Провинциалка
Шрифт:
— Что это? — спросил Вяземский, тоже бледнея. Она что, рожать собралась что ли?
— Что ли, — передразнила мужа Юлька, — ты ослеп?
— Ой ёёё…,- схватился за головуГригорий. Ну ничего себе, съездили, называется, на пикник! Что делать-то, Юлька?
— Что делать? В больницу надо и как можно быстрей!
— Какая больница, ты что?! До ближайшей деревни километров сорок. Говорил я вам, не надо забираться в такую глушь!
— Гриша, сейчас не время разглагольствовать! Давай, заводи машину и поезжай вперед, быстро. Я поеду с ними. А ты что сидишь?! — прикрикнула Юлька на Казанцева, который сидел в ступоре в ужасе уставившись на жену. Хочешь, чтобы она прямо в машине родила.
Кира судорожно затряс головой и вцепился в руль.
Юля вскочила в машину и устроилась рядом с Аней.
Вяземский рванул с места с такой скоростью, будто за ним гнались черти. Казанцев последовал его примеру.
— Тише, Кирилл! — приказала Юлька, — сейчас же сбавь скорость, её нельзя трясти.
— О, господи, — Казанова втянул голову в плечи и потащился со скоростью черепахи. С заднего сиденья неслись отчаянные крики его жены.
Слушая стоны Ани, Кирилл ощущал себя последним мерзавцем. Это он виноват! Это из-за него так страдает его любимая девочка. А все из-за того, что он никак не может обуздать свою похоть!
— Идиот, — ругал себя сквозь зубы Кира, — кретин, сволочь! Ну зачем, зачем я сделал это! Зачем заставил её так страдать. Господи, только бы все кончилось хорошо. Клянусь, я больше близко к ней не подойду.
— Анечка, солнышко, ну потерпи еще чуть-чуть, ну пожалуйста, — уговаривала Аню Юлька. Осталось совсем немного.
— Я не могу! Ой мамочки! Я не могу, Юля. Наш сын, он сейчас родится!
И действительно, малыш упорно просился на свет. Он не хотел ждать, когда его перепуганные родители доберутся до города. Наконец, впереди показалась какая-то деревушка.
Машина Григория уже въезжала за околицу.
Пожилые дачники устраивались пить чай под развесистой липой, когда у их забора затормозил огромный джип. Из машины выскочил крайне взволнованный, бледный молодой мужчина и понесся к ним.
— Помогите, ради Бога! — вскричал он подскакивая к ним.
— Что случилось? — спросила женщина, глядя на красивого брюнета.
— У нас, у нас там женщина. Она рожает. Помогите, пожалуйста!
В это время рядом с первым, резко затормозил еще один джип. Из-за руля выскочил высокий блондин и тоже подбежал к ним. На нем, что называется лица не было.
— Где женщина? — сурово спросил пожилой мужчина, глядя в синие глаза молодого человека.
— Там, — Кирилл махнул рукой в сторону машины.
Мужчина подошел и открыл заднюю дверь. Там он обнаружил испуганную молодую женщину и ещё одну, совсем молоденькую рыдающую девушку, которую подруга бережно прижимала к себе. Огромный живот роженицы, казалось жил своей собственной жизнью.
— Ох молодежь, молодежь, — укоризненно покачал головой мужчина. И куда же вы забрались-то в такую даль! Да разве можно ей было ехать куда-то с таким пузом.! Дома надо было сидеть, а не шастать неизвестно где!
— Мы не знали, что так получится, — робко оправдывался подошедший Кирилл. Ей рожать только в конце мая.
— Безголовые! — продолжал ругаться мужчина, быстро осматривая девушку. Девка на сносях, а вы в такую даль уехали! Откуда вы взялись на мою голову?
— Из Москвы, — пискнула Юля.
— Из Москвыыы, — протянул старик. Это же почти двести километров. Повезло вам. Я врач. Не гинеколог, но роды принять смогу. Давай, вытаскивай её из машины, — скомандовал он Кириллу.
— Может лучше не трогать её. Пусть она лучше в машине того, ну в смысле рожает.
— Послушайте, молодой человек, — сердито сказал старик, — вы кто?
— Муж.
— Это понятно. В жизни, вы чем занимаетесь.
— Он бизнесмен, — ответил за друга Вяземский. У нас модельный бизнес. Модный дом.
— Вот и занимайтесь модой. В смысле, своим делом. А мне лучше знать, что ей сейчас нужно. Давайте, шевелитесь, быстро, вытаскивайте её, я сказал. В машине неудобно, да и весь салон запачкаем. Машина-то небось больших денег стоит. Валентина, — крикнул он жене. Быстро, принеси чистые простыни и поставь еще воды. Той, что в самоваре, будет недостаточно.
— Что вы хотите делать? — спросил Григорий старика, пока Кирилл бережно вынимал из машины Аню. — Вы, что собрались принимать здесь роды?!
— А ты предлагаешь другой вариант? Или может сам примешь? Пойми, до Москвы вам не добраться. Она уже в родах. Ребенок вот-вот родится. Так что давай, пошевеливайся, неси её в дом, — обратился он к Кириллу. А ты, — он повернулся к Григорию, вызывай службу спасения. Ты же бизнесмен. К тебе прилетят точно…
Он поднялся по ступенькам прошел в тесную комнатку, где на руках мужа полулежала тихо скулящая Анна.
— Выйди, — коротко бросил Кириллу пожилой врач.
— Нет, нет, Кирочка, не уходи, не бросай меня, пожалуйста, мне так страшно, — снова расплакалась Аня.
— Я не уйду, любимая, я останусь, не волнуйся.
— Страшно ей, — пробормотал под нос доктор. Вам только делать их не страшно. — Ладно, оставайся, — буркнул он Казанцеву, — только помогай ей, и смотри не вздумай грохнуться в обморок!
Вяземский и Юля сидели на скамейке у стола и слушали отчаянные крики, доносящиеся из дома.
Григорий уже позвонил знакомому в МЧС и скоро сюда должен был прилететь вертолет.
— Нет, — сокрушенно произнес Гриша, с тоской глядя в темнеющее небо. Этот ненормальный Казанова доведет меня когда-нибудь до инфаркта. Это точно. С этим надо что-то делать…
Он сорвался с места и стал нервно прохаживаться по дворику. К Юле подсела жена пожилого врача.
— Это ваш муж? — спросила она.
— Да.-, односложно ответила Юля, напряженно прислушиваясь.
— Не волнуйтесь так, — успокоила Юльку женщина. Мой муж прекрасный врач! И он все сделает как надо. И супруга своего успокойте. Вон он как переживает1.