Чтение онлайн

И вот наступил долгожданный день, когда Андрей, с одной палочкой, отважился пройтись по больничному коридору. Молодые люди уже строили радужные планы будущей свадьбы, которая предполагалась в марте.

Мила вышла из своего подъезда и на минуту остановилась. Морозный воздух пах арбузом. «Как хорошо! — радостно подумала она, щурясь от теплых лучей весеннего солнца. — Неужели через две недели моя свадьба? И я на самом деле стану женой Андрея?» Тогда ей казалось, что ничего более чудесного с ней произойти уже не может. В последнее время ощущение счастья сделалось почти осязаемым. Она считала дни, часы, минуты, торопя время, которое вставало между нею и любимым.

За два дня до бракосочетания, приехали будущие свекор и свекровь. Антонина Павловна, в первый же день, объявила, что не выносит слова «свекровь» и предложила называть себя мамой.

— Извините, Антонина Павловна, мне немного непривычно! Разрешите пока обращаться к вам по имени-отчеству? — Мила просительно посмотрела на мать Андрея.

В глазах женщины мелькнула жгучая ненависть.

— Конечно, дорогая, я понимаю… — Лицо Антонины расплылось в деланой улыбке.

«Наверное, показалось», — решила девушка и тут же позабыла о досадном инциденте.

Свадьба получилась веселой и шумной, именно такой, о которой она мечтала. Выйдя вечером из ресторана со своим молодым мужем, Мила услышала за спиной:

— Ребята, подождите! Мы тоже хотим поздравить! — Две незнакомые молодые девушки, запыхавшись, подбежали к ним. — Вы очень красивая пара! Счастья вам на долгие годы!

Растроганные теплыми словами, молодожены сели в подошедшее такси.

Первые полгода Мила прожила словно во сне, «в розовых очках», как любила повторять ее мама. Поэтому, даже усердно готовясь к госэкзаменам в институте, она не переставала пребывать в блаженном состоянии любви. С наступлением осени Мила поняла, что ждет ребенка. Когда предположения подтвердились, Андрей сделался, еще более, внимательным и нежным супругом. Но, несмотря на всю любовь к мужу, со временем она начала подмечать некоторые странности в его отношениях с матерью. Антонина Павловна, при каждом удобном случае, разражалась бесконечными, до неприличия навязчивыми комплиментами в адрес сына, причем самого Андрея это вовсе не тяготило, напротив, он расцветал от преувеличенных, явно льстивых похвал. Его вялые попытки протестовать лишь ненадолго останавливали поток материнского красноречия, который затем с новой, еще большей силой изливался на слушателей приторно-сладким сиропом. Мила сознавала: стоит Антонине Павловне шевельнуть пальцем, как любое, самое нелепое желание будет выполнено послушным мальчиком. И свекровь с удовольствием демонстрировала свою неограниченную власть. Ни на одну ее просьбу Андрей не отвечал отказом. К приезду Антонины Павловны в доме непременно появлялись дефицитная сырокопченая колбаса и дорогие шоколадные конфеты, отправлявшиеся затем в Петергоф.

Приближалось время родов. Мила, с первых дней беременности, говорила о дочке, Василисе. Ни о каком другом имени она даже слышать не хотела. В мае на свет появилась очаровательная девчушка с темными блестящими кудряшками и ярко-синими, васильковыми глазами.

Вскоре после родов свекровь, совершенно неожиданно, проявила небывалый энтузиазм. Она сообщила о временном переезде в Москву, чтобы «помогать молодой маме». Антонина Павловна мотивировала свой поступок занятостью Надежды и Андрея. «Они целыми днями пропадают на работе, а бедная девочка не может одна со всем справиться». Миле подобная перспектива представлялась совершенно невозможной. «Так много Антонины Павловны, — тоскливо размышляла она, — ей ни за что не выдержать!» Несмотря на протесты, в начале июня свекровь поселилась у них, на Сиреневом бульваре.

— А как же Григорий Васильевич? — пробовала робко возражать Мила.

— Ничего с Григорием Васильевичем не случится! Не на всю же жизнь я от него уехала! — резко отвечала Антонина Павловна.

За то время как Мила познакомилась с ней и стала женой Андрея, она даже не догадывалась, сколько нерастраченной любви и нежности скрывалось в этой холодной на вид женщине. Когда свекровь бережно брала Василису на руки; ласково прикасаясь к нежной детской коже, мыла внучку, или делала по совету доктора массаж, ее лицо разительно менялось, молодело, жесткие морщины у рта разглаживались, глаза теплели. А когда малышка тянула к ней пухленькую ручку, радостно улыбаясь беззубым мокрым ртом, Антонина Павловна умильно ворковала:

— Девочка ты моя золотая, как же бабушка тебя любит!

Мила немного ревновала дочку к свекрови. Первым произнесенным Василисой словом, было слово «баба».

— Милочка, ты слышала?! Ты слышала?! — восторженно вопрошала Антонина Павловна.

— Конечно, слышала, — с натянутой улыбкой отвечала обиженная молодая мама.

Через полтора года свекровь завела разговор о том, что, поскольку Милочке скоро предстоит выйти на работу, она могла бы забрать девочку к себе, в Петергоф. Предложение Антонины Павловны встретило восторженное согласие Андрея, уставшего от ночных детских криков и мокрых пеленок. Миле идея совсем не нравилась, но иного выхода она, к сожалению, не видела. Денег в семье катастрофически не хватало. После учительской реформы 1986 года учителя начали зарабатывать не меньше военных. Поэтому в августе Мила срочно, вышла на работу, а вскоре в их семье произошло еще одно важное событие.

Вернувшись домой раньше обычного, Андрей с таинственным видом, вытащил из портфеля бутылку шампанского и коробку конфет.

— Это в честь чего? — удивилась Мила.

— Не скажу, пока все не соберутся, — заговорщически подмигнув, ответил муж.

— Что у тебя за тайны? — Свекровь недовольно посмотрела на сына.

— Потерпите немного, вот придет Надежда Михайловна…

— Конечно, без тещи никуда! — саркастически заметила мать.

— Мам, прошу, не порть настроение, — смутился Андрей.

— Если я порчу тебе настроение, могу уйти! — заносчиво объявила Антонина Павловна и, громко хлопнув дверью, демонстративно удалилась в соседнюю комнату.

Когда Надежда вернулась домой, она застала расстроенного зятя и притихшую дочь.

— Молодежь, вы почему такие «кислые»? А где Тоня?

— В комнате, — промямлил Андрей.

— Понятно.

Надежда направилась к закрытой двери и нарочито громко, нараспев, попросила:

— Тонечка, выходи гулять!

К ней тут же присоединился благодарный зять:

— Мамочка, ну, прости, если обидел!

Не прошло и минуты, как на пороге комнаты показалась улыбающаяся Антонина.

— Ну, теперь-то мой сын расскажет, в честь чего он купил шампанское и конфеты!

Надежда с интересом повернулась к зятю.

— Конечно, с большим удовольствием! Прежде всего, мои последняя разработка получила самую высокую оценку на ученом совете, но это еще не все. Приготовьтесь услышать главное!

— Не томи, Андрей, — попросила мать.

— Хорошо, хорошо. Мне дают квартиру!

— Ура! — Глаза Милы загорелись радостью.

— Двухкомнатную, в Перово!

— Я очень рада за вас, ребятки! — подхватила Надежда. Ее голос предательски дрогнул.

— Не расстраивайся, мамочка, это же не другой конец Москвы! От тебя совсем недалеко.

— Конечно, моя родная. Просто сейчас я окончательно поняла, что ты выросла…

— Своя квартира! Прекрасно, — одобрила свекровь, — теперь мы не станем стеснять Надю приездами…

Воцарилось неловкое молчание.

— Что ж, пойдемте пить шампанское! — воскликнул Андрей.