Чтение онлайн

Ня же прыгала вокруг него, уклоняясь от его выпадов и, в свою очередь, пыталась ужалить его своим клинком, как только он раскрывался.

В общем, классическая ничья. Каждый из них успел нанести сопернику по три укола, так что паритет был налицо.

Убедившись в этом, я шепнул на ушко подруге, что бы она начинала свой эксперимент.

— Сначала помогаю Семёну, — одними губами прошептала она.

И спустя секунд тридцать я с удивлением увидел, как подвижная и, по кошачьи ловкая, икати поскальзывается на ровном месте, и пропускает атаку Семёна.

Её словно сглазили. За минуту она пропустила ещё два выпада дядьки.

Вид у неё был весьма растерянным. Она просто не могла понять, что случилось, и почему она допускает раз за разом такие обидные промахи.

— А теперь Ня, — выдохнула Истер.

И почти сразу нога Семёна неловко подвернулась и торжествующая икати сократила разрыв в счёте.

Семён вдруг стал каким-то неповоротливым и заторможенным, Ня же, напротив, словно обрела второе дыхание. Она крутилась вокруг него, подныривала, наскакивала и отступала.

В результате счёт сравнялся.

Мы с Истер переглянулись, словно завзятые заговорщики, и она злодейски ухмыльнулась. То, что она может оказывать существенное влияние на ход событий, это поистине неоценимо. И она вполне заслуженно гордилась достигнутым результатом.

Я, чтобы никому обидно не было, провозгласил окончание поединка и объявил его ничейным.

Ня и Семён пожали друг другу руки, и мы отправились обратно. Шли медленно, так как Лиза ещё не пришла в себя окончательно.

Возможно, ей не стоило снова так выкладываться, едва-едва оклемавшись от последствий похищения.

Мы снова расположились вокруг стола и я подвёл итоги.

Все сошлись на том, что и Истер, и Ня вполне могут участвовать в планируемой операции.

Лиза тоже очень хотела сражаться в грядущем бою.

Я, в общем-то, вполне понимал её. Все вокруг принимают посильное участие в борьбе, и только она, получается, не вносит никакого вклада.

Памятуя о том, что стреляет она вполне не плохо и со снайперским кинетическим комплексом управляется весьма профессионально, я включил её в состав нашего диверсионного отряда, чем вызвал у сестрёнки, буквально, взрыв радости.

Да, странные женщины меня окружают. Вместо того, чтобы тихо сидеть дома, они так и норовят в какой-нибудь кровавой авантюре поучаствовать.

Ну да ладно.

Решили, что выдвигаться будем завтра во второй половине дня.

И опять через территорию Карнаухова. Другое дело, что высаживаться будем в другом месте, откуда будет гораздо ближе до резиденции нашего врага.

Не думаю, что к этому времени Троекотов будет готов снова начать нам пакостить. Ему надо ещё после сегодняшнего прийти в себя. Пощипали то мы его от души.

Так что очень высок шанс того, что с его стороны нападения пока не последует. А это значит, что инициатива переходит к нам, и этим следует воспользоваться по полной программе.

Господин Троекотов пребывал в отвратительном настроении. О причине этого догадывались все домашние, и потому благоразумно не лезли к главе рода с расспросами.

Дворецкий уже успел выхватить нагоняй, считай, на ровном месте, а служанка, относившая в кабинет хозяина поднос с виски и солёными орешками выскочила оттуда через минуту вся в слезах, и наотрез отказывалась рассказывать, что именно там произошло. Остальные служанки благоразумно попрятались по своим углам и сосредоточенно делали вид, что увлечены срочной работой.

Если коротко, то опять у него ничего не получилось.

Сам он, сидя в кабинете с бутылкой виски пытался осмыслить всё произошедшее. И дело даже не в том, что провалилась попытка устранения этого упрямого Антонова, который наотрез отказывался умирать.

Хрен бы с ним, сегодня не получилось, завтра его точно достанут.

А вот известие о том, что Елизавета Антонова загадочным образом исчезла, подкосило его капитально. Это означало, что все его усилия, все затраты, всё это пошло прахом.

Сейчас всё вернулось к тому состоянию дел, которое имелось на момент возвращения Андрея Антонова на планету. Нет, всё гораздо хуже…

Помимо потерь собственной техники и людей, у него полностью исчерпан кредит доверия со стороны господина Овечкина. А это очень, очень плохо.

Но, хвала богам, есть ещё немного времени. Надо собраться с силами, усилить гвардию наёмниками и раздавить противника.

Хватит уже пытаться отделаться малой кровью и изобретать какие-то хитроумные комбинации. Надо просто напасть, и выжечь там всё к чёртовой матери, чего бы это ни стоило.

На фоне этих размышлений Василий Силыч уже оприходовал больше половины бутылки, стоявшей перед ним. Тряхнув головой, он потянулся к сенсору вызова прислуги.

Когда дверь приоткрылась и внутрь боязливо заглянула горничная, он прорычал:

— Аполлинария… — и, продолжая глядеть налитыми кровью глазами на служанку, ожидающую продолжения фразы, вдруг заорал, — позови мне Аполлинария, ты, корова тупая! Бегом!

Служанка невнятно пискнула и в тот же миг исчезла за дверью.

— Меня окружают тупицы, — зло подумал Троекотов, дрожащей рукой наливая себе ещё немного виски в толстостенный стакан, — вот, за что мне всё это?

Через пять минут за дверью послышались шаги, дверь приоткрылась.

— Разрешите? — услышал Троекотов вежливый вопрос своего начальника гвардии.

— Да, заходи, — бесцветным голосом ответил Василий.

Господин Дратвин вошёл и без приглашения опустился в кресло, стоявшее напротив стола хозяина.

— Что скажешь по результатам проведённой операции, ну и вообще, по ситуации? — Троекотов оторвал немного помутневшие глаза от созерцания стакана и с безысходностью во взгляде посмотрел на Аполлинария Александровича, — скажи мне, почему мы опять так облажались?