Чтение онлайн

Он дотронулся до руки Аркадия.

– Но он теплый.

– Не удивлюсь, если он даже дышит. Это работает АИК, – сказал Кирилл и повернулся к Муллагалееву. – Что можно сделать?

– И на третий день к его бездыханному тело подошли трое незнакомцев… – сказал писатель. Несмотря на странные фразы, лицо его было серьезно. – Вы говорили, что он добыл меч Дерека, а где он?

– Видимо, потерял в бою, – сказал Дедалов, – а что?

– Я же не могу оживить героя просто так, щелчком пальцев.

– Почему? – спросил Кирилл, – ваше могущество в этом мире должно быть даже больше, чем у Сергея.

– Ну, я же не творец этого мира… в полном смысле слова. Я писатель, и мои инструмент – это повествование, причем литературно-художественное. А в литературе действуют свои законы. Если я просто скажу ему встать, то этого не случится просто потому, что в это не поверит условный читатель.

– Я столкнулся с подобным, когда формировал квест для Карахана, – кивнул Дедалов.

– Единственные свидетели здесь мы, – сказал Кирилл. – Лично я готов поверить в любое чудо.

– Нет, – отозвался Муллагалеев. – Дело в том, что я сам не поверю в такое воскрешение. Не потому, что я не верю в себя, а потому, что оно художественно недостоверное.

Рассуждения писателя было принять еще сложнее, чем мифологические теории Дедалова.

– Допустим, – сказал наконец Кирилл. – Тогда как мы можем обосновать воскрешение?

– Его меч должен быть поблизости. Это нормальная художественная вольность. Все-таки это не обычный меч, а энигма, резонирующая с эфирными токами своего владельца. Меч следует за ним.

Они разбрелись по берегу, шаря взглядом среди обрывков водорослей, ракушек и рыбьих останков. Ботинки чавкали в мокром песке, смешанном с илом, снизу поднимались нагретые солнцем речные запахи. Припекало. Кирилл посмотрел на степенно текущую реку, чей противоположный берег терялся за пределами видимости, и утомленно усмехнулся – было бы неуместно погружаться в Психикон только для того, чтобы искупаться. Он поднял взгляд к небу.

Внимание привлекла одна чайка. Она зависла в воздухе, махая крыльями на одном месте и как будто высматривая рыбу, спикировала, но на полпути передумала и улетела. Вскоре ее действия повторила другая чайка. Кирилл направился к тому месту. Он зашел в воду по колено и увидел, как на дне что-то блеснуло. Через секунду он огласил пляж ликующим возгласом, поднимая над головой меч. Вода с клинка стекала ему в рукав, капли падали на голову, но это его совсем не беспокоило.

– Легендарный меч Вечного хранителя Дерека, – торжественно проговорил писатель, глядя на клинок, когда они снова собрались у тела Аркадия.

– Выглядит иначе, – заметил Дедалов. – Мы оставляли в пещере обыкновенный стальной меч, а этот сияет как полированное серебро.

– Такова сила легенды, – сказал Муллагалеев и уже другим тоном добавил: – Едва в ладонь павшего героя вложили его меч, пальцы вдруг сжались на рукояти, раздался судорожный вдох, и герой распахнул глаза.

Кирилл протянул меч писателю, но тот выставил перед собой ладони.

– Нет-нет, я предпочитаю роль нарратора. Попрошу сделать это вас, Кирилл.

Психолог хмыкнул и опустился перед Аркадием. Едва он вложил меч в ладонь Аркадия, пальцы вдруг сжались на рукояти, раздался судорожный вдох, и тот распахнул глаза.

В следующую секунду он откатился от нависших над ним агентов и попытался встать, но согнулся от боли и упал на одно колено. Тем не менее он выставил клинок перед собой, взгляд быстро пробежал по лицам спасителей.

– О, Кирюха! – воскликнул Аркадий. – Настоящий?!

Психолог поднял руку, как будто вступал в контакт с пигмеем дикого племени:

– Да, это я. Мы здесь, чтобы вытащить тебя из комы.

Аркадий словно прислушался к голосу, который слышал лишь он, кивнул и опустил меч. Улыбнулся.

– Точно, ты не плод моего воображения. А остальные? Минуточку…

Он опустил взгляд себе на грудь и увидел дыру, обрамленную запекшейся кровью и торчащими обломками ребер.

– Вот дерьмо! Магистр вырвал мое сердце! – закричал он и добавил, словно убеждая самого себя: – Я жив.

Уже давно что-то тараторил Роджер. Кирилл поправл динамик в ухе. Директор сыпал поздравлениями пополам с распоряжениями. Суть сводилась к тому, чтобы агенты не рассусоливали и скорее завершали операцию.

Кирилл коротко познакомил присутствующих. Оказывается, Аркадий понимал, где находится, и в целом операция все время двигалась в верном направлении. Теперь оставался последний шаг. Все выжидающе посмотрели на Муллагалеева. Писатель порылся в карманах пиджака, в ладони что-то блеснуло, и он извлек на всеобщее обозрение нечто вроде крупного дверного ключа. Кирилл узнал круглую и квадратную спирали на концах. Ключ выглядел древним, золотистая поверхность отливала светло-зеленым.

– Это ключ Эреха Отворяющего, – неторопливо начал писатель. – Его создал в конце Третьей Эпохи великий мастер из народа Кха. Благодаря этой энигме произошли масштабные события, сделавшие этот мир таким, какой он есть. Особенность Ключа в том, что он способен открывать любые двери в любые пространства, ибо в нем заключена сама идея отворения.

– То что надо! – воскликнул Кирилл.

– Получается, все? – спросил Аркадий. – Я могу выйти отсюда?

– Ну… да… – сказал Муллагалеев. В глазах было сомнение, отдавать ключ он не торопился.

– Вас что-то смущает? – насторожился Дедалов.

– Чувствую какую-то неправильность, – пробормотал писатель.

– Ключ может не сработать? – спросил Кирилл.

– Да вроде бы должен…

– Я готов попробовать, – сказал Аркадий, делая шаг вперед. – Можно? – спросил он, протягивая руку.

Писатель медленно, словно готовый передумать в любой момент, вложил бледно-золотой ключ в ладонь.

– Что нужно делать? – спросил Аркадий.

– Дверь в любой точке Психикона. Просто откройте, – сказал писатель и сделал жест рукой, будто отпирал дверь.