Чтение онлайн

Ветер стих. Установленные у подножия валуна и вдоль круга свечи горели ровным, прямым огнем. Луна неспешно добралась до самой высшей точки своего пути и застыла там в окружении россыпи созвездий. Где-то в лесу гулко ухнула сова.

Месьор Ариен Делле перелистал страницы книги Тувима, оказавшегося столь ценным для нужд компании труда давно умершего собирателя загадочных легенд, отыскал вложенный в фолиант листок с десятью строками заклинания. Со значением откашлялся. Безуспешно попытался внушить себе, что в данный краткий миг он вовсе не скромный преподаватель исторических наук в Тарантийской Обители Мудрости, но величайший маг всех прошедших и грядущих времен. Могущественнее старого Озимандии или легендарного Менхотепа Стигийца…

«Не смеши людей, – злорадно хихикнул внутренний голос. – Тоже, выискался укротитель стихий и гроза пучеглазых демонов. Повторить заклинание без ошибок – вот единственный доступный тебе подвиг!»

Месьор Делле вздохнул и начал читать.

Среди поскрипывающего, вздыхающего, шумящего леса, под безмолвным ночным небом голос Ариена – в обычное время самый заурядный и немного гнусоватый – порой звучал гласом истинного волшебника, такого, как описывается в чудесных сказках.

Отец и матушка не раз твердили Айлэ, что сказки имеют очень мало общего с настоящей жизнью. По молодости и мечтательности девушка не очень-то прислушивалась к поучениям родителей. Втайне она думала об обещанном чуде и посмеивалась над собой, повторяя – ничего не произойдет. Айлэ диа Монброн, рабирийке по происхождению, не суждено стать человеком. Напрасно принц поверил, будто скверно переведенные с полузабытого языка строчки могут изменить внутреннюю сущность живого существа.

«По крайней мере, мы попытались, – беззвучно проговорила девушка, чувствуя, как напряженное дыхание стоящего сзади Конни ерошит ей волосы на затылке. – И эта попытка должна стать последней. Нам нужно поскорее уехать из Рабиров. Высокоумные политические игрища можно вести и на расстоянии».

Помимо возможной неудачи Айлэ беспокоило иное соображение. Кто-то вышел из поселка вслед за компанией, в этом она могла поклясться.

Неизвестный держался в отдалении, но рабирийка слышала эхо его шагов. Кто это мог быть? Не в меру любопытный обитатель имения на озере? Или некто иной? Каковы тогда его намерения?

Над поляной висела напряженная, сосредоточенная тишина. После первого опыта колдовства все усвоили – магия не проявляет себя сразу же. Вдобавок речь шла о разрушении заклятия, существующего более восьми тысяч лет. Вряд ли Проклятие Безумца так легко сдастся и исчезнет!

Айлэ старательно прислушивалась к себе – пока ничего не происходило – и боязливо косилась по сторонам. На миг ей померещилось, будто внутри гранитного валуна зажглось бледно-серебристое пламя, очертив контур восьмилучевой звезды, но, скорее всего, девушку подвело разошедшееся воображение.

Однако следовало ли отнести к игре воображения смутную тень, возникшую за спиной ничего не подозревающей Джельи? Или другую, палым листом скользящую по краю поляны?

Или еще одну, крадущуюся к зевнувшему украдкой в кулак Ротану? Почему ветер приносит сладковатый запах крови – старой, запекшейся и почерневшей крови, расплескавшейся по теплым камням в глухом переулке?

– Кто-то бродит рядом, – вдруг отчетливо и ясно произнес Коннахар. – Но я не могу его увидеть.

Рука, лежавшая на плече Айлэ и внушавшая ей обманчивое чувство защищенности, разжалась.

В следующий миг девушку с такой силой рванули в сторону, что она еле удержалась на ногах. Лес и небо подернулись мутной туманной пеленой и начали удаляться, оставив на память горький, пронзительный выкрик: «Опоздала, опоздала! Дуэргар выслеживали нас, а ты никого не предупредила!..»

Что-то легкое, черное, стремительное пронеслось в неверном лунном свете мимо принца к рабирийской целительнице, едва успевшей вскрикнуть и сразу испуганно смолкшей. Конни схватился за кинжал, но резкий удар в грудь опрокинул его на траву, оружие грубо вывернули из пальцев. Ариена Дёлле словно снесло порывом ветра – только что доморощенный маг возвышался в картинной позе и вот лежит ничком, опасливо косясь на янтарно-желтые когти, стиснувшие горло. Слева, где стояли скептик Ларбера и Ротан Юсдаль, послышалась короткая возня и шум падающего тела. Лиессин, которому бесцеремонно заломили руки, из чистого упрямства пытается вырваться, но без толку – противник, с ног до головы затянутый в черное и оттого трудно различимый впотьмах, выше на головуй вдвое шире в плечах…

«Доигрались, – с необычайной ясностью подумал Коннахар. Колено, прижимавшее его к мягкой земле, надавило сильнее, а узкие холодные ладони сковали запястья не хуже стальных оков. – Дуэргар, кто же еще? Сразу сожрут или поиздеваются напоследок?»

Слабый порыв ветра, прилетевший со стороны озера, донес из лагеря протяжный, полный боли вопль, от которого у Конни мороз пошел по коже.

– Блейри! – отчаянно крикнула Меллис. – Блейри, зачем? Ведь ты обещал!..

– Обещал? Я? – одна из гибких темных фигур неуловимо переместилась к обрывистому краю полянки, трепыхнулся за плечами черно-золотой плащ, словно крылья – красавчик Блейри, явно рисуясь, прошелся над обрывом. Луна осветила его узкое бледное лицо. В глазах гуля плясали отчетливо различимые красные огоньки. – Полно, о чем ты? Когда крестьянин гонит бычка на бойню, он может наобещать ему что угодно… лишь бы скотина не брыкалась по дороге. О чем вы думали, когда сунулись сюда? В Рабирах нет места людям, нет, понятно? Эй, наследник чего-то там, ты слышишь? Слышишь, как вырезают твою гвардию? С любым из вас будет так!

– Ты хочешь сказать, что приказал своим прихвостням напасть на Рунель? – простонала Дезирата, и Конни, пожалуй, не смог бы сказать, чего больше слышалось в ее голосе – презрения, злости или искреннего изумления. – Ты спятил? Хочешь, чтобы весь мир людей обрушился на Лесной Край? Драго уничтожит тебя. Да уже к завтрашнему рассвету ты отправишься под конвоем в Мессантию, а твои недоумки…

– Помни, с кем ты говоришь! Впрочем… – Блейри демонически улыбнулся и сделал неуловимый жест раскрытой ладонью. Бессловесный гуль, мертвой хваткой сжавший горло целительницы, полоснул выпущенными когтями.

Делле придушенно охнул. Конни бешено рванулся, понимая – бесполезно. Джелья Дезирата без звука осела на траву. Быстрая алая струйка, кажущаяся черной, побежала из-под безжизненