Чтение онлайн

– Почему мы считаем католиков еретиками, а при этом, если католический священник переходит в Православие, за ним сохраняется священный сан? Получается противоречие: еретики, а благодать у них присутствует.

– Для начала заметим, что слово «католики» очень неудачное. Католики – это мы, православные верующие, если конечно мы достойны так называться. Каждый сознательно верующий должен понимать смысл и происхождение этого слова («католикос» значит всеобщий, соборный), которое вошло в церковный обиход еще во II веке от P. X., задолго до отпадения Рима от полноты Православия. Ватикан же мы можем вежливо называть Римско-католической церковью, понимая ее как религиозную группу с центром в Риме, именующую себя католической.

Еще большего внимания требует слово «еретик». Оно имеет различные значения, в зависимости от контекста. В одном смысле оно применимо к лицам, злонамеренно противопоставляющим свое личное мнение церковному учению и тем самым разрушающим христианскую веру; в другом – к тем, кто исповедует ошибочное вероучение в силу традиции, в которой он воспитан; в третьем – к тем, кто заблуждается по недоразумению или недостатку информации. В каком смысле кого из римо-католиков следует считать еретиком – вопрос открытый.

Тем более открытым остается вопрос о мере благодати, присутствующей в Римско-католической церкви – хотя бы по той простой причине, что благодать не поддается измерению. Достаточно сказать, что в практике существуют три различных возможности приема верующих, приходящих в Православную Церковь из римо-католицизма:

1. Через Крещение, тем самым исходя из недействительности этого таинства в Римско-католической церкви;

2. Через Миропомазание, считая, что совершенное римско-католическим духовенством Крещение действительно;

3. Через покаяние, требуя от верующего лишь отказа от ошибочных положений римо-католицизма и признавая действительность всех совершенных таинств.

В разное время и в разных странах имели распространение разные подходы. И если, как вы пишете, в Православную

Церковь принимается римско-католический священник, то епископ, который его принимает, может признать действительность его священства, и он тем самым становится православным священнослужителем.

Не надо только думать, что здесь работает какое-то механическое формальное правило: решение принимает епископ на основе существующих обычаев, практических соображений и личных качеств принимаемого в Православие человека.

«Может ли слепой водить слепого? не оба ли упадут в яму?» (Ак. 6: 39). Слова Спасителя, знакомые всем нам, а между тем мы сплошь и рядом ведем себя так, как будто их и не слышали.

Почему наши проповеди сухи и безжизненны?

Почему мы не в силах ответить на самые острые и практически важные вопросы повседневной жизни?

Почему голос Церкви, которую мы представляем, звучит глухо и невразумительно?

Вправе ли мы игнорировать предупреждение Святейшего Патриарха Алексия II: «Если мы не можем профессионально работать в журналистике, то лучше ею не заниматься; если мы не умеем отстаивать интересы Церкви в радио– и телепередачах, то лучше не соглашаться на приглашения в них участвовать; если наши высказывания во время интервью могут послужить соблазном для других, то лучше промолчать»?..

Наша слепота, которую мы сами на себя навлекаем, – это наша неосведомленность. Пускай мы окончили семинарии и академии, пускай мы читаем Св. Писание и Св. Отцов, пускай мы помним богослужебный цикл и память святых; но мы не знаем, чем живут люди вокруг нас, что беспокоит их, обоснованно или нет, какие события обсуждают они дома, на работе и в школе. И что хуже всего, мы не знаем и подчас не хотим знать, как откликается Церковь в лице своего Синода и Патриарха на происходящие в мире и в нашей стране события. В этой слепоте у нас нет оправдания ни перед Господом, ни перед ближними.

Единственное, что мы можем и должны сделать, – это прозреть, раскрыть глаза на мир вокруг нас, мир, где живут наши сограждане, где живет и борется наша Церковь. Тогда и только тогда мы убережем себя и тех, кто доверился нам, от падения в яму невежества, лжи, греха и раскола.

Иеромонах Макарий (Марк Маркиш) родился в 1954 г. в Москве, окончил Московский институт инженеров транспорта. В 1985 г. уехал в США, работал программистом. Окончил православную Свято-Троицкую духовную семинарию в Джорданвилле, штат Нью-Йорк. В 2002 г. вернулся в Россию, в том же году принял монашеский постриг. В 2003 г. был рукоположен в сан священника. Отец Макарий – неутомимый миссионер, в том числе и в интернет-пространстве, постоянный участник форумов, круглых столов, семинаров и конференций. Преподает в Иваново-Вознесенской Духовной семинарии, работает в правлении двух общественных групп (Комитет защиты семьи, детства и нравственности «Колыбель» и Христианская ассоциация молодежи и семьи). Работы о. Макария публикуются в аналитическом обозрении «Радонеж», журнале «Фома», газете «Одигитрия» на Украине, в православном журнале Orthodox Life в США, его можно услышать на различных радиостанциях. Протодиакон Андрей Кураев считает иеромонаха Макария «лучшим православным журналистом современного мира». Отец Макарий уже помог многим людям войти в Церковь и найти ответы на важные и «неудобные» вопросы.