Чтение онлайн

Со временем слово м. перестает быть термином и становится культурной метафорой, обозначающей добровольную жертву любовного чувства. Мазохистские мотивы мы находим у А. Блока в "Песне судьбы", в "Мелком бесе" Ф. Сологуба, в поэзии М. Кузмина и у многих русских авторов эпохи Серебряного века.

Сегодня полезно различать три главные смысла этого слова:

П-1 — это теориястроения и функционирования психики человека, разработанная австрийским врачом и ученым Зигмундом Фрейдом в конце XIX в., которую он продолжал совершенствовать до своей кончины в 1939 г.

П-2 — это метод лечения психических заболеваний, преимущественно неврозов, разработанный Фрейдом исходя из этой теории. П-2 в существенно измененном виде широко используется и сегодня.

П-3 — это общий подход к процессам в социуме, культуре и искусстве, выросший на почве П-1, а впоследствии многократно переработанный самим Фрейдом и обогащенный идеями не только его верных последователей, но и учеников — "бунтарей" и оппонентов — таких, как Юнг, Адлер и многие другие.

Главное, чем человечество обязано Фрейду, — это совершенно новые представления о роли бессознательного в нашей психике. Бессознательное — это то, что недоступно осознанию по определению. Это не чувства, оценки или отношения, которые мы сегодня осознаем, а завтра забываем. Мы не можем забыть то, чего не осознали: ведь мы и не подозреваем, что оно существует. А если нечто было осознано, перешло в сознание, то это уже не бессознательное.

Признание роли бессознательного позволило объяснить противоречивость человеческого характера и оценить как вполне закономерное то, что мы можем одновременно любить и ненавидеть, уважать и презирать одного и того же человека, быть способным на ответственный поступок и одновременно проявлять недопустимую небрежность. Конечно, не Фрейд первым это увидел и даже не первым описал — этим человечество обязано искусству слова. Несомненно, однако, что именно Фрейд первым научно объяснилприроду внутренних конфликтов. (На уровне безусловной художественной убедительности до Фрейда это сделал Достоевский.)

К своей теории Фрейд пришел, осмысляя собственный клинический опыт врача–невропатолога. Его пациентами были большей частью женщины, страдавшие неврозами. В 90–е годы XIX в. в Европе еще господствовали так называемые "викторианские" нравы, в рамках которых "порядочная" женщина должна была жить, не подозревая о нормальной сексуальности. Естественные желания и влечения и, в частности, интерес к противоположному полу как у мальчиков, так и у девочек пробуждаются в раннем детстве и намного опережают физиологическое половое созревание. Тем не менее подобные желания считались стыдными. Но никто не может гармонично существовать, уличая самого себя в "безнравственных" влечениях, сознавая себя "грязным", "виноватым": в результате такого внутреннего конфликта он заболевает.

Пытаясь понять своих пациентов, Фрейд убедился в том, что источник неврозов — недопускаемые в сознание (в терминах Фрейда — "вытесненные") стремления и чувства, основанные на сексуальном желании (Фрейд назвал его либидо), и порождаемые ими неразрешимые конфликты. Вот почему в более ранних версиях П-1 такое место занимают именно сексуальные проблемы. Зрелый Фрейд расширил понятие либидо, трактуя его как присущее любому человеку стремление к максимальной самореализации, к полноте жизни. Либидо стало синонимом влечения к жизни, средоточием психической энергии как таковой.

Модель психики мыслилась Фрейдом как трехсоставная: это "Я" (лат. Ego), "Оно" (лат. Id) и "Сверх–Я" (лат. Super–ego). "Я" воплощает установку на ответственную деятельность; "Оно" — это подсознание, аккумулирующее влечения к разного рода "запретным плодам" (см. "Яи Оно"). "Super–ego" — это своего рода "сверхсознание", цензура, осуществляющая функции контроля над "Я".

По Фрейду, решающим для формирования психики человека является период раннего детства, когда мир ребенка сводится к его взаимодействию с матерью — ее грудь дает еду и тепло, ее глаза — ласку, ее объятия — защиту. Будучи отдельным физическим объектом, ребенок как бы слит с матерью, бессознательно стремясь оставаться под ее крылом и не желая делить ее любовь с другими. Когда в поле внимания ребенка попадает отец и пара ребенок–мать превращается в треугольник, то, согласно Фрейду, ребенок испытывает бессознательное нежелание уступить мать этому "другому", роль которого в семье неочевидна. Отсюда та исходная негативная установка по отношению к отцу, которая у Фрейда получила название "Эдипов комплекс"(см.).

Особая роль, которая в теории Фрейда придана периоду самого раннего детства, его исследования разных стадий и специфических проявлений детской сексуальности (сосание большого пальца и проч.) способствовали углубленному изучению взаимодействия мать–ребенок в период доречевого развития ребенка. Сложное переплетение притяжений и отталкиваний между членами семьи — дитя и мать, мать и сын, отец и дочь, ревность мальчика к отцу, особый характер отношений между дочерью и отцом — этот круг проблем впервые с большой трезвостью был разработан именно Фрейдом.

На основе клинического опыта Фрейд заключил, что чем обширнее массив вытесненного, тем острее неразрешимый внутренний конфликт, приводящий к душевному надлому, неврозу. Из этих предпосылок и вырос П-2 как метод лечения, как терапия. П. как метод лечения основан на выявлении вытесненного и бессознательного с целью перевода его в сферу сознания. П-2 строится как особого вида диалог между врачом и больным. Наиболее ценным источником сведений о бессознательном Фрейд считал, во–первых, самые ранние детские впечатления и, во–вторых, сновидения.

Часто отрывок из рассказанного сна использовался Фрейдом в качестве отправной точки для порождения свободных ассоциаций — пациент должен был высказывать, не выбирая и не размышляя, все слова, которые пришли ему в голову. Проще всего было делать это, лежа в расслабленной позе на кушетке, отсюда — "психоаналитическая кушетка" как символ П-2.

Безусловное требование Фрейда к будущим практикующим психоаналитикам состояло в том, чтобы каждый из них сам прошел анализ у более опытного коллеги. Эта установка становится понятной, если учесть, что основная задача врача–психоаналитика состоит в интерпретации высказываний больного как символизирующих стоящие за ним бессознательные конфликты. Ясно, что научиться этому можно только пройдя самому этот путь до конца.

Трудно указать тот момент времени, когда п. перестал быть ограничен стенами клиники и стал явлением культуры. Несомненно, однако, что начиная с 10–х гг. XX в. учение Фрейда приобрело функции объясняющего механизма исключительной силы, а имя Фрейда стало в один ряд с именами Маркса и Ницше как культуротворческих фигур, стоявших у истоков мировоззрения XX в.

Карл Густав Юнг, начинавший как ученик Фрейда и практикующий психоаналитик, в противовес Фрейду создал теорию "коллективного бессознательного". По замыслу Юнга, эта теория должна была объяснять социальные феномены — мифы, психологию религий, истоки искусства, закономерности социальных взаимодействий.