Чтение онлайн

 Паула увидела, как Лансье и Элвин обмениваются настороженным рукопожатием. Оружейный дилер встретила своего покупателя весьма неприветливым взглядом, а затем эл-штора закрыла кабинку. Обычную блокировку усилили устройства, установленные Каванагом. Одним из них был нелегальный мощный излучатель пульсаций, способный сжечь нервные узы любого насекомого в радиусе четырех метров.

 — Ладно, — сказала Паула, — посмотрим, что за срочное дело возникло у мистера Элвина.

 В метре над столом по пушистой синтетической обивке стены карабкалась муха-веретенка с Братейшена. Среди искусственных красных и зеленых волокон ее прозрачное двухмиллиметровое тельце было практически невидимым. Кроме эффекта хамелеона, эволюция планеты наградила это насекомое уникальными нервными волокнами, которые использовали фотолюминесцентные молекулы в качестве примитивного передатчика, что делало их неуязвимыми для стандартных излучателей пульсаций. В запасе этого экземпляра имелась только половина обычного жизненного срока, поскольку ее генетический код был слегка изменен специалистами маленькой лаборатории, по контракту работавшей на Управление, — часть пищевода была заменена набором рецепторных клеток сложной органической структуры. В животе мухи имелась разбухшая железа, выделявшая сверхтонкую нить паутины. Перелетая из соседней кабинки, муха-веретенка потянула за собой эту нить. Теперь слабые нервные импульсы, поступавшие из рецепторов, по паутинке попадали в более стандартный полуорганический процессор, находившийся в кармане жакета Ренне.

 В центре экрана перед Паулой возникло зернистое черно-белое изображение. Она как будто смотрела сверху на головы трех человек, сидящих за столом в кабинке.

 — Ну, так что же случилось, черт побери? — спросила Рашель Лансье. — Не ожидала увидеть вас до окончания сделки, Хью. Мне это не нравится. Заставляет меня нервничать.

 — Я получил кое-какие инструкции, — сказал Элвин. — Как еще я мог их вам передать?

 — Ладно, что это за инструкции?

 — Пара дополнений к списку. Весьма существенных.

 — И все-таки мне это не нравится. Я склоняюсь к тому, чтобы прервать наши отношения.

 — Вы этого не сделаете. Мы согласны заплатить за беспокойство.

 — Не знаю. Беспокойство становится чертовски сильным. Достаточно одного визита чересчур бдительного полицейского на мой склад — и со мной будет покончено. Там уже немало товара. Дорогого товара.

 Элвин вздохнул и запустил руку в карман.

 — Это уменьшит ваше беспокойство.

 Он вытащил пачку банкнот толщиной с кирпич и пододвинул ее Саймону Каванагу.

 Телохранитель взглянул на Лансье, и та кивнула, выражая согласие. Он взял деньги и положил в карман своего пиджака.

 — Хорошо, Хью. Что за дополнительный товар вам понадобился?

 Элвин протянул ей маленький черный диск и мемокристалл.

 — Это в последний раз, — сказала она. — Больше никаких изменений. Мне наплевать, чего вы хотите и сколько платите, понятно? Это окончательное условие сделки. Если вам потребуется что-то еще, придется подождать до следующего раза. Все понятно?

 — Конечно.

 Паула откинулась на плоскую от старости спинку сиденья. На экране Адам Элвин поднялся, чтобы уйти, и эл-штора кабинки замерцала, пропуская его.

 — Что-то не так, — сказала главный следователь.

 Мэгги нахмурилась:

 — Что вы имеете в виду?

 — То, что дополнения к списку не играли никакой роли. Что бы ни было в этом кристалле, оно не имеет отношения к оборудованию.

 — Что же это?

 — Какие-то инструкции.

 — Как вы узнали? Я подумала, что все так, как мы слышали.

 — Вы видели его реакцию на сообщение за завтраком — камера отчетливо передала выражение его лица. Послание потрясло его до ужаса. В подобных сделках не принято менять условия на финальной стадии — это заставляет людей нервничать. Реакция Рашель Лансье была отличным тому примером. Заставлять же нервничать торговцев оружием совсем не годится. Такое крупное дело и без этого держит людей на взводе, и Элвину это прекрасно известно.

 — И что же? Он сам был шокирован тем, что его босс решил изменить условия.

 — Я в это не верю.

 — Что же вы намерены предпринять?

 — Мы ничего не можем сделать. Продолжаем наблюдать. Продолжаем ждать. Но я подозреваю, что он нас вычислил.

 Новость об окутывании Альфы Дайсона прогремела утром два дня спустя. Ее транслировали все информационные каналы и ток-шоу. Оказалось, что по поводу этого события у жителей Велайнеса имеется великое множество мнений и предложений.

 Мэгги, сидевшая без дела в подземном операционном центре, одним глазом следила за серьезными и обезумевшими учеными мужами, непрерывно мелькавшими в потоках новостей. Снова и снова демонстрировалась запись того момента, когда звезда бесследно пропала из вида. За ней следовали диаграммы, разъясняющие суть произошедшего доступным широким массам языком.

 — Вы думаете, Элвина подтолкнуло именно это? — спросила Мэгги. — Ведь Хранители Личности, как предполагается, стремятся защитить нас от чужаков.

 Паула взглянула на экран, где показывали интервью с Дадли Боузом. Старый астроном не переставал улыбаться.

 — Нет. Я проверяла. Сообщение было отправлено за полдня до того, как Боуз получил подтверждение своего открытия. В любом случае я не думаю, чтобы окутывание звезды Дайсона имело отношение к Хранителям. Их первоначальная цель — это Звездный Странник и его манипуляции правительством.

 — Да, я в курсе их пропаганды. Проклятье, я все время зацикливаюсь на авторе этого сообщения.

 — Вам повезло, что автор не вы. На этих негодяев я тоже потихоньку собираю материал.

 — Значит, это мгновенное окутывание их не волнует?

 — Нет. Оно произошло больше тысячи лет назад. Это старая история, не имеющая отношения к Хранителям.

 — Вам многое о них известно, не так ли?

 — Почти все, что можно узнать, не присоединяясь к их движению.

 — И как же человек вроде Адама Элвина доходит до того, чтобы начать работать на террористов?

 — Нельзя забывать, что Брэдли Йоханссон по своей сути харизматичный безумец. Все движение Хранителей Личности — это его персональный культ. Они называют себя политическим движением, но это только часть обмана. Самое грустное в том, что Йоханссон заманил в свои сети сотни людей, и не только на Дальней.

 — Включая Адама Элвина, — пробормотала Мэгги.

 — Да, включая и Элвина.

 — Из того, что мне известно об Элвине, надо отметить, что он умен. И, согласно личному делу, искренне предан радикальным идеям социалистов. Неужели он настолько легковерен, что поддался пропаганде Йоханссона?