Чтение онлайн

Джерри Алисандрос потерпел неудачу, попытавшись доказать, что у судьи Сирайта нет иного выбора, кроме того, чтобы перевести дело на рассмотрение в Майами.

— Иски были поданы в Чикаго, а не в Майами, — напомнил судья Алисандросу. — Никто не заставлял вас подавать их здесь. Полагаю, вы могли бы подать их в любом месте, где находятся филиалы «Веррик лабз», то есть в любом из пятидесяти штатов. Я не вполне понимаю, почему федеральный судья Флориды думает, что может приказать федеральному судье Иллинойса передать иски на рассмотрение ему. Вы не могли бы это объяснить, мистер Алисандрос?

Мистер Алисандрос не мог. Он храбро возразил, что в последнее время объединение взаимосвязанных исков в одно разбирательство и рассмотрение их одним судьей — общепринятая практика.

Общепринятая, но не обязательная. Сирайта, похоже, разозлило, что кто-то позволил себе предположить, будто от него можно требовать передачи исков кому-то другому. Это его дела!

Дэвид сидел позади Уолли, в ряду стульев, расположенных напротив барьера, отделяющего судью. Его взбудоражила волнующая обстановка в зале суда, напряжение и высокие ставки, и он встревожился, поняв, что судья Сирайт явно не поддерживает их в этом вопросе. Однако Алисандрос заверил их команду, что выигрыш по начальным ходатайствам не так важен. Если «Веррик лабз» хочет быстро рассмотреть отдельное дело в Чикаго в качестве эксперимента, так тому и быть. За всю свою карьеру он никогда не пытался избежать разбирательства. Пусть начинают.

Судья же, казалось, был настроен враждебно. Так почему беспокоился Дэвид? Ведь о реальном суде речи не было. Все юристы, сидевшие по одну сторону прохода вместе с ним, втайне неукоснительно верили, что «Веррик» разберется с безобразием по крейоксу задолго до начала суда. И если полагаться на слова Баркли, сидевшего по другую сторону прохода, юристы со стороны защиты тоже подумывали о мировом соглашении. Что это — подставная игра? Так ли на самом деле строился бизнес по гражданским коллективным искам? Обнаруживают плохое лекарство; юристы истцов лихорадочно набирают дела; подаются иски; крупная юридическая фирма привлекает несметные полчища юридических талантов; обе стороны затягивают процесс до тех пор, пока производитель не устанет выписывать чеки на крупные суммы своим юристам, потом все улаживается; юристы истцов загребают себе огромные гонорары, а их клиенты получают намного меньше, чем рассчитывают. Когда страсти улягутся, юристы обеих сторон обогатятся, компания наведет порядок в балансовом отчете и разработает новое лекарство взамен предыдущего.

Что это, как не хорошо поставленный спектакль?

Начав повторяться, Джерри Алисандрос предпочел вернуться на место. Все юристы оживились, когда Надин Керрос встала и направилась к трибуне. У нее были с собой какие-то пометки, но она ими не пользовалась. Поскольку судья явно благоволил к ней, Надин постаралась, чтобы ее выступление было кратким. Казалось, она тщательно подготовилась к своей яркой и доступной всем речи. Приятный голос Надин заполнял весь зал суда. Все было тщательно продумано: ни лишнего слова, ни пустого жеста. Эта женщина была создана для сцены. Она подошла к вопросу с разных точек зрения и подчеркнула, что нет ни причин, ни правил, ни процедур, ни даже прецедентов, обязывавших федерального судью передавать свои дела другому федеральному судье.

Через пару мгновений Дэвид задался вопросом: увидит ли он выступление миз Керрос перед присяжными? Знала ли она в тот самый момент, что разбирательства не будет? Действительно ли она собиралась участвовать лишь в предварительной стадии, требуя при этом по две тысячи долларов за час?

