Чтение онлайн

Флоренс скользнула ладонями по груди Ричарда, почувствовала, как быстро бьется под тонкой тканью рубашки его сердце. Страстный, завораживающий ритм — как гипнотическое биение индейских тамтамов.

Неловкими от волнения пальцами она принялась расстегивать пуговицы его рубашки. Сначала верхнюю, затем вторую… На третьей пальцы их встретились — Ричард успел уже расстегнуть все нижние пуговицы. Небрежное движение мускулистых плеч — и рубашка соскользнула вниз, обнажая торс, достойный профессионального атлета.

Флоренс залюбовалась своим возлюбленным. Могучая грудь с твердыми, рельефно выступающими мышцами, плоский живот — ни дать ни взять ожившая скульптура античного мастера. Сдавленно ахнув, девушка припала к этой широкой груди, наслаждаясь древним как мир контрастом мужского и женского начал: твердости и мягкости, стали и шелка.

Вцепившись руками в спинку кресла за плечами Ричарда, Флоренс всем телом потерлась о возлюбленного. Ответом ей стал сдавленный стон Ричарда. По телу девушки пробежала дрожь восторга. Оказывается, и она способна вызывать у мужчины — желанного мужчины! — столь сильную реакцию. Смелея от успехов, она приподнялась вновь, но Ричард не дал ей продолжить.

Одним быстрым движением он встал с кресла, увлекая ее с собой.

— На тебе еще слишком много всего надето! — прорычал он и с новой страстью припал к ее губам. Умелые прикосновения языка дразнили, будоражили, заставляли все сильней и сильней желать продолжения.

И продолжение не заставило себя ждать. Ричард скользнул рукой по бедру Флоренс, сминая и поднимая тонкую ткань юбки.

Никогда прежде она не позволяла ни одному мужчине подобных вольностей. Да, целоваться ей приходилось, но разве похожи были почти невинные поцелуи однокурсников на жаркие лобзания Ричарда? А уж на более пламенные ласки никто из мимолетных увлечений Флоренс и подавно не осмеливался, да она бы и не позволила. Ведь ни разу прежде сама она не испытывала столь сладостного, головокружительного чувства, когда рушатся все внутренние запреты и самые немыслимые вещи становятся единственно возможными и правильными.

Порой, правда, Флоренс случалось задуматься, почему в ее насыщенной всякими делами и впечатлениями жизни так долго не находится места сексу, плотской любви. Теперь она знала. Она просто сберегала себя для того единственного, кому суждено было разбудить дремавший в ней вулкан чувств.

Ладонь Ричарда двинулась выше, и мысли об однокурсниках мгновенно улетучились из головы Флоренс. Единственное, что она могла воспринимать, на чем могла сосредоточиваться сейчас, — это на тех восхитительных ощущениях, что дарили ей изощренные ласки Ричарда.

Сердце молодого человека неистово билось рядом с ее сердцем, дыхание обжигало шею.

— Не передумала? — все-таки нашел в себе силы шепнуть он. — Ты уверена, что хочешь этого? И прямо здесь?

Она даже застонала от нетерпения.

— Да же! Да!

Ну разве он не понимает, что она просто умирает от желания?

Похоже, Ричард это понял. Секунда — и ни юбки, ни трусиков на Флоренс уже не осталось. Еще мгновение — и Ричард стоял перед ней такой же обнаженный, как и она. У девушки перехватило дыхание при виде этой классической, завораживающей мужской наготы. Она и не представляла, что это выглядит именно так, настолько впечатляюще и даже чуть-чуть пугающе. Но Ричард не дал ей времени опомниться, снова заключил в объятия, плотно прижал к себе, осыпал горячими поцелуями ее лицо, шею, плечи. Руки его пустились в вольное странствие по телу возлюбленной, мало-помалу осваивая и подчиняя себе самые сокровенные его уголки. И Флоренс, всегда такая самостоятельная и независимая, была только рада подчиниться этому жаркому натиску, эротической демонстрации мужской власти.

Отдавшись новым, неведомым ощущениям, она забылась, потеряла счет времени. Но вот Ричард снова отстранился. И она почувствовала, как в руку ей скользнул маленький гладкий пакетик. Флоренс и не заметила, когда и откуда Ричард успел его достать.

— Не хочу тебя торопить. Вскрой, когда сочтешь нужным…

Торопить? Да она готова была подгонять события. Дрожащими пальцами Флоренс рванула край пакетика. Тот не поддался. Сгорая от нетерпения, она собралась уже пустить в ход зубы, но в последний миг упрямая фольга все же разорвалась.

Так, теперь новая задача: как же натянуть сей предмет на полагающееся ему место? Конечно, Флоренс справилась, но довольно-таки неуклюже, тем более что все внутри так и сводило от невыносимого желания, да еще и Ричард своими поцелуями отвлекал, мешал сосредоточиться.

Уф! Наконец-то! Не успела Флоренс порадоваться своей маленькой победе, как Ричард подхватил ее на руки и посадил на край стола. Бедра их теперь находились на одном уровне, а сам Ричард стоял между раздвинутых колен девушки. Но он все еще медлил.

Поражаясь собственной смелости и полному отсутствию какого бы то ни было стыда, Флоренс потянулась к убедительнейшему доказательству его желания, обхватила его пальцами, легонько сжала. По телу Ричарда пробежала крупная дрожь. Осторожно отстранив руку девушки, он подался вперед, медленно и осторожно начал входить туда, куда так рвался.

Флоренс замерла, обеими руками вцепившись в плечи возлюбленного. К острому наслаждению примешивалась легкая боль.

— Все в порядке? — В голосе Ричарда звучала нежность, которой Флоренс не ожидала услышать.

Она кивнула. Но только сейчас, когда Ричард ласково погладил ее по щеке, осознала, что кусает губы от напряжения. Она ожидала решительного рывка, но его не последовало. Ослабив напор, Ричард принялся с новым пылом ласкать Флоренс. Ловкие пальцы умело касались той точки, в которой сосредоточилось сейчас все снедающее Флоренс желание, и скоро по ее телу растеклась новая волна лихорадочного, жаркого наслаждения.

Тогда-то, когда она уже находилась на вершине самых немыслимых и упоительных ощущений, Ричард вошел в нее. Никакой боли она не почувствовала. В той новой вселенной, куда так щедро и безоглядно увлекал ее Ричард, никакой боли места не было и быть не могло — лишь невероятное, немыслимое блаженство.

И только одно на миг замутило чистую радость Флоренс. Внимательный, удивленный взгляд Ричарда в тот момент, когда они наконец стали единой плотью. Неужели он понял, что она была девушкой? И что он теперь подумает? Что скажет?

Но в эту секунду он не сказал ничего, а в следующую все снова потонуло в сладостном тумане.

Ричард завороженно глядел, как мягко вздымается и опадает грудь возлюбленной. После пароксизма страсти молодые люди опустились в кресло, Флоренс сидела на коленях у Ричарда, волосы ее разметались по его плечу, лицо с закрытыми глазами было спокойно и умиротворенно.