Пургаторио
Шрифт:
Весь следующий день я только и делал, что подгонял время.
И, едва работа закончилась, набрал номер телефона Марины, который она мне продиктовала накануне. Созваниваться мы не договаривались, но мной руководил страх, что она не придет. А я так ждал встречи с ней… Ну, может, не с ней самой, а с её лёгкой, непринуждённой манерой общения, не знаю…
– Да-да, я иду, я уже почти у площади Испании! – ответила Марина. – До скорого!
Вчера, когда ей стало зябко, я набросил на её плечи свой херсей, и она два-три раза меня за это поблагодарила, повторив новое для себя слово «херсей», чтобы запомнить. Сегодня я прихватил херсей снова.
Стоя у фонтана, я издалека увидел поднятую над толпой руку спешащей Марины. Она будто успокаивала меня, потому что часы показывали пять минут девятого.
– Привет! Знаешь, что я подумал? Ты не уезжай, а то не увидишь в субботу важный матч футбольной лиги. Он будет здесь, в Мадриде!
– Да что ты! – обрадовалась Марина, будто была фанаткой футбола. Она просто всему радовалась, как ребёнок.
– А кто с кем играет?
– Итальянцы с немцами.
– Это о-очень интересно! Но – не знаю. Подумаю. Мне нужно книгу заканчивать, где-то уединиться в спокойном месте, понимаешь? Мадрид для этого не подходит…
Мы шли по оживлённой улице Алкала. Интенсивная вечерняя жизнь Мадрида говорила сама за себя: разноязыкой толпой, движением транспорта, шумом улицы. И я предложил:
– Если тебе нужен покой, то ты найдёшь его в моем доме. Всего двадцать пять минут от площади Испания – и ты в тишине и уединении. Пиши целый день, я ведь на работе…
– Спасибо, Исидоро, но… мы друг друга второй раз видим…
– Да. Однако… мне кажется, что я знаю тебя с детства.
– Твоя манера общения мне тоже очень близка, но скорее всего я не приму твоего предложения. Спасибо. – Отказалась Марина твердо.
Конец ознакомительного фрагмента.