Чтение онлайн

Люди осмысливали ещё секунду, а потом град автоматных очередей застучал искрами по броне. Помещение накрыл невообразимый грохот.

–  Роботы ПД-1, ответный огонь не открывать! - кричал Мальский.

Его закрывал своей спиной Первый, а Тамара сидела на полу за одним из терминалов. Тумба под компьютером была сплошь железной, как и все стойки в лаборатории. Это Ланину и спасало. Но она крутилась на месте, пытаясь выглянуть прямо навстречу пулям.

–  Надо открыть эвакуационные ворота, - прочитал по её губам Вадим и похолодел.

–  Сиди на месте! - крикнул он.

–  Надо открыть!

–  Тамара, нет!

Но она уже вскочила и ринулась к компьютеру. Крик Вадима утонул в грохоте выстрелов. Женщину отбросило в дым, на мониторы брызнула кровь.

Первый молниеносно поднял руку, выпуская шипы фибрапушки и электрический разряд, словно пучок молний в синем облаке, ударил в людей. Грохот выстрелов стих в то же мгновение, и Мальский ринулся к Тамаре. Она лежала на полу, ещё пытаясь дышать. Вадим поднял её, прижал к себе.

–  Первый! Ворота открыты! Уходите! - крикнул он.

Но робот всё ещё стоял рядом.

–  А вы?
–  произнёс он.

В конце коридора перед лабораторией появились вооружённые люди.

–  Мы найдём вас! Уходите! - приказал Мальский.

Робот положил руку ему на плечо:

–  Спасибо.

И исчез в густой пелене.

–  Тихо, тихо, - Вадим качал Тамару на руках, не обращая внимания на вопли и шум вокруг.

–  Чисто! Угрозы нет! Террорист ранен!

Струйки крови стекли с губ Ланиной:

–  Запусти последний протокол…

–  Тамара, - прошептал Мальский.

–  Запусти… - она сжала его ладонь.

–  Доктор Мальский! Отойдите от неё!

Тамару вырвали из рук Вадима, его самого оттащили, приложили к лицу кислородную маску.

–  Очистить помещение! Задействовать вентиляционный насос!

Дым рассеялся. Стал виден пустой коридор лаборатории, в конце которого шумело море и серые волны накатывались на железную обшивку. Эвакуационные ворота были распахнуты настежь.

Техники уже облепили терминалы.

–  Первый дивизион отсутствует в полном составе! - кричали оттуда. - Определяем координаты!

–  Жива? - Каташин подошёл к медикам возле Ланиной.

Один из них положил руку на шею женщины, и Вадим крепче прижал кислородную маску к лицу.

–  Всё, - покачал головой медик.

Генерал повернулся к Мальскому:

–  Вы в порядке?

Тот, молча, кивнул. Отошёл на шаг, будто для того, чтобы опереться на терминал. Незаметно рука скользнула назад на клавиатуру, и пальцы нащупали нужную комбинацию.

В тёмной глубине холодного Берингова моря мчались в никуда десятки роботов. На внутреннем дисплее каждого мелькнул значок запуска нового протокола, потекли строчки данных. Дивизион резко сменил курс, получив координаты пункта назначения.

–  ТОРА активна, - замигал отчёт новой операционной системы. - Установлены параметры допуска создателей. Допуск высшего уровня: Тамара Ланина, Вадим Мальский.

Поток данных прекратился, и последняя команда, передаваемая компьютером базы, потухла после успешного выполнения:

–  Удаление модуля слежения.

В кромешной тьме вспыхнула сотня точек микровзрывов, навсегда уничтожив единственную возможность когда-либо найти роботов первого дивизиона.

2050 год

54° северной широты, 45°восточной долготы

В помещении царила абсолютная тьма. Практически литая коробка из металла, упрятанная под тяжёлые каменные плиты. Здесь не было света, не было воздуха, звука. Мрак приоткрыл один глаз. Так могло показаться со стороны. Неуверенно вспыхнул красный огонёк и погас. Но попытался вновь, дрогнул, и на сей раз устоял. Зажёгся, отгоняя темноту от железных стен и створок дверей, намертво прижатых друг другу.

Под толстым слоем пыли вспыхнул монитор. Возник счётчик заряда батарей и схема подключения остальных модулей. Рядом с первым огоньком вспыхнул ещё один, и ещё…

По мере того, как энергия добиралась до каждого назначенного схемой устройства, становилось светлее. Чем-то было похоже на потягивание мышц после долгого сна.

В полутьме заработали насосы, опустошая кислородный резервуар. Воздушный датчик через минуту показал оптимальные показатели для дыхания. Наконец зажглись лампы на железных стойках.

На мониторе появилась шкала заполнения блока питания ещё одного модуля. Ярко светилось смешное название - БК-5п «Подсолнух», и назначение: биокапсула полного цикла. Статус: действующая. Год сборки: две тысячи двадцать третий.

По данным статистики биомодуль пережил сотню взрывов, семьсот попаданий в корпус, проехал, в общей сложности, десять тысяч километров. Являлся военной моделью. Имел три слоя брони, свои амортизаторы для гашения колебаний, был укомплектован всеми системами защиты.

Система провела диагностику и выдала тревожное сообщение. Протокол действий частично отсутствовал. Если бы модуль «Подсолнух» мог себя видеть, он бы понял почему. С правого бока чернела дыра - осколок снаряда, пробивший её, ещё торчал с другой стороны.

–  Процент повреждения хранилища памяти, - замигало на дисплее, и подсчёт дошёл до тридцати процентов потерянной информации.

Загрузка в память объекта полного объёма данных была невозможна.

Бронированный корпус капсулы мягко съехал в сторону, открывая резервуар под ещё одной прозрачной крышкой из толстого пуленепробиваемого стекла. Внутренние лампы осветили ванну, заполненную кислородной жидкостью. «Подсолнух» спустил её, чтобы объект лёг на дно резервуара. В стенках открылись отсеки медицинских держателей. Металлические клешни убрали трубки изо рта объекта после откачки жидкости из лёгких, и все катетеры, проверили рефлексы. Биотелеметрические датчики в резервуаре зафиксировали изменение состояния. Объект приходил в себя.