Чтение онлайн

Большая часть каналов полнилась быстро текущими жидкостями, которые с громовым ревом преодолевали край галереи. Однако некоторые из них были либо совершенно сухими, либо несли столь медлительные потоки, что они сочились слабыми ручейками. В один из таких и спустились Иллитиан с Харбиром, где обнаружили основную массу замаскированных воинов и небольшую группу неприметно выглядящих агентов. Архонт пошел поговорить с ними, в то время как Харбир рискнул заглянуть за край.

Канал водостока уходил вниз под сорокапятиградусным углом, его прямые бортики смыкались в едва различимую точку где-то внизу, во тьме. Слева и справа от него шли заполненные каналы, и их содержимое с беспрестанным грохотом выплескивалось через край, порождая облака тумана. Харбир подумал, что лучше бы этот пар состоял из капель воды, но ему в это не верилось.

Тонкая, черная, прямая, словно начерченная по линейке, линия троса тянулась над каналом на высоте его головы и исчезала из вида вдали. Он был прикреплен к одной из менее ветхих балок моста чуть выше, где Иллитиан отдавал приказы воинам. Харбир подавил желание прикоснуться к тросу. Он наверняка состоял из заплетенного в косицу моноволокна — легкий, невероятно прочный, но готовый изрезать в куски все, что к ней прикоснется без надлежащей защиты.

Иллитиан вернулся и протянул Харбиру хомут из черного металла. Он понял, что это фрикционный тормоз. Они все собираются соскользнуть по этому тросу в средоточие того, что находилось под водостоками — что бы там ни было. Его смятение, видимо, было очевидно, потому что Иллитиан улыбнулся.

— Не надо так тревожиться, Беллатонис, — сказал архонт. — Ты будешь спускаться не первым. У меня есть надежная информация, что там есть вход в лабиринт Черного Схождения, едва ли в ста шагах от того места, где мы остановимся.

— Я полагаю, вы будете двигаться впереди меня, если это так безопасно и так далее, — запальчиво ответил Харбир. Иллитиан только улыбнулся в ответ.

+Есть еще одна вещь, о которой я должна тебе рассказать,+ прошептала Анжевер, когда Харбир как следует прицепился к тросу и оттолкнулся. Первичное ускорение было ошеломительным. Он крепко сжимал тормозной хомут, скользя вниз, над его головой шипела острая как бритва веревка. Сейчас он вовсе не нуждался в бесконечной мрачной болтовне старой колдуньи.

+Черное Схождение почувствует присутствие Беллатониса, то есть тебя, в тот же миг, как ты ступишь в их лабиринт. Они сделают все возможное, чтобы отыскать и убить тебя, это будет их первый приоритет. Я уверена, что они бы хотели скорее взять тебя в плен, но подозреваю, что так будет прагматичнее. Так что постарайся быть начеку.+

Яростную ругань Харбира поглотил громовой шум потоков.

Асдрубаэль Вект вернулся в свой наблюдательный зал на вершине Центрального пика. К его немалому отвращению, за время его отсутствия абсолютно черные кристаллы заметно прибавились в числе. Дошло до того, что он уже почти не мог разглядеть нижний город. Вект зарычал от раздражения, расхаживая туда-сюда меж потемневших кристаллов.

— Даже Шут знал: что-то происходит, — сообщил он единственному существу, которое можно было увидеть в зале, помимо него. — Я тоже это понимал, конечно, но на общем фоне это казалось такой мелочью. Всего лишь недоработка, которую следовало потом подчистить, не более того, — он остановился и с горечью помотал головой. — Моя ошибка, но не фатальная. Пока еще нет.

Пустая попытка убедить самого себя эхом отозвалась у него в ушах. Шут был прав: в Нижней Комморре определенно зарождалось нечто, что источало адское зловоние демонического вмешательства. Вект выплюнул несколько пламенных проклятий в общий адрес неизъяснимых махинаций Хаоса, прилагая все усилия, чтобы мысленно разобраться с этой головоломкой. Самое досадное, что в настоящий момент он мало что мог сделать для решения этой проблемы.

Вект усилием воли заставил себя снова расположиться на троне и мысленно разложить на части сложную систему взаимосвязанных элементов, которые уже были приведены в действие. Нет, основная часть кабала Черного Сердца уже была полностью задействована на обороне Центрального пика и покорении Горы Скорби. Все его доверенные архонты занимались назначенными делами или же готовились вскоре к ним приступить. Вект уже оказал все возможное влияние на орбиты, которыми двигались события, и теперь он должен был дождаться исхода хотя бы некоторых из них, прежде чем сделать следующий шаг.

— Я ненавижу чувство беспомощности, которое порой возникает, когда приходится выжидать, — поделился он со своим безмолвным компаньоном, — но с течением веков я начал понимать, что ожидание — это важная, и даже неизбежная часть роли верховного властелина. Все маневры и стратагемы приносят плоды лишь через какое-то время, и попытки торопить их обычно чреваты катастрофой. Даже имея доступ ко всей мощи Комморры, я все равно не могу заставить время течь быстрее или медленнее, чем ему положено.

Он посмотрел вниз, на серокожую медузу, сидящую на корточках перед его троном, и подтолкнул ее ногой.

— Я думаю, ты согласишься, что в этом отношении я говорю, опираясь на опыт.

Медуза сохраняла молчание, по ее стальному визору ничего нельзя было прочесть. Гроздья мозгоплодов, покрывающие ее голову и спину, тихо пульсировали — спелые и насыщенные воспоминаниями, собранными у окружающих. Вект неприятно усмехнулся, протянул руку и сорвал пригоршню мягких мясистых наростов. Он мог, по крайней мере, провести время с пользой, наблюдая развернувшиеся события.

Один укус, и он заново испытал момент, когда Валоссиан Ситрак покинул зиккурат, чтобы возглавить войска на Алзос’Кверион-Ва. Он увидел, как арлекин Пестрый бледнел при виде того, какими методами тот пользовался, и в конце концов добился того, что Калека его выкинул. С одной стороны, это воспоминание вызвало у Векта легкую усмешку, как у хозяина, наблюдающего за питомцем, который точно воспроизводит его повадки. С другой стороны, на его языке остался густой желчный привкус досады. К тому времени, как на зиккурат прибыл гонец с приказами выслать арлекина и медузу обратно на Центральный пик, маленький Шут уже улетел.

Еще один укус, и он пережил последние мгновения жизни какого-то повстанца. Глупец в отчаянии глядел в темные бушующие небеса, извергающие стаи черных острокрылых машин. Эта демонстрация грубой мощи внушала благоговейный страх. Земля затряслась, по полю боя промчались вспышки белого огня и поглотили и повстанца, и его заблудших товарищей, а их предсмертные вопли заглушил грохот накрывшей их ковровой бомбардировки.

Вект выбрал еще один плод. Тот перенес его к Аурелии Малис, когда та отделилась от колонн армии Черного Сердца, покидающей Центральный пик. Переливчато-зеленые корабли ее кабала Ядовитого Языка, снижаясь по спирали, лениво уплыли прочь, ничем не давая знать, каков их пункт назначения. Вект, разумеется, знал, куда она направилась — он лично отдал ей приказы. И все же это о многом говорило — то, как тщательно она позаботилась о собственной безопасности, прежде чем отправиться их выполнять. Группа, которую взяла с собой Малис, была относительно мала — она пошла на компромисс между скоростью, силой и скрытностью — но на задворках ее разума постоянно таилось сомнение, недостаточно ли она взяла воинов или же слишком много.