравствуй, Сергей! – густым басом приветствовал Дед Мороз, очень похожий на папу. – Ты был хорошим в этом году?
– Не совсем, – честно признался обрадованный визитом волшебного гостя мальчик. – Но я старался…
– Молодец! А за старание ты получишь сюрприз, который для тебя приготовила сама Снегурочка.
– Ух, ты! А когда она успела, если у вас столько детей каждый год?
– Хм… нам помогают волшебные звери, снеговики и даже птицы! Ха-ха-ха! – Николай незаметно подмигнул Татьяне, она тут же достала Заветный Пакет, завязанный золотистой ленточкой.
Мальчик вскочил, достал подарок и запрыгал на кровати.
Ура! Урра-а-а! Настоящий, самый замечательный в мире набор Волшебных Карандашей! Вот здорово!
Серёжка так крепко обнял Деда Мороза, что у того чуть не отклеилась борода. Снегурочка засмеялась и ловко загородила Николая, чтобы он не развоплотился раньше времени.
Весь день мальчик носился с набором карандашей как заводной, придумывая, что же нарисовать.
Когда вся семья собралась под ёлкой, украшенной мандаринами (мама аккуратно привязывала их к веточкам, чтобы каждый мог сорвать лакомство) и фигурками сказочных существ, вырезанных из серебристой фольги, Серёжка достал лист бумаги.
– Я хочу… нарисовать что-то такое, – он задумался и почесал светло-русую голову. – Чтобы всем понравилось! Да, и пусть этот рисунок всех развеселит – Новый Год же!
Затем взгляд мальчика остановился на большой энциклопедии, которую родители подарили ему в прошлом году.
– Ты хочешь нарисовать нам большущего динозавра? – улыбнулся отец.
– Не совсем, – Серёжка открыл страницу с изображением величественного, изящного птеродактиля и закусил карандаш.
Когда Николай проснулся, в груди защемило сердце. Мужчина осторожно встал, чтобы не разбудить жену и пошёл на кухню. По щеке скатилась одинокая слеза.
Каким образом рисунок сына мог превратиться в чудовище его ночных кошмаров? Что всё это означало?