Чтение онлайн

— Прошу вас, можно мне воспользоваться вашим телефоном? И можно заглянуть сначала в телефонный справочник?

Он больше не был доброжелательным педагогом, который освещает путь, делясь знаниями. Брови его насупились, и губы недовольно поджались.

— Нет, боюсь, нельзя. Ни того, ни другого. Я не могу допустить, чтобы подобного рода вещи происходили в моем доме. Между прочим, в это время самый высокий тариф для телефонных разговоров. Ты представляешь, сколько будет стоить звонок в Лондон в одиннадцать часов утра?

— Я заплачу.

— Нет, извини. Дело не только в деньгах. Нам с миссис Сперделл не хотелось бы оказаться замешанными в подобной истории. Извини, но нет, решительно нет.

Лиза коротко кивнула и немедленно снова включила пылесос. Когда спальни были убраны, она вернулась в кабинет и обнаружила, что мистер Сперделл ушел. Она поспешно отыскала в телефонном справочнике Министерство внутренних

дел. В списке было несколько номеров. Лиза переписала три, зная, что отделы иммиграции, гражданства и телекоммуникаций ей не нужны.

В доме все блестело чистотой, ее время закончилось. Извлечь двенадцать фунтов у миссис Сперделл оказалось тяжелее обычного, последний фунт поступил в виде кучи пятнадцатипенсовых монеток. Лиза поблагодарила ее и сказала, что уезжает, она больше не придет. Миссис Сперделл не могла поверить своим ушам. Когда же ее убедили, она риторически спросила, как, по мнению Лизы, она теперь управится с Рождеством. Лиза молча положила деньги в карман и надела пальто.

— Я думаю, что ты очень неблагодарная, — заявила миссис Сперделл, — и очень глупая, ты не понимаешь, как трудно найти работу.

Она принялась громко звать мужа, призывая его спуститься вниз и задержать Лизу. Лиза вышла из парадной двери и захлопнула ее за собой. Идя по Аспен-Клоуз, она каждую минуту ожидала, что ей придется бежать, потому что один из супругов бросится за ней вдогонку, но ничего подобного не случилось. Если бы в «Голове герцога» дежурил ее поклонник-администратор, она попросила бы у него разрешения воспользоваться телефоном, но в отделе регистрации сидела женщина. Пока она занималась компьютером, Лиза поднялась наверх и приняла ванну.

Не дожидаясь Шона, Лиза вернулась домой на автобусе. Когда она поднялась наверх и устроилась на переднем сиденье, ей пришла в голову мысль, что для шестилетней — как молочник с умственным развитием ребенка? — она управилась с делами не так плохо. Значит, она проявила находчивость? Она раздобыла снотворное, узнала, как найти свою мать, даже достала номер телефона, получила окончательный расчет, приняла ванну и, не имея полотенца, вытерлась занавесками ванной комнаты отеля.

Сумела бы она управиться лучше, если бы выросла на лондонской улице и училась бы в школе-интернате?

Шон закончил дела в супермаркете. Он распаковал последнюю коробку с кукурузными хлопьями и достал последнюю банку помидоров. Все еще несколько настороженно, но уже не сердясь, Шон рассказал, как управляющий пожал ему руку и пожелал всего хорошего.

— Кто-нибудь знает обо мне? — спросила его Лиза. — Я имею в виду, люди на твоей работе? Они знают, что у тебя есть подружка, которая живет с тобой, и что это я, и все такое?

— Нет, не знают. Я храню свои личные дела при себе. Насколько им известно, я живу один.

— Ты поедешь в Шотландию на машине?

— Конечно, на машине. А что ты предлагаешь? Билеты в первом классе поезда и остановку в пути в роскошном отеле? Тебе придется научиться обращению с деньгами, любимая.

Его раздражал новый закон, по которому автоприцепы разрешалось ставить только там, где давал разрешение владелец земли. Чем быстрее они уедут, тем лучше. Будет ли закон в Шотландии отличаться от этого? Он слышал, что иногда так и бывает. Лиза знала об этом законе больше, чем Шон, она прочитала в газете мистера Сперделла. Например, она знала, что если автоприцеп удаляли с земельного участка, не подыскав для него другой стоянки, местные власти обязаны были предоставить обитателям жилье. Это мог быть не настоящий дом или квартира, а только комната, даже комната в гостинице, но это было бы какое-то жилье. Лиза не стала говорить ничего этого Шону, рискуя услышать насмешку — что она слишком умничает и много на себя берет.

Все время, пока они жили в автоприцепе, Лиза содержала его в образцовом порядке. Аккуратность была чертой ее характера, к этому приучила ее Ив, и Лиза не могла оставить свой дом грязным, как не могла перестать мыться. Несмотря на все ее усилия, прицеп выглядел убого, все в нем было обшарпанным, изношенным, исцарапанным, потертым, со щербинами, с отбитыми краями, поломанным, треснутым и кустарно починенным. Но сторожка тоже была обшарпанной. Хотела ли она жить в доме вроде того «монстра», которое подыскал Бруно, или в доме семейства Сперделл, она, чей вкус был отравлен Шроувом?

Автоприцеп и машина — дом и средство передвижения. Сними можно было бы выжить, можно было бы мечтать о будущем. Лиза внимательно наблюдала за Шоном. Ив приучила ее не только к спартанской жизни.

Никто не знал, где находится Бруно, и никому не было до этого дела, кроме агента по продаже недвижимости, от которого легко отделались. У Тревора Хьюза была жена, с которой он поссорился, которая была бы рада его возвращению. Никто не знал, что Шон живет не один. Ее существование, ее присутствие в его жизни, все это он держал в секрете. Супермаркет он бросил, с этой стороны все в порядке — несомненно, о нем уже забыли.

В Глазго его ожидают, он должен прибыть на курсы в понедельник. Если же он не приедет, они не станут поднимать тревогу в полиции, но решат, что он изменил свое намерение. Лиза совсем не знала жизни, но приобретенный ею опыт был особого свойства. Немногие могли бы похвастаться подобной жизненной историей. Лиза знала из опыта, по тому, как разыскивали Тревора Хьюза и Бруно Драммонда, что полиция работает спустя рукава, не отыскивая людей, пропавших при особых обстоятельствах. В данном случае непохоже, что о человеке, не явившемся на занятия, станут даже заявлять как о пропавшем без вести.