Чтение онлайн

Щеки тут же загорелись (да что это, раньше, в той жизни, она не замечала за собой такого), и появилось странное желание заерзать на месте. Она сглотнула, подняла голову и встретилась с взглядом Тристана. Оупс, он раскусил ее… Краснея еще больше, она стала смотреть на озеро.

Внезапно ей в голову пришла не лучшая мысль.

– Ты же не думаешь, что я сменю тебя на веслах?

Он фыркнул:

– Нет. Если ты не против, хотелось бы поскорее добраться до места, пока нам не придет конец.

Дилан не стала дальше спорить – получила что хотела. Они двигались достаточно быстро, все дальше отдаляясь от берега. Теперь Дилан видела, что холм, по которому они спустились, был не один – к озеру спускалась целая цепочка холмов, обеспечивающих защиту от сильных ветров. Возможно, именно поэтому вода была такой спокойной, почти без волн. Но везде было пусто, словно мир исчез. Противоположного берега пока еще не было видно, и она испытала момент страха. Что, если эта лодчонка потечет? Дилан не была уверена, что сможет добраться до берега. Мама в детстве заставляла ее брать уроки плавания, но, став постарше, она отказалась ходить, потому что стеснялась. Ей было стыдно пройти пятнадцать метров от раздевалки до бассейна на три четверти раздетой.

Еще появилась мысль, что придется нырять в эту воду. Под черной поверхностью Дилан не видела ничего. Она не могла понять, насколько там глубоко. Что там может таиться внизу? Свесив руку, она окунула в воду пальцы, и их тут же закололо из-за холода. Температура воздуха была приятной – вода не может быть такой холодной. Это неестественно.

К тому же вода оказалась плотнее. Не совсем как масло, но где-то близко. Да, утонуть здесь не хотелось бы…

– На твоем месте я бы этого не делал, – выдернул ее из размышлений Тристан.

– Что?

Он кивнул на ее руку, все еще опущенную в воду.

– Это.

Дилан тут же выдернула руку и внимательно осмотрела, ожидая увидеть ее черной или без кончика пальца. Нет, все было в порядке.

– Почему нельзя?

Он спокойно посмотрел на нее:

– Никогда не знаешь, что прячется внизу.

Дилан сглотнула и положила руки на колени, но все равно продолжала вглядываться в непроницаемую поверхность, которая заворожила ее. Как тихо… Единственным звуком был лишь ритмичный плеск весел.

Тристан смотрел на нее. Глаза широко раскрыты, пытаются разглядеть, что там, на глубине, но ничего не видят. Лицо выглядит умиротворенным, лоб гладкий, на губах играет легкая улыбка. Руки засунула между коленей, и эта поза вызвала у него улыбку, которая тут же сошла на нет, когда он вспомнил, как она окунала пальцы в воду. Она молодец, что послушалась его; то, что таилось под поверхностью, и в худших кошмарах не приснится. Существа из глубин… Но Дилан была спокойна, и погода соответствовала ее настроению. При такой скорости они быстро пересекут озеро и окажутся на берегу задолго до наступления темноты. На островке безопасности. Он не мог заставить себя подумать о дальнейшем.

– Сколько еще? – тихо пробормотала Дилан.

Он озадаченно посмотрел на нее.

– Сколько нам еще плыть? – уточнила она.

– До берега?

Пожалуйста, пусть она это имеет в виду, в панике подумал он.

– До конца. – Дилан подняла голову, и ее глаза впились в его.

Он обнаружил, что не может соврать.

– Завтра… – прохрипел он.

Завтра. Так скоро. Еще одна ночь, и потом ему придется отпустить ее, и больше он ее никогда не увидит. Горло сжалось. Обычно это озеро было самой лучшей частью пути. Обычно он с нетерпением ждал освобождения. Ему отчаянно хотелось убраться подальше от слез и жалости душ к самим себе. Но не в этот раз. Ему будет больно смотреть, как она уходит туда, куда заслужила, но куда не мог последовать он.

Глаза Дилан округлились, когда она осознала смысл его слов. Они как будто замерцали, и он на короткое мгновение подумал, что в них стояли слезы. Невыносимо… Он больше не мог смотреть на ее лицо. Пальцы дрожали, и он сильнее налег на весла, приближая прощание.

В голове Дилан кружили мысли. Она боялась оказаться за пределами пустоши. Тристан не смог ей объяснить, с чем предстоит столкнуться. На основах религии в школе рассказывали, что после смерти люди отправляются в лучший мир, но кто знает, правда это или нет? Она куда-то попадет – в рай, ад или, возможно, вечную пустоту. И придется проделать этот путь в одиночку.

Волны начали расти, раскачивая лодку. Тристан нахмурился и стал грести быстрее.

Но Дилан слишком погрузилась в свои мысли, чтобы заметить изменения. Она боялась не только того, что придется идти одной, – хуже всего, что придется оставить Тристана. От этой мысли в груди возникла острая боль, и на глаза навернулись слезы. Он был ее защитником, утешением, другом… Нет, не только другом. Она испытывала сильное желание быть рядом с ним. Она постоянно чувствовала его присутствие. Самое простое слово, сказанное им, могло привести к тому, что в животе начинали порхать бабочки, или она погружалась в трясину неуверенности в себе, грусти… Она задумалась – может, он специально играл с ее эмоциями, чтобы упростить себе жизнь, но что-то подсказывало ей, что все по-настоящему.

Она представить не могла, как окажется без него. Казалось, они были вместе тысячу лет, но никак не несколько дней. Дилан посмотрела на него, стараясь запомнить каждую черточку. Мысли заволокло отчаянием, и небо тут же потемнело. Поднялся кусачий ветер, растрепал ее волосы, задергал за джемпер. Но Дилан и этого не заметила – она потерялась в своей боли. Тристан же, в беспокойстве взглянув на небо, загреб еще быстрее. Озеро было коварным, он знал это. Однако эмоции Дилан мешали спокойно пересечь его. Ветер поднял высокие волны с белыми барашками, лодка все сильнее раскачивалась.

– Дилан! Дилан, посмотри на меня!

Она вздрогнула, взгляд у нее был таким, словно она возвращается издалека.

– Дилан, ты должна успокоиться. Посмотри, что творится.

К этому моменту он уже почти перекрикивал ветер. Дилан кивнула, но он не был уверен, что она все поняла.

Не поняла. Она смотрела на него, а перед глазами стояла картинка, как он уходит, оставляет ее в мире страха и неуверенности. Она мысленно кричала ему, умоляла вернуться, но он, не оглядываясь, шел вперед. Завтра он уйдет. Остальное не важно.