Чтение онлайн

— К счастью, нам положена приличная страховка, — добавил отец. — У нас с матерью все будет хорошо. Самое главное, милая, это твоя безопасность.

— Как только понадобятся деньги — сразу же дай нам знать, — сказала мать. — И позаботься о том, чтобы этот ужасный человек никогда не узнал, куда ты переезжаешь, — это крайне важно.

— Делаю для этого все возможное, — ответила Рэд.

— Согласен с твоей матерью, — сказал отец.

Никто из них не обратил внимания на небольшой минивэн, припаркованный на некотором отдалении на противоположной стороне улицы.

Воскресенье, 3 ноября

— Придурки, — сказал Брайс Лорен, сидя в небольшом фургончике на продуваемом ветрами приморском бульваре и слушая разговор. Он смотрел на элегантное здание эпохи Регентства, которое в те времена, вне всякого сомнения, служило домом для одной семьи с помещениями для прислуги, а теперь было поделено на квартиры.

Такие легко горят. Современные спроектированы так, что пожар можно локализовать. Их невозможно уничтожить. Эти, старые, совсем другое дело.

Он отыскал его в Интернете: квартира, которую покупала Рэд, располагалась на последнем этаже. Он видел, как они вышли на террасу, как любовались видом. Оттуда, должно быть, действительно открывается чудесный вид.

Очень жаль, что у тебя не будет шанса насладиться им!

За спиной, в задней части минивэна, на полу лежали новый матрас и стеганые одеяла. Были здесь и кое-какие специальные средства ограничительного действия, а еще инвентарь, с помощью которого он мог бы причинить Рэд ту боль, которую она, безусловно, заслуживала. Клещи. Бритвы. Небольшая сварочная горелка. Моток струнной проволоки. Электрошокер. Капюшон. И несколько масок из магазина приколов — уже для него.

Боги справедливости определенно улыбались ему сегодня. У парадной двери стоял рекламный щит агентства недвижимости «Фокс и сыновья». Надпись на нем гласила: «Продается квартира на первом этаже».

Он набрал номер и поинтересовался, когда можно посмотреть квартиру на первом этаже жилого дома в Ройял-Риджент.

— Когда вам будет угодно, сэр. Это выморочная собственность, поэтому мы имеем доступ туда в любое время суток.

Он поблагодарил риелторшу и назначил ей встречу на два часа дня.

До чего же хорошие новости!

И не менее хорошей новостью было то, что Рэд и ее родителям так понравилась квартира на верхнем этаже.

Огорчало лишь одно: отсутствие у него жилья прямо сейчас.

В «Земляничных полянах» ему нравилось. Там ему никто не докучал. Завтрак доставляли по утрам прямо к двери. Там он мог проживать анонимно сколько угодно и уже внес плату за две недели вперед. Но этим утром он увидел на экране телевизоре свою фотографию. Крупный темнокожий детектив назвал его опасным человеком. Предупредил горожан, чтобы не приближались к нему.

Ко мне?

Да я душка.

Пока не в гневе. А сейчас я в гневе. И вам бы уж лучше в это поверить.

Но теперь напряжение вроде как спало. Они арестовали Мэтта Уэйнрайта. Хорошо, да?

Вот только та девчонка на ресепшене была не слишком любезна. Парочку раз она его видела. Как знать, вдруг позвонит в полицию? Так рисковать нельзя, поэтому, как ни печально, туда он уже не вернется. Придется сегодня спать в фургоне. Зато уже завтра начнется забава!

Он резко выпрямился. Рэд и ее родители выходили из здания. Отправляются в «Гранд-отель» на воскресный ланч. Прекрасное место! Однозначно — за.

Брайс даже не стал заморачиваться и следовать за их «хондой» — просто слушал. Как их встречают в ресторане, проводят к столу.

— Ну что, пропустим по рюмочке? — предложил идиот папаша.

Родители заказали джин с тоником, Рэд — «совиньон блан».

Потом они долго и придирчиво вычитывали меню. Глупая мамаша и придурковатый папаша заказали воскресное жаркое. Рэд остановила свой выбор на запеченном окуне.

А, полезная пища. Хорошая девочка! Узнаю мою Рэд. Будь здорова, ангел мой! Ты нужна мне здоровой, чтобы вынести то, что я тебе уготовил. Не хотелось бы думать, что ты умрешь прежде, чем я с тобой это проделаю. Честное слово! Тебе предстоят большие страдания. Твоими последними словами на земле будут: «Мне так жаль, Брайс, я на самом деле тебя люблю. И буду любить всегда». Обещаю: именно так ты и скажешь. Перед тем как испустить дух. Скажешь как миленькая.

А потом я тебя отпущу. Я ведь человек слова.

Воскресенье, 3 ноября

— Должна заранее предупредить, состояние не самое лучшее, — с едва уловимым французским акцентом сказала риелторша, отпирая входную дверь многоквартирного дома Ройял-Риджент. Ее огромной связке ключей позавидовал бы и иной тюремщик. Свободной рукой она держала папку с документами.

Элегантная женщина лет сорока пяти, с роскошными блондинистыми волосами, в модном темно-синем пальто с латунными пуговицами и дорогой на вид сумочкой. Она назвала свое имя, но он уже забыл. Софи? Сандрин? Сьюзи? Вообще-то ему было все равно, но вот собственная забывчивость не нравилась. Обычно он хорошо запоминал имена. Слишком рассеян, подумал Брайс, слишком на взводе. Нужно успокоиться и собраться.

— Как я уже говорила, это выморочный объект, мистер Миллет. Семья пару лет оспаривала оценочную стоимость, поэтому мы здесь ни к чему и не прикасались — и, боюсь, на момент смерти владельца квартира находилась в довольно-таки запущенном состоянии.

— Не важно, — сказал Брайс Лорен, почесывая через бороду подбородок. — Я ищу реставрационный проект.

— Тогда, думаю, вам подойдет. Проводка здесь определенно представляет опасность для жизни. Да и водопровод довольно-таки старый.

Слова об опасной для жизни проводке прозвучали в его ушах музыкой.