Чтение онлайн

– Убедил. – коротко ответил Тан, - бей по своему разумению. Один зонд навести на линкор, второй на «Даллас».

– «Потрясатель» дал тягу. – забубнил тактик, - Ускорение два десятых, полное. Пятнадцать минут до нуля относительной, удаление 6250.

– Оружейная, огонь вести до двух мегаметров, потом остываем.

– Да, капитан. – артиллерист поднял вверх большой палец. – Задействованы орудия два и три.

– Инженерная, статус первого? – спросил Тан.

Ответа Виктор не услышал, стармех доложил на личном канале капитана, но судя по лицу Тана, носовой гауссовки у них больше не было.

Мало, слишком мало! На угловатом носу линкора вспыхивали и гасли яркие крапинки. Три, одна, четыре, снова одна. Орудия правого борта стреляли по очереди, через каждые пять секунд, что требовались на перезарядку конденсаторов. Полминуты максимальной скорострельности, потом накопители разрядятся, и питание пойдет непосредственно от плазменного потока в реакторе. С учетом одной выбитой и двух незадействованных, выходило где то по пять очередей в минуту на ствол. А ведь с каждой секундой «Потрясатель» удаляется почти на пять километров!

– Оружейная, что с кучностью третьего орудия?

– Что-то с тонкой механикой приводов наведения. – беспомощно пожал плечами артиллерист.

Капитан зло выругался.

– Пилот, вращение по оси на сто восемьдесят. Задействуем четвертое и пятое. Инженерная, у вас полчаса на разобраться с третьим!

Виктор заранее покрепче ухватился за подлокотники. Опять чертово вращение, как будто ему мало головокружения от сотрясения мозга.

Карцев подгадал вращение к очередной перезарядке, уложившись в рекордные шестнадцать секунд. За которые «Потрясатель» удалился на очередные восемь десятков километров. Точнее на 77, ведь он тормозил на полной тяге, все больше и больше сбрасывая скорость.

Три, три, две, четыре. Кучность выровнялась, но с каждым разом все меньше снарядов из очереди находили свою цель. Линкор удалялся, выходя из зоны поражения.

Виктор напряженно косился на датчик температуры. Разогнанный на полную реактор грелся сильнее, чем радиаторы успевали рассеивать тепло. Уже сейчас температура хладагента вплотную подошла к красной черте.

– Дистанция два мегаметра!

– Оружейная, дробь стрельбу! Реакторная, основной на минимум! Тактик, доклад.

– Шестьдесят семь подтвержденных попаданий. Визуально повреждений не обнаружено, косвенно, возможно повреждение ствола верхней башни. Постанализ подтвердил попадание у основания рельсы. Кроме того, было два попадания в правую, но броню башни высокоскоростным не пробить. Возможны повреждения от сотрясений.

– Принял, – не стал развивать тему Тан. Всем и так было понятно, что из гауссовок линкор можно разве что поцарапать. Одна надежда, на «золотое попадание», или на множество прилетов, сносящих все, что торчит поверх броневой коробки.

На этот раз по прогнозам, он решил подойти ближе, километров на 700, видимо рассчитывая достать их в щель между рудовозами. Рискованно, так он мог поразить гражданских, но другого шанса Виктор для него не видел. Сколько раз еще «Потрясатель» сможет повторять свои заходы до критического исчерпания рабочего тела? Раз пять, или шесть? Виктор не помнил максимальную дельту линкора, но сомневался, что ее хватит на большее.

Пристегнувшись, и снова подключившись к корабельной системе жизнеобеспечения, Виктор вернулся к просмотру самого страшного и увлекательного кино в его жизни.

– Реакторная, основной на полную мощность, весь поток на перезарядку накопителей. Оружейная, огонь высокоскоростными с дистанции два мегаметра!

– Да капитан! – напряженно отозвался Туань – Двадцать секунд до открытия огня.

– Капитан! – заорал тактик. – «Венера»!

Сначала Виктор не понял, а потом увидел.

В обрамлении разлетающихся контейнеров, «Венера» медленно складывалась пополам.

– Пилот, уводи нас! – голосом капитана можно было резать сталь.

Виктора снова потянуло вбок, Карцев уходил на маневровых, стремясь уменьшить скорость столкновения.

– Столкновение неизбежно!

– Приготовиться к удару. – совершенно безэмоционально скомандовал Тан.

За оставшееся мгновение в наушниках успела взвыть сирена.

Виктора ощутимо мотнуло в кресле, через кресло донесся протяжный мучительный стон изгибающихся шпангоутов. И все прекратилось.

– Доклад о повреждениях!
– сухо поинтересовался Тан.

Ответа снова никто не услышал, но на схеме корабля, Виктор заметил здоровенное желто-красное пятно по «верху» корабля. Случайно, или намеренно, Карцев успел развернуть корвет, оберегая башни гауссовок.

«Венера» агонизировала, развалившаяся на три неровных куска, растеряв сорвавшиеся с креплений контейнеры, судно не подавало признаков жизни. Обломки разлетались все дальше, открывая «Гуан Ши» следующему залпу линкора.

– Сообщение с «Потрясателя». – доложилкто то в БИЦ. – Следующий «Гуаньчжоу». Конец сообщения.

Тан болезненно сморщился.

– Реакторная, полная мощность потока на маршевый, запускайте турбины. Пилот, курс на перехват. Сообщение на «Гуаньчжоу», пусть снимают выживших.

Виктора сначала прижало к креслу, затем стало все сильнее тянуть вбок. «Гуан Ши» разгонялся по широкой дуге, обходя разлетающиеся обломки контейнеровоза. «Венера» получила не менее двух болванок из рельсовых, «Потрясатель» выстрелил задолго до обозначенного Таном рубежа,ведьцелиться в неподвижную мишень намного проще. Увы, но надежды капитана на неприкосновенность гражданских не оправдались. Недооценил старик решимости и злости адмирала Татибаны.

– Экипажу внимание!

Виктор машинально проверил герметизацию. Все в порядке, жизнеобеспечение идет от корабля, резерв полон. Он готов.

Туань начал стрелять, едва корвет вышел из-за обломков. До «Потрясателя» оставалось чуть более полутора мегаметров, минута подлетного времени для высокоскоростных. И вполовину меньше для снарядов рельсовых. Наверное это их последний выход.

– Пилот, готовность к маневру уклонения! Крен влево вверх на произвольный угол.

После всего пережитого, толчки отдачи гауссовок воспринимались чем-то обыденным, едва заметным. Виктор сидел, отстраненно глядя на тактическую схему, и не ощущал ровным счетом ничего. Никаких эмоций, полнейшая апатия. Он никак не мог повлиять на ход сражения, и оставалось только сидеть, смотреть и ждать. Болванки, которая поставит точку.