Чтение онлайн

— Устала… Забавные люди, — Настя двумя руками схватилась за мой локоть, — но, к моему удивлению, не ожесточённые на всех и на вся. С ними можно говорить нормально, поймут правильно. Другое дело, что приятной внешностью и почтительностью скрывается нечто неприятное. Как Слав, может быть домой?

— Если не хочешь продолжения разговоров, можно и домой. Как правило, после танцев и разговоров состоится фуршет. Изысканные блюда и напитки, ведь каждый из постоянных членов этого неофициального клуба заранее вносит немалую сумму. Так сказать членские взносы.

— Ты за нас тоже заплатил?

— Мы с тобой гости. С таких денег не берут. Можно приравнять к артистам, кто будет развлекать публику на фуршете, но и здесь мы не вписываемся в стандартные рамки — нам не платят за выступление.

Из комнаты вышла Мрина Геннадьевна, а вслед за ней и тот мужчина, кто вёл основной диалог с Настей. Они догнали нас уже в гардеробе. Тепло попрощались с МарГен, а вот мужчина нас немного притормозил. Вручил Насте визитку. Пришлось и мне поделиться своей. Не глядя, Арсений Багирович убрал её в карман и впервые на его лице увидел искреннюю улыбку.

— В курсе кто Вы и чем занимаетесь, хотя до сегодняшнего вечера мы не были знакомы. Думаю, пора и мне Вас навестить, а вот к Анастасии есть вопрос. Разрешите?

— Пожалуйста, — девушка с интересом посмотрела на мужчину моего возраста, может чуть моложе. — Если только это не будет продолжением Вашего приглашения на работу.

— Не совсем, хотя в некотором виде и оно. Скажите, Настя, уж позвольте Вас так называть, если предоставлю некоторые материалы, сможете написать аналитическую справку?

— Если по финансам, с одними лишь цифрами, то нет. Я не бухгалтер и не аудитор. Если общего плана, то могу. Только сразу скажу — смогу этим заниматься исключительно по вечерам, не в ущерб учёбе и основной работе. И, пожалуйста, без ограничений по времени. Сама не люблю затягивать, но рамки меня напрягают. Два-три дня и получите ответ.

Мужчина вновь улыбнулся. Сдержанно и довольно.

— Был бы признателен. Меня всё устраивает. Об оплате Вашего труда не беспокойтесь — не обижу. Когда можно будет доставить материалы и куда?

— Давайте ко мне в офис, — я предложил свои услуги. Не ко мне же домой приносить чужие бумажки. — В визитке есть адрес. Как правило, я там с десяти. Настя приходит позже, около часа. И безвылазно до четырёх-пяти вечера.

— Устраивает, — мужчина вновь стал серьёзным. — Если первая работа будет на том же уровне, как и справка в блокноте, надеюсь на дальнейшее долговременное и плодотворное сотрудничество.

— Не будем бежать впереди паровоза, — Настя уже не улыбалась. — Я не знаю, что за материалы получу от Вас, поэтому планировать, как сложится в дальнейшем, не хочу. Могу лишь гарантировать, что Ваши документы кроме меня никто не прочтёт. Даже мой непосредственный начальник, хотя ему и бесконечно доверяю. — Не удержалась, рассмеялась.

— Главное, чтобы левая работа не мешала основной. Иначе будешь оштрафована. — Предупредил одновременно и заказчика и исполнителя.

— Вот видите, Арсений Багирович, как у нас всё строго. Не забалуешь. Всего доброго!

Попрощались с мужчиной и вышли из здания, но видел, пока не сели в машину, как нас провожают внимательным взглядом.

Через день в офис принесли довольно толстую папку с документами. У меня сложилось впечатление, что специально поджидали момент, когда Настя появится на работе, не раньше. Через три дня она позвонила заказчику, чтобы материалы забрали, хотя по факту сделала всё за один вечер, больше времени читая материалы, чем составляя отчёт-справку.

Я не интересовался, что было в тех бумагах, но девочка сама сказала — у мужчины, кто руководил крупной компанией, возникли проблемы в управлении и развитии. Постоянный рост внезапно остановился, и понять причину никто не мог.

— И ты поняла?

— Так там всё просто. Три двоюродных брата из одной большой семьи, кто ревнуют успешности четвёртого, основателя и директора. Сделала анализ и всё, как оказалось, лежит на поверхности. Понятно, что у Багировича, как у восточного человека, семья стоит на первом месте и в ту сторону он даже не думал смотреть. Может теперь, прочитав мои выкладки, поймёт, что надо будет или делить компанию на четыре части или брать всё в свои руки. Он не глупый, сообразит, хотя дополнительно дала раскладку и по этим вариантам. В первом случае — сам потеряет интерес к работе и возьмётся за что-то другое. Во втором будет скандал, но сохранит за собой право единоличного владельца.

— Тебе хоть заплатили за работу?

— Да, Слав. Столько, что сейчас сижу и думаю, может зря отказалась на него работать?

— Так право решения у тебя не отнимал. Делай, как считаешь нужно. Только найди себе замену и обучи. Как там тёмненькую девушку звали? С непослушной чёлкой? Вроде Наташа? Ты говорила, именно она осталась и зарекомендовала себя с самой лучшей стороны.

— Слав. Ты сейчас договоришься, — мне на колени плюхнулась Настя и схватила мои уши. — Вот как вот заговорил? Наташу ему подавай! Фиг тебе огромный и без масла. Никому тебя не отдам, понял? И работу не собираюсь менять, не надейся, или ты сейчас говорил серьёзно?

— Настён, я не раз говорил — твоя жизнь в твоих руках. Поступай, как считаешь нужным. Работа — это не семья, умей различать, только… я видел, как Арсений смотрел на тебя. Не как на разового наёмного работника. У него был взгляд голодного мужчины.

— Удивил. Сама такое научилась различать. Знаешь, — Настя задумалась. — Мне он, как и большинство тех мужчин, что были на встрече, не понравились. Как я тебе ещё тогда сказала, не внешним видом, совсем другим. Как бы сказать… Никто из них не видел во мне человека. Одни смотрели как на пустое место, другие — как на… мясо. Это было омерзительно. Я ведь ощущала их эмоции, что они хотели, и вообще, — девушка вновь посмотрела мне в глаза. — Ты надеешься, что я уйду, и на моё место сможешь взять кого-то другого? Зря. Никуда не собираюсь уходить и всё что сказала, было лишь провокацией с целью тебя позлить.

— И я сделал то же самое. Думаешь, тебя отпущу? Никогда. Только одно прошу, малыш. Давай не играть словами, ведь они, бывает, очень ранят. Даже сказанные в шутку.

— Прости, я опять превратилась в глупую девчонку. Мне ведь хочется, чтобы ты ревновал. Чуть-чуть.

— Я не ревную, бешусь от этого чувства, и зеленоглазая девчонка об этом прекрасно знает, но продолжает издеваться, изводя своими словами.

— Прости, родной. Была не права. Ты для меня всё в этой жизни. Неужели не чувствуешь?