Месяц назад «Веррик лабз» обнародовала данные о своих доходах за последний квартал: они значительно снизились. Компания удивила аналитиков, списав 5 миллиардов долларов на прогнозируемые судебные издержки по текущим процессам, главным образом по крейоксу. Дэвид внимательно следил за этим в финансовых публикациях и блогах. Мнения разделились относительно того, предпочтет ли «Веррик» побыстрее уладить этот конфликт, выплатив крупную компенсацию, или же будет жестко отстаивать свою позицию в суде. Цена акций колебалась между 35 и 40 долларами за акцию, так что акционеры вроде бы оставались спокойны.

Он также изучил историю коллективных гражданских исков и с удивлением обнаружил тенденцию роста цены на акции ответчиков, после того как выплачивалась компенсация и компания избавлялась от кучи исков. Как правило, цена акций падала с первой волной плохих новостей и истерии адвокатов со стороны истцов, но, когда сражение становилось реальным и суммы определялись точно, на Уолл-стрит предпочитали щедрую компенсацию. Чего на Уолл-стрит терпеть не могли, так это «шатких обязательств», о которых заходила речь, когда крупное дело передавалось присяжным и результаты были непредсказуемы. За последние десять лет практически все коллективные гражданские иски на значительные суммы с участием фармацевтических компаний были прекращены в связи с выплатой компенсации, причем на миллиардные суммы.

С другой стороны, Дэвид успокоился, проведя такое исследование. Но опять же им явно не хватало неоспоримых доказательств того, что крейокс действительно так ужасен, как они заявляли.

После долгих и честных дебатов судья Сирайт решил, что услышал достаточно. Он поблагодарил юристов за то, что они основательно подготовились и пообещал вынести решение в течение десяти дней. На самом деле дополнительного времени ему не требовалось, он мог с тем же успехом объявить о решении прямо в зале суда. Почти не оставалось сомнений, что судья Сирайт будет рассматривать дела в Чикаго и, похоже, ему нравилась идея провести «показательный процесс».

Юристы истцов удалились в мясной ресторан, где мистер Алисандрос заказал отдельный зал для проведения приватного обеда. Помимо Уолли и Дэвида, на нем присутствовали семь юристов и два помощника юриста (только мужчины), и все они разместились вокруг продолговатого стола. Джерри заказал вино, и его разлили, как только они уселись. Уолли и Дэвид отказались.

— У меня тост, — объявил Дэвид, постучав по бокалу. Установилась тишина. — Предлагаю тост за великого достопочтенного Гарри Сирайта и его список дел к быстрому слушанию. Капкан поставлен, и дураки в «Рогане Ротберге» думают, что мы слепы. Они жаждут суда. Старый Гарри — тоже, так давайте устроим им суд.

Все выпили, и через пару секунд разговор завертелся вокруг ног и особенностей фигуры Надин Керрос. Уолли, сидевший справа от трона мистера Алисандроса, сделал пару замечаний, которые сочли уморительными. За салатами они коснулись второй излюбленной темы — компенсации. Дэвида, который старался говорить как можно меньше, убедили поделиться подробностями разговора с Тейлором Баркли перед слушанием. Его рассказ выслушали с огромным интересом, даже чрезмерным, на его взгляд.

Этот помост принадлежал Джерри, и в основном выступал он. Он с равной степенью энтузиазма отозвался о крупном процессе с крупным вердиктом, но при этом выразил уверенность, что «Веррик» в конце концов отступится и выложит на стол несколько миллиардов.

Через пару часов Дэвид оставался в такой же растерянности, хотя его и ободряло присутствие Джерри Алисандроса. Этот человек прошел много сражений в зале суда и почти ни разу не проиграл. Если верить «Лойерз уикли», тридцать пять партнеров «Зелл энд Поттер» в прошлом году разделили между собой прибыль в 1,3 миллиарда долларов. И это после уплаты налогов, покупки новых самолетов, поля для гольфа в собственность фирмы и трат на прочие роскошества с дозволения Налоговой службы. По утверждению журнала «Флорида бизнес», собственный капитал Джерри составлял около 350 миллионов долларов.