Чтение онлайн

– А сейчас зачем?

– В качестве напоминания. Я встал на ноги, благодаря играм. Такой вот у меня талисман.

Кирилл неопределенно хмыкнул, не зная как реагировать на эту то ли откровенность, то ли хвастовство.

Планировка квартиры была современная студийная, но интерьер напоминал начало нулевых. Так выглядят квартиры, недавно доставшиеся от пенсионеров – все здесь было либо устаревшим, либо ретроманским. На фотообоях красовались пиксельные пейзажи, часть стены залепили постеры с сохранившимися полосами от сгиба – десятки лет назад такие вкладывали в журналы про компьютерные игры. Там, где на стену попадали солнечные лучи, постеры выцвели.

Кирилл с удивлением уставился на компьютер с громоздким ЭЛТ-монитором и белым системным блоком. Клавиатура и мышка тоже белые, как на заре появления персональных компьютеров. Были все основания предполагать, что на дне мышки вместо оптического сенсора обнаружится шарик. Странно видеть такое в жилище геймдизайнера, прославившегося играми новейшего поколения.

– Нравится? – небрежно спросил Дедалов. Он отошел к кухонной стойке. – Чай, кофе, сок, минералка, пиво?

– Как в музее, если честно. Но уютно, лампово, как говорят… От минералки не откажусь.

Из мебели была только приземистая кровать в противоположном углу комнаты, поэтому устроились за стойкой, отделяющей кухню от комнаты. Перешли на "ты", и Кирилл вкратце обрисовал ситуацию. Он не стал скрывать, насколько критично положение Аркадия, но о своих проблемах с руководством умолчал. Дедалов слушал не перебивая, словно смотрел фильм, лишь изредко мелко кивал. Кириллу даже стало неуютно под пристальным взглядом.

– Если согласен, то приступать надо прямо сейчас, – закончил рассказ Кирилл и освежил пересохшее горло минералкой.

Дедалов некоторое время сидел без движения, а затем вскочил и подошел к узкому высокому шкафу с открытыми полками. Мебель была допотопная, с толстым слоем облупившегося лака, книги же блестели яркими корешками, резали глаз белоснежными страничными блоками, словно только что привезенные из типографии. Расставлены они были хаотично и под разными углами, отчего шкаф напоминал безнадежно переполненный тетрисный стакан.

Дедалов не мигая уставился на книги и задумчиво замер, словно подключился к внешнему архиву данных. Кирилл допил минералку и тоже подошел к шкафу, пробежался взглядом по названиям. Помимо профессиональной литературы здесь было собрание сочинений Карла Юнга, рядом стояли книги Эриха Нойманна, Артура Шопенгауэра, Мирчи Элиаде, Джозефа Кэмпбелла, Джордана Питерсона, Карлоса Кастанеды и Элизы Мецкер. С литературой по психологии, мифологии и шаманизму смешивались художественные книги, преимущественно фантастика и фэнтези, в том числе книги Валерия Муллагалеева, легшие в основу игры "Сандарум Онлайн". Кирилл подметил, что каждая книга библиотеки пестрела разноцветными язычками закладок.

– Ты надеешься, – задумчиво начал Дедалов, – что если я войду в Психикон вместе с тобой, то мое сознание дополнит оболочку внедрения игровой спецификой, и тогда Капитан согласится отвезти нас в… в… – Геймдизайнер замялся, путаясь в незнакомых терминах.

– В некую область бессознательного, где находится эго пациента. Все указывает на то, что его субъективная реальность идентична твоей игре.

Наступила тишина. Только сейчас Кирилл подумал, что для постороннего человека сказанное может показаться бредом сумасшедшего. Он украдкой наблюдал за лицом Дедалова, но оно оставалось серьезным и задумчивым, карие глаза прищурились и скользили по корешкам книг, словно геймдизайнер примерял услышанное к разным научными и философско-мистическими теориями.

– То есть я выполняю роль проводника в сокрытый мир? – сказал Дедалов с неопределенной интонацией – то ли спросил, то ли размышлял вслух, пробуя идею на вкус.

– Я бы сказал, ассистента, – сказал наконец Кирилл. – Ты ассистент, я агент, а Аркадий пациент.

– Ты так думаешь? А кто тогда тот капитан?

Кирилл развел руками, и Дедалов продолжил:

– Я вижу ситуацию по-другому. Все это вписывается в сюжет, где герой спускается в подземный мир, чтобы вернуть душу близкого человека. Я – проводник, Капитан – страж. Получается, что ты – герой… Но не сходится. Аркадий явно не жертва, а тоже герой, и все зависит в первую очередь от него. Тогда ты выступаешь не героем, а наставником, своего рода Мерлином, который…

Дедалов потер лицо руками и пригладил черные кудри. Воспользовавшись паузой, Кирилл сказал:

– Сергей, это медицинская операция, а не волшебное приключение. И уж тем более не игра. Мы тут не в игры играем.

Дедалов посмотрел на него так странно, что Кирилл добавил:

– Извини, если для тебя это звучит оскорбительно.

Глаза Дедалова стали хитрыми, как у карфагенского торговца пряностями.

– Почему ты ненавидишь игры? – спросил он. – Ты ведь геймер до мозга костей, игрок, выполняющий свой квест.

– Я?

Геймдизайнер продолжал испытующе смотреть и коротко кивнул.

– Я стараюсь держаться от всего этого подальше. Как профессионал я вижу весь вред игровой зависимости… да и вообще, мы говорим о человеке, который впал в кому из-за игры.

– Ты сам сказал, что причина комы неизвестна, – сказал Дедалов и поднял указательный палец.

– Согласен, тут я перегнул. Но игра все равно как-то повлияла.

– Знаешь, то, что ты рассказал про Психикон, и то, что ты там делал, – все это не шибко отличается от компьютерной игры. А твой метод психотерапии вписывается в архетипический мифологический сюжет.

– Перестань. Я не отрицаю наличие автономных содержаний бессознательного. Более того, я с ними работаю и видел лично. Но не нужно сюда приплетать никакой оккультизм. Не забывай, что основа Психикона – программный код, а цель операции – вмешаться в нейрохимические процессы головного мозга. Никакой мистической подоплеки.

– Но ведь одно другое не исключает.

– Даже если не исключает, то мешает. Да, смотреть на одно и то же явление можно с разных позиций, но я занимаюсь цифровой психологией, а она подразумевает четкое и рациональное объяснение всех процессов.

– А тебе не приходила мысль, что именно поэтому Капитан тебя не пропустил?

– Нет, нет. Капитан – это субличность Аркадия, часть его психики. Строго говоря, это часть пациента, которая отторгает инородный элемент. Как мышечный спазм, препятствующий уколу.

Дедалов провел пальцем по корешкам книг и остановился на книге Карла Юнга.

– Юнг называл такой тип мышления попыткой решить загадку мироздания в пробирке.

– Назвался груздем, полезай в пробирку, – пожал плечами Кирилл.