Чтение онлайн

Что тут началось! Радости Тангара не было предела. Подошел удивленный Хакред и, узнав новость, тоже поздравил будущего отца. Хотели отметить мой приезд, а отметили еще и будущее отцовство Даго. Едва дошел до комнаты, куда меня определили и где вечером оставил свои вещи.

За шиворот затекала вода. Оно, конечно, погода для нашего дела отличная, но легче от этого не становилось. Несущиеся по ночному небу тучи закрыли и звезды и обе луны. Ветер гнул мокрые ветви деревьев, стряхивая на меня и Крута дождевые капли, задержавшиеся в кроне. Даго основательно подготовился к разборке с Витольдом. Для меня и арбалетчика он изготовил еще два маскировочных костюма. Крепыш и Тангар выпили перед самым домом торгаша эликсиры ночного зрения. И теперь мне было видно на примере Крута, как я выглядел, когда мы положили засаду на дороге. Бледное лицо, а глаза… Радужка и зрачок почти скрыли белок, выглядело страшновато. Пить эликсиры я не стал, а применил изменение ночного зрения и, сто пудов, видел получше охотника и арбалетчика. Дом, хозяйственные постройки и особенности местности, окружающей двор торговца, охотник нанес на карту. Перед делом Даго изложил, что и как мы будем делать, сколько предположительно воинов может быть и действия каждого из группы. Хоть Витольд и жил чуть в стороне от остальных обитателей пригорода, но лишний шум нам был ни к чему. Разошедшаяся еще с вечера не на шутку непогода была нам только на руку.

Даго спрыгнул с дерева и дал отмашку на выдвижение. Три фигуры, кажущиеся бесформенными из-за маскировки, пригибаясь, преодолели пятьдесят метров до частокола. Скрестив руки, мы приподняли тяжеленного охотника, и он, забравшись на забор, помог Круту.

Уцепился за руки и забираюсь на гребень. «Вот же параноик долбаный», — подумал я, заскользив по мокрой древесине и за малым не насадившись на заостренное бревно. В пригороде редко кто делал себе такую ограду, а этот хрен перестраховочный имел именно такой забор. Даго, кстати, тоже в своем новом подворье сделал такую изгородь. Ну, там-то все понятно: это чтобы, когда будут ученики и школа заработает, прохожие не пялились и не смущали новичков. В задней части двора никого не было. Охотник показал мне на конюшню, а сам с Крутом направился к углу дома. Моей первой задачей было проверить конюшню и, если там кто-то был, повязать. Так сказал Тангар, инструктируя нас на этот счет.

— Вырубайте и вяжите всех. Если кто-то сбежит и поднимет шум, второй раз мы не сможем так легко подобраться к Витольду. Лица закроем масками, но если по какой-то причине ваше лицо увидят, то лучше убейте. Это ходячее брюхо на торговую неделю снимает большие суммы. И он уже был в банке, так что мы не только рассчитаемся с ним, но и возьмем добрый куш.

Из щели под дверью проглядывал свет. Аккуратно приоткрыл дверь — никого. Коридор метров тридцать, по бокам денники, три с одной стороны, три с другой. Свет исходил от застекленного фонаря, стоявшего в конце коридора возле дверей, выходящих в переднюю часть двора. Крадучись продвигаюсь вперед. В четырех денниках стояли лошади. Возле дальних дверей два тамбура, в одном — упряжь и седла. Во втором свалены кучи свежескошенной травы, и именно там происходит какая-то возня. Заглянул туда. Все понятно. Жалко, мужик, тебя обламывать, но лучше я дам тебе по башке, чем ты вколотишь мне нож в спину. Пыхтящий парень, получив по затылку, обмяк, а девица, завидев страшную фигуру, возникшую над плечом придавившего ее ухажера, собралась заорать. Пришлось зажать ей рот и помахать перед лицом угрожающего вида ножом. После заткнул ей рот кляпом, связал руки за спиной; то же проделал и с мужиком. Молодой парень лет двадцати был при мече и ноже, в момент энергичной части соития все это валялось у стены. Вот что случается, когда начинает думать не та голова. Окинул еще раз взглядом любовников. «Хороша девка», — мелькнула у меня мысль. Но от самой идеи насилия меня воротило. Молодуха, заметив, что неизвестный рассматривает ее, попыталась спрятать свои достоинства. Но это мало ей удалось, получилось как раз наоборот. Тут я вполне понимал ее ужас. Еще бы: высокий, весь в лоскутах, оружие, броня, проглядывающая в маскировке, лицо замотано, глаза страшные, — леший, короче. Прижав указательный палец к месту, где у меня должны были быть губы, и дождавшись от нее лихорадочных кивков, затушил фонарь.

За дверьми все так же поливал дождь, и как бы еще не сильней, чем прежде. Вся возня с двумя полюбовниками заняла минут пять. Даго и Крут уже управились, арбалетчик притаился у крыльца, а охотник затаскивал чье-то тело в сарай, расположенный рядом с конюшней. Мертвец, если судить по залитому кровью лицу. Все, остался только дом, потому как охотник показал мне на вход. Втроем собрались возле крыльца. Епрст, из-за него торчали чьи-то ноги. Ну, они и душегубы. Вгляделся: нет, этот жив, только связан и с кляпом. Труп никто бы связывать не стал. Пленник одет легко, наверное, вышел до ветру, а тут бам, и приплыли.

— Ну что, вперед? Как заходим, я наверх, Крут проверяет первый этаж, а Артем контролирует выход и лестницу. Если у кого-то из нас возникают затруднения, Артем приходит на помощь. Лишних трупов не надо, но, если какое сопротивление, рубите сразу, — достав меч, произнес Даго и, открыв дверь, вошел первым. Впереди, там, где располагалась лестница на второй этаж, мерцал приглушенный свет и разговаривали двое мужчин:

— Витольд платит, и мне неважно, чего он там опасается. Чего здесь бояться, мы же не на дороге или в лесу? Пригород заселен достаточно, чтобы в случае чего на шум сбежался люд. Ты ведь сам видел, с каким мешком он позавчера выходил из банка, тут без охраны не обойтись. Нас пятеро, еще хозяин и двое его работников, так что сюда никто не сунется, — произнес молодой голос.

«Спасибо за информацию», — подумал я, в руках у меня было по метательному ножу. Тангар остановился и также не спешил себя обнаруживать. Крепыш, сместившись правее, встал передо мной и, держа на прицеле дверной проем, тоже прислушивался к разговору.

Меж тем заговорил второй мужчина, судя по голосу лет тридцати или чуть больше.

— Кто ж спорит? Мы не новички в охране торговцев, но и расслабляться не стоит. Вы не примечаете, а я вот заметил, что наш толстый наниматель чего-то боится, а нам ничего не говорит. Ворт вообще никого, кроме этой смазливой бабенки, не видит. Сарт тоже куда-то запропастился. Как бы они из-за этой девки друг другу глотки не перегрызли. Ты иди наверх. А мне надо проверить, что там эти двое делают. — Говоривший последним двинулся в нашу сторону.

Даго, обернувшись, махнул нам, чтобы мы отступили к двери, а сам, отшагнув в дверной проем кухни, затаился. В конце коридора появился мужик с фонарем и пошел к выходу. Свет фонаря вот-вот должен был осветить нас, но за спиной охранника возник Тангар и ударил его по затылку. Подхватив оседающее тело и придержав руку с фонарем, охотник постарался как можно бесшумнее опустить тело на пол. Все бы ничего, но фонарь выпал из ослабевшей руки и, грохнувшись об пол, потух. «Ну, все, трындец бесшумному проникновению», — понял я, услышав быстрые шаги и встревоженный голос молодого охранника.

— Гросс, что там за шум? Гросс, это ты? — Последний вопрос он задал, уже появившись в проеме.

На светлом фоне да еще из темноты — идеальная мишень, а для такого мастера, как Крут, вообще не вопрос. Охранник с обнаженным мечом на несколько секунд замер перед черным провалом коридора. Болт, свистнув, пробил ему бедро, а подскочивший Даго выбил из рук меч и ударом ноги в лицо опрокинул на спину.

— Вяжи их и стой на выходе, мы наверх, — рявкнул мне охотник и рванул вверх по лестнице, арбалетчик за ним.

Закрутил обоим охранникам руки, заткнул рты и накинул на головы тут же сорванную занавеску из кухни. Наверху что-то грохнулось и зазвенела сталь. Плюнув, взбегаю по лестнице. Труп с разрубленной грудиной, в исподнем, но с разряженным арбалетом. А в конце коридора обнаружился Крут с болтом в пояснице. Живой, только крови потерял много. В комнате справа железом больше не звенели и раздавался злой голос Даго. Заглянул: посреди комнаты тело мужика с перерубленным горлом и мечом в руке, а охотник мутузит Витольда по морде и что-то ему при этом зло выговаривает. Обернувшись ко мне, Тангар спросил:

— Крут живой или…

— Жив пока, постараюсь его поставить на ноги, — отозвался я, возвращаясь к истекающему кровью раненому.

Хрен с ним, с торгашом, ему так и так кирдык, охотник уже вынес ему приговор: хороший враг — это мертвый враг. Вытащив болт, прижал к ране руку, и уже знакомый речитатив наговора мерно зазвучал в темном коридоре. Сердце забухало в унисон с талисманом, и сила потекла к умирающему арбалетчику. Заклятие сделало свое дело, но и у меня силы осталось с гулькин нос. Минут пятнадцать ночного зрения, и все. Расходовать свою силу — это не заемной шиковать. Откупорив эликсир, дал глотнуть пришедшему в себя Круту. Тот закашлялся и прохрипел: