Чтение онлайн

— Мн-много… Слишком много, много… — его опухшие глаза краснеют. — Черт… Черт… — Шепчет, начав задыхаться. Пози терпит боль в животе, продолжая держать друга за плечи.

Дилан О’Брайен боится крови.

— Эй? — Тайлер трясет его, и Дилан поднимает шокированный взгляд, дрожащими губами шепча:

— Много…

И в ту же секунду на парня обрушиваются все ощущения, вся та боль, что была скрыта туманом от организма. Дилан чувствует, как его тело охватывает безумный холод, как каждая клетка организма начинает подавать сигналы паники, как кровь стынет в жилах, как ее не хватает, чтобы держаться на ногах. Целый хаос. Все смешивается в одну сильную боль, которая пронзает до костей, ломая их к чертовой матери. Дилан сгибается пополам, хватаясь за локти Тайлера, который еле поддерживает его, пытаясь не упасть на колени.

— Дерьмо, — О’Брайен стонет от жжения в животе. — Черт возьми, — продолжает задыхаться, не справляясь с уровнем боли.

— Нужно выбираться, — Тайлер старается двигаться осторожно. Из его живота торчит нож, и это не самое приятное осознание действительности. — Тебе срочно… — Сам запинается, рвано вдыхая. — В больницу, — крепко держит, перебрасывая одну его руку через свое плечо. О’Брайен мычит, прижимая ладонь к животу. Он не чувствует пальцев рук и ног. Его кости хрустят при движении. Они оба хромают. Оба еле держатся, правда Дилан намного быстрее лишается сил. Им нужно преодолеть подъем по лестнице. Парни поддерживают друг друга одной рукой, второй держатся за перила.

— Где Ронни? — О’Брайен хрипло шепчет, стуча зубами от холода. Пытается взглянуть на Тайлера, но перед глазами темная пелена, поэтому сжимает веки, опустив голову, чтобы видеть хотя бы ступеньки.

— Она в порядке, — Пози щурится. — Относительно в порядке.

Дилан хмурит брови, дернув друга, но задать волнующий вопрос не может, ибо его голова уже запрокидывается. Им удается выйти в коридор, но на этом этапе ноги О’Брайена подкашиваются. Он садится на пол, и Пози мычит, скованный болью, когда наклоняется, чувствуя, как острие ножа режет его изнутри:

— Вставай, — просит, дергая руками за плечи друга, который смотрит в пол, трясется с новой силой. Его кожа приобретает странный темный оттенок синего. — Давай, осталось немного, — Тайлер просит, потянув его за жесткую ткань футболки. Дилан дрожит, подняв взгляд на открытый дверной проем, и сжимает зубы, морщась. Рукой опирается на колено, кое-как встав на ноги. Пози помогает ему немного выпрямиться, после чего они оба поддерживают друг друга, медленно шагая в сторону улицы.

Джейн нервно вытирает кровь, что без остановки течет из носа Ронни. Девушка лишена сознания. Рид берет ватку из аптечки. Платок, если находит. Ее пальцы вымазаны в алой жидкости, руки дрожат от напряжения. Постоянно оглядывается. Слезы собираются в уголках глаз, но она не плачет. Это стресс. Лицо Джейн выражает суровость. Она держится, вновь смотрит назад на особняк, и хмурит брови, видя, как к воротам хромают парни. Девушка выскакивает из салона, вытирая ладони о джинсы, с недоверием смотрит на ребят, прищурившись. Морозный ветер толкает ее из стороны в сторону, но мурашки вызывает не погода. Джейн моргает, выдыхая паром, и бросается к парням, не зная, чему ей стоит ужасаться сильнее. Ясно одно. Всем ее друзьям нужно срочно попасть в больницу.

— Господи, — она пищит? Смотрит на торчащий из живота Пози нож, поднимает испуганный взгляд на парня, который привычно улыбается краем губ, жестом руки говоря: «Полный порядок».

— Порядок? — Это возмущение рождается из тревоги. — Издеваешься?! — Кричит, буквально силой отобрав у Тайлера груз в виде Дилана, который мычит, опираясь рукой на плечо девушки. — Не таскай тяжести! — Гавкает на Пози и мягко обращается к О’Брайену. — Как ты?

Тайлер не злится на повышенный тон Джейн. Он наоборот улыбается до ушей, ведь она тревожится за него. И ее волнение греет душу. Парень касается рукоятки ножа, сморщив лоб сведенными к переносице бровями. Хреново. Дилан опирается рукой на машину, пока Рид открывает дверцу. О’Брайен еле дышит, глотка сжимается при виде Ронни, которая сидит, опустив голову. Ее веки закрыты, из носа течет кровь, рядом свалена алая вата.

— Что… С ней? — Голос еле вырывается из сухого горла. Джейн помогает парню сесть на заднее сидение:

— Она болеет, Дилан, — бросает коротко. У нее нет времени на объяснения. Девушка хлопает дверцей, бросившись на помощь Пози, который пытается сесть на место рядом с водительским.

— Я сам, — говорит, но Рид рычит:

— Заткнись, — поддерживает его за спину, чтобы та не прогибалась. Ему придется всю дорогу просидеть в неудобном положении. Нельзя сильно сгибать или выгибать спину, иначе нож может задеть органы.

Сама Рид садится за руль, крепко сжав зубы. Пара вздохов, и она способна вести машину, поэтому жмет на педаль, начиная осторожно разворачивать автомобиль.

Перед глазами Дилана все плывет. Он спешно осматривает Ронни, трясущейся слабой рукой проверяет ее пульс на запястье. Она такая теплая, что он страшится касаться ее кожи. Парень пропитан холодом, льдом, которым может обжечь. Он чувствует, как медленно уходит. Дилан О’Брайен умирает. Его организм пробуждается ото сна, заставляя парня хорошо прочувствовать каждым миллиметром своего тела дикую боль, что скопилась в нем за сутки. Дилан жмется плечом к девушке, одной рукой сжимает свой живот, другой неосторожно вытирает кровь с ее губ. Кашляет, рыгает кровью, привлекая внимание Тайлера:

— Блять, только посмей сдохнуть, — шепчет, и больше его голос не мягкий. Ситуация серьезная. О’Брайен прижимает ладонь к губам, плюясь, закрывает веки, и безостановочно хрипло кашляет, заставляя Рид нервничать и жать силой на педаль. Дилан наклоняет голову, лбом упирается в висок Ронни, задевает кровавыми костяшками ее щеку и с паникой пытается стереть следы с кожи девушки. Слишком много крови. О’Брайен рукой неаккуратно сжимает ткань кофты Добрев, тянет на себя. Ему безумно холодно. Физически и психологически. Стучит зубами, укладывая голову на плечо Ронни, судорожно трясется, прикрывая глаза.

Он уходит.

Медленно.

***

Он смотрел на себя. Дилан О’Брайен стоял в капюшоне, держа в одной руке нож, в другой — голову своей матери. Парень не мог отступить назад, не мог отвести глаз. Психея внутри смеялась, как безумная. Безудержное веселье для ведьмы.

Это кошмар, но Дилан не способен вырвать себя из него. Он уходит глубже, канет в черноту из воспоминаний и мыслей, готовясь окончательно пропасть, исчезнуть для всех, но теплая ладонь, сжавшая его плечо, помогает опомниться. Резко, даже с болью в висках. О’Брайен вскидывает голову, встретившись взглядом с Карин — девчонка-подросток, которая с ужасом смотрит на кухню, моргает, скрывая слезы страха, и грубо закрывающая ладонью глаза младшего брата, который вздрагивает, вдруг осознав, что стал на несколько сантиметров ниже.

Он вновь стал ребенком.

«Всё хорошо. Идем в комнату», — голос сестры каменеет. И Дилан продолжает слышать его в темноте.

Резко распахивает веки, с дурным биением сердца хватает ладонь девушки, что гладит его по плечу. «Тише, — она шепчет, устало улыбаясь. — Все будет хорошо». Дилан еле привыкает к яркому свету, царящему в палате больницы. Он с трудом может вдохнуть, от растяжения швы на животе начинают ныть, словно вот-вот разойдутся. Тяжело и быстро дышит, опустив голову обратно на жесткую подушку, с тревогой смотрит на Карин, взгляд ее полон нежного беспокойства и заботы, с которой она продолжает поглаживать ладонью плечо брата: