Чтение онлайн

– Фрэн…

Все вышло не так, как хотелось. Все надежды пошли прахом, оказались такими же ненастоящими, как говорящие и двигающиеся животные в «Дисней уорлде», просто пригоршня пружинок и шестеренок, обман, ложная заря, ложная беременность, ло…

– Эй, Фрэнни!

В своем сне она видела, что Стью вернулся. Стоял в дверях ее палаты, одетый в огромную меховую куртку с капюшоном. Еще один обман. Но она видела, что Стью из сна отрастил бороду. Ну не смех ли?

Фрэнни уже начала сомневаться, а сон ли это, когда увидела Тома Каллена, стоящего за спиной Стью, и… уж не Коджак ли сидит у его ноги?

Ее рука метнулась к щеке и ущипнула так яростно, что заслезился левый глаз. Ничего не изменилось.

– Стью? – прошептала она. – Господи, это Стью?

Его лицо загорело дочерна, не считая той части вокруг глаз, которую, вероятно, закрывали очки. Такую подробность во сне не уловить…

Она вновь ущипнула себя.

– Это я. – Стью вошел в палату. – Перестань мучить себя, милая. – Он так сильно хромал, что едва не падал. – Фрэнни, я дома.

– Стью! – вскричала она. – Ты настоящий? Если ты настоящий, подойди сюда!

Он подошел и обнял ее.

Стью сидел на стуле у кровати Фрэн, когда вошли Джордж Ричардсон и Дэн Латроп. Фрэн тут же схватила его руку и крепко, чуть ли не до боли, сжала. Лицо ее напряглось, и на мгновение Стью увидел, какой она будет в старости: совсем как матушка Абагейл.

– Стью! – воскликнул Джордж. – Мне сказали о твоем возвращении. Это просто чудо. У меня нет слов. Я так рад видеть тебя. Мы все рады.

Джордж пожал ему руку и представил Дэна Латропа.

– Мы слышали о взрыве в Лас-Вегасе, – сказал Дэн. – Вы действительно его видели?

– Да.

– Здесь люди думают, что это был атомный взрыв. Это правда?

– Да. – Джордж кивнул, а потом решил сменить тему и повернулся к Фрэн: – Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо. Рада, что мой мужчина вернулся. Как ребенок?

– По этому поводу мы и пришли, – ответил Латроп.

Фрэн кивнула.

– Он умер?

Джордж и Дэн переглянулись.

– Фрэнни, – начал Джордж, – я хочу, чтобы ты выслушала меня очень внимательно и правильно поняла все, что я скажу…

– Если он умер, так и скажи! – Она едва сдерживала истерику.

– Фрэн!.. – попытался вразумить ее Стью.

– Питер, похоже, выздоравливает, – вставил Дэн Латроп.

На мгновение в палате воцарилась полная тишина. Фрэн – белый овал лица в обрамлении темно-каштановых волос, рассыпанных по подушке, – смотрела на Дэна так, будто тот начал нести какую-то несусветную чушь. Кто-то – Лори Констебл или Марси Спрюс – заглянул в палату и пошел дальше. Эти мгновения Стью запомнил навсегда.

– Что? – наконец прошептала Фрэн.

– Пока радоваться рано, – предупредил ее Джордж.

– Но вы сказали… выздоравливает. – На ее лице отражалось полнейшее изумление. До этого момента она сама не понимала, насколько смирилась со смертью сына.

– Мы с Дэном видели тысячи больных во время эпидемии, Фрэн… обрати внимание, я не говорю «лечили», потому что не думаю, что кому-то из нас удалось хоть в малой степени помочь нашим пациентам. Это справедливое утверждение, Дэн?

– Да.

На лбу Фрэн появилась морщинка «я-хочу», которую Стью заметил в первые часы после их знакомства в Нью-Хэмпшире.

– Ради Бога, ты можешь говорить по делу?

– Я пытаюсь, но я не должен вселять ложных надежд и не собираюсь этого делать, – ответил Джордж. – Мы говорим о твоем сыне, и я не разрешу тебе давить на меня. Я хочу, чтобы ты поняла ход наших мыслей. Теперь мы склоняемся к тому, что «Капитан Торч» – грипп с переменным антигеном. Каждый вид гриппа – старого гриппа – обладал своим антигеном. По этой причине он обязательно возвращался раз в два или три года, несмотря на прививки. Могла быть вспышка гриппа типа А или гонконгского гриппа, и ты делал прививку, но через два года приходил грипп типа Б, и ты заболевал, если не делал себе уже другую прививку.

– Но тебе удавалось поправиться, – вмешался Дэн, – потому что организм начинал вырабатывать антитела. Организм изменялся, чтобы справиться с гриппом. В случае «Капитана Торча» сам вирус изменялся всякий раз, когда организм начинал защищаться от какого-то конкретного штамма. В этом смысле «Капитан Торч» больше схож с вирусом СПИДа, а не с разновидностями гриппа, с которыми мы сталкивались раньше. И, как и вирус СПИДа, он продолжал изменяться, пока не подавлял сопротивление иммунной системы. Потом наступала смерть.

– Тогда почему мы им не заболели? – спросил Стью.

– Этого мы не знаем, – ответил Джордж. – И не думаю, что когда-нибудь узнаем. Уверены мы только в одном: врожденный иммунитет не помогал заболевшим выздороветь. Они просто не заболевали. И это вновь возвращает нас к Питеру, так, Дэн?

– Да. Заболевшим «Капитаном Торчем» в какой-то момент становилось лучше, но полностью они не выздоравливали. Наоборот, состояние ухудшалось. Этот младенец, Питер, заболел через сорок восемь часов после рождения. В том, что это «Капитан Торч», сомневаться не приходилось. Симптомы классические. Но потемнения кожи под челюстью, которые мы с Джорджем ассоциируем с четвертой и летальной стадией «супергриппа», так и не появились. С другой стороны, периоды ремиссии удлинялись и удлинялись.

– Я не понимаю. – На лице Фрэн отражалось недоумение. – Что?..

– Всякий раз, когда вирус мутировал, иммунная система Питера менялась следом за ним, вырабатывая новые антитела, – ответил Джордж. – Теоретически еще существует возможность ухудшения состояния мальчика, но он ни разу не входил в последнюю, критическую стадию. Похоже, он справляется с болезнью.

Вновь в палате повисла тишина.

– Ты передала свой иммунитет ребенку, Фрэн, – нарушил молчание Дэн. – И теперь мы думаем, что благодаря этому у него есть возможность побороть болезнь. Мы предполагаем, что тот же шанс был и у близнецов миссис Уэнтуорт, но обстоятельства сложились против них. Я придерживаюсь мнения, что они умерли не от «супергриппа», а от связанных с ним осложнений. Это небольшое отличие, я понимаю, но, возможно, именно оно и оказалось решающим.