Чтение онлайн

Перебивая друг друга, мы красочно описали всё то, что промелькнуло на белом экране.

Должен напомнить, что в те давние годы, в СССР, подобные вещи подпадали под строгий запрет, как низкопробные и идеологически чуждые. Поэтому, их не показывали в кинотеатрах, и тем более, не пускали по телеку.

Видеомагнитофонов и персональных компьютеров в широкой продаже ещё не имелось. Такую продукцию можно было увидеть лишь за границей страны или на международных фестивалях кино, которые достаточно часто проводились в Москве.

Нужно ли объяснять, что наш живописный рассказ удивительно сильно заинтриговал комсомольцев. Ведь они находились в том возрасте, когда это всё весьма интересно.

Все дружно решили: – После обеда будет свободное время. Нужно сходить в тот кинотеатр и посмотреть безобразие своими глазами.

На всякий случай, они с интересом спросили: – Сколько же стоит увидеть сиё непотребство?

Я честно сказал: – Даже не знаем. Мы ничего не платили.

– Как же вы внутрь сумели пройти? Ведь там, возле входа стоит контролёр. – удивились друзья.

На что я, не таясь, доложил: – Я уже говорил, что мы с Володей, слегка опоздали к началу сеанса. Поэтому, когда влетели в фойе, внутри уже не было ни единой души. Мы двинулись к просмотровому залу и наткнулись на крепкого парня, который проверял там билеты.

Я указал на своего большого приятеля, что возвышался над нами на полголовы, и завершил сообщение: – Володя, жёстко сказал: – Группа русо туристо! – После чего, билетёр стушевался и отступил в сторонку от двери. Ну, а мы ринулись дальше…

В конце семидесятых годов прошлого века, мне захотелось купить, небольшую машинку, чтобы печатать свои «нетленные произведения». Я стал заглядывать иногда в магазины и выбирать модель подходящих размеров. Постепенно мой выбор остановился на портативной «Москве».

Должен признаться, меня прельстило в ней одно обстоятельство. Она находилась в небольшом чемоданчике, который весьма походил на современный портфель-дипломат. То есть, в сложенном виде, прибор занимал достаточно мало места в квартире. Однако, я её тогда не купил.

Вы спросите: – Почему, настолько подробно я говорю о печатной машинке? – и я вам отвечу: – Потому, что у меня было желание писать, но не хватало свободного времени. С восьми до семнадцати я вкалывал техником в проектной конторе.

По окончании рабочего дня, четыре раза в неделю, я бегал в вечерний стройинститут. В выходные и в праздники, я выполнял курсовые, лабораторные и другие задания. По средам и пятницам, я их сдавал, а иногда, ходил на коллоквиумы.

Через пять с лишним лет, учёба всё же закончилась, и мне вручили диплом. К этому времени, я уже стал руководителем группы из семи архитекторов. И тут на меня навалили ещё больше работы.

Поэтому, я был твёрдо уверен, что большую часть моей жизни машинка «Москва» будет стоять без всякого дела. Ну, а раз так, то зачем ей пылиться и занимать какое-то места в нашей весьма малогабаритной квартире.

В восьмидесятом году, мне подвернулась турпутёвка в Киргизию, с отдыхом на берегу озера, которое зовут Иссыкуль. Я скатался в, тогда ещё братскую нам небольшую республику и там прошёл по маршруту, проложенному по ближайшим окрестностям.

То путешествие тянулось несколько дней, включало в себя восхождение на высокогорный ледник. Вернувшись в Самару, я вдруг узнал, что сильно простыл в том походе, и пришлось мне немедленно, улечься в больницу.

Болезнь затянулась на третью часть года и всё это время я был на больничном. Сначала в клинике города, а потом уже дома. От нечего делать, я накропал целый роман из раздела научной фантастики.

Писал я его старым дедовским способом, при помощи карандаша и бумаги. Кстати сказать, мне, как архитектору, это показалось намного удобнее, чем какой-либо ручкой, шариковой там, или, например, перьевой.

В любое удобное время можно взять ластик, то бишь, резинку, и стереть слово, которое тебе разонравилось, всё предложение, а то и абзац. Да и целые куски сочинения, можно легко тасовать, словно карты в колоде. Нужны лишь ножницы и какой-нибудь клей.

Долго ли коротко, я окончил свой труд и серьёзно задумался: – Как быть теперь дальше?

Хотелось, отправить роман в пару-тройку издательств и узнать от редакторов, что же я сочинил? Годиться ли это в печать? Вот только, толстую рукопись, написанную карандашом, никто бы не взялся читать.

К этому времени, множество денег ушло на лекарства. Я не до конца оклемался, больничный был не закрыт, и денег, не осталось совсем. Не мог я пойти и купить устройство «Москва». Хорошо, что я жил вместе с мамой. Она продолжала работать, и кормила меня.

Ничтоже сумняшися, я внезапно решил, обратиться к знакомой мне машинистке и попросить её об услуге. Я отдал одну небольшую главу, заплатил за работу не так, чтобы скромные деньги и, в назначенный срок, получил материал от неё.

Как оказалось, в напечатанном виде всё выглядело совсем по-другому. Я прочитал принесённые дамой листы, и остался весьма недоволен своим «дурным писевом». Я всё переправил и с огорчением понял, придётся опять повторить всю процедуру.

До меня вдруг дошла очевидная вещь. Никому неизвестно сколько раз я переделаю текст, а платить машинистке снова и снова я не могу. Нужно было найти другой вариант.

К этому дню, я уже вернулся к работе и начал опрашивать всех друзей и знакомых: – Нет ли у кого-нибудь дома печатной машинки?

Скоро я выяснил, что такие счастливцы имеются, и они, на какое-то время, дадут мне данный прибор. Но при одном важном условии – я сам приеду за ним. Ну, а после того, как он мне станет не нужным, верну добросердечным хозяевам. Я согласился и отправился по нужному адресу.

Молодая сотрудница впустила меня в небольшую прихожую, и указала на огромную сумку, что притулилась возле дверей. Я поблагодарил милую даму, взялся за ручки объёмистой тары и с огорчением понял, она весит более пуда.