Чтение онлайн

Проша вошел в комнату, больше похожую на офисный кабинет. В ней стоял большой диван для гостей, четыре стула, стол и шкаф, в котором вместо деловых бумаг стояли бутылки с горячительными напитками.

Бокан достал четыре стакана. Подумал немного и достал пятый. Для Коляна. Гоша сидел на диване, а перед ним лежали на полу два брезентовых мешка. И Гоша задумчивым взглядом смотрел на них. Потом вдруг сказал Бокану:

– Слушай, Толян, мне вот какая мысль пришла. Может, нам не отдавать эти деньги заказчику? Миллион нам мало. Возьмем все. И слиняем за границу.

Бокан достал из шкафа литровую бутылку «Посольской». Разлил водку, но не в пять стаканов, а в четыре. Стакан, предназначенный для Коляна, оставался пустым. Бокан исподлобья взглянул на приунывшего Гошу и улыбнулся.

– А кто тебе сказал, что мы отдадим деньги. Хрен два, он с нас чего получит.

Проша с Гуськом переглянулись.

– Как? – спросил Проша. А Гусек сказал:

– Такие «бабки». Думаю, он будет не восторге от нашей помощи.

Бокан поднял свой стакан, подержал, потом выпил. Из закуски на столе оказались только соленые огурцы, один из которых попал Бокану в рот.

– Я вот о чем подумал, парни, – хрустя огурчиком, заговорил Бокан, – Пора нам этого заказчика… – он взял пустую бутылку и положил ее, показывая всем, как надо поступить с заказчиком. Эта мысль вызвала всеобщее одобрение. Сделали они охранников с бабой, и почему бы не сделать заказчика.

Бокан, Проша и Гусек уселись на диван. После всего пережитого, хотелось как следует расслабиться. Напиться до чертиков. Теперь они сказочно богаты. У них есть много денег. И в голове у каждого стали рисоваться замысловатые планы по поводу своей дальнейшей жизни. Все они детдомовцы. Что они хорошего видели в жизни. О чем могли мечтать. Теперь у них будет все.

– Гошка, иди, махни сто грамм с нами. За успех, – предложил Бокан.

Но Гоша достал из кармана перочинный нож, и раскрыв его стал ковырять металлические застежки лежащего перед ним мешка набитого деньгами. А когда раскрыл мешок, все услышали его голос. Растерянный. Полный разочарования и одновременно недоумения.

– Бумага, – почти шепотом произнес Гоша. Но все трое его услышали.

– Что? – Бокан подскочил на диване. Гусек сполз на пол. И только один Проша точно окаменел. Рука потянулась за стаканом водки, да так и застыла.

Бокан наклонился, сунул руки в мешок, не веря своим глазам, стал доставать из него аккуратно сложенные по размерам банковских купюр, пачки нарезанной бумаги. Потом, поняв, сколько долго по времени займет это доставание, схватил мешок и вытряхнул из него на пол все содержимое. С минуту в подвальной комнате была гробовая тишина, во время которой было слышно, как где-то не далеко из трубы капает вода.

Тем временем Гоша не стал возиться с застежками второго мешка. С размаху всадил остро отточенное лезвие перочинного ножа в боковину второго мешка. Все молча следили за тем, как нож вспарывает брезент. Каждого сейчас волновала одна и та же мысль, что же во втором мешке? Если там окажутся доллары, то им вполне хватит и одного мешка. Но когда из вспоротого мешка посыпались на пол точно такие же пачки нарезанной бумаги, Бокан не устоял на ногах. Рухнул на диван. Гусек ползал на коленях, подносил надорванные пачки к лицу, словно ожидал чуда, что стоит ему вглядеться в них получше и они превратятся в доллары. И видя, что такого превращения не происходит, он не вставая с пола, отупело уставился на Бокана.

– Это, по-твоему, деньги? – крикнул Гусек, бросив несколько пачек Бокану прямо в лицо. – Из-за этой бумаги мы положили столько людей. Это ты нас подпряг под это дело. Слушай, Бокан, а может, ты в сговоре с заказчиком?

Бокан растерянно улыбнулся. Похоже, сейчас он и сам не понимал всего того, что произошло. Хотел что-то сказать в свое оправдание, но вдруг Гоша поднял руку.

– Ребята, запах бензина?! – проговорил он, тут же прислушиваясь к чему-то.

– Какой бензин? Откуда? Вот еще один идиот, – истерически заржал Гусек.

– Пахнет бензином. Это не вода капает. Это бензин, – сказал Гоша, и первым ломанулся по коридору к двери, увидел на полу большую лужу, растекшуюся едва ли не по всему коридору. Из-под двери в подвал втекал бензиновый ручеек, сбегал по ступенькам и уже в коридоре растекался по всему полу.

– Кто-то налил нам под дверь бензин, – крикнул Гоша.

Бокан с Прошей топтались позади, наступая ботинками в бензиновую лужу. Поднимали ноги. Принюхивались, еще больше не понимая сути происходящего. Все до них дошло, когда Гоша подскочил к двери и отодвинул задвижку. Толкнул дверь, но она не открылась. Она оказалась запертой снаружи. И сколько он ее не толкал, дверь не открывалась.

– Ты чего возишься, долбак! Открывай! – заорал на Гошу Бокан.

Гоша обернулся. И все увидели его смертельно белое лицо.

– Ребята, нас кто-то запер.

Бокан с разбегу, при этом оттолкнув Гошу к стене, ударил в дверь плечом.

– Открой, сука! Кто там? Башку оторву, – закричал он. Слышал, по ту сторону двери кто-то стоит.

– Слышь, братан, открой, не шути, – поддержал Бокана, Гоша. – Открой, а?

– Убью, сучара! – захрипел Бокан, со всей силы колотя ногами по металлической двери.

– Слышь, Бокан, надо уходить, – подозревая самое нехорошее, предложил Гоша. Предложил сгоряча, и Бокан рассмеялся на его предложение.

– Куда уходить? Из этого проклятого подвала есть только один выход, – Бокан кивнул на дверь. – Вот эта дверь. Разве ты забыл?

– Нас подставили! – закричал Гусек. – С деньгами… А теперь дверь… Как ты думаешь, Бокан, кто подставил? Ответь нам.

– Отвали, Гусь. Если кто и подставил, то уж точно не я. Я-то тут с вами.

Проша схватил Гуська за горло, толкнул к стене.

– Чего пристал к Бокану? Сейчас надо думать, как выбраться отсюда. А за подставу потом разберемся, – несколько с хрипотцой, произнес Проша.

Положение было осложнено тем, что когда-то они сами отгородили часть подвала, выложив кирпичную стенку. И в их распоряжении находилось два отсека, в одном из которых располагался тренажерный зал, а в другом комната, где можно было отдохнуть после занятий спортом и заняться девочками.

– Мы можем выбраться отсюда, только через эту дверь, – в приступе злобы прокричал Бокан, в очередной раз, врезав ногой по железной двери. С внутренней стороны дверь была обшита досками, поэтому удары не создавали большого шума, и явно, кто жил в этой общаге, не слышали их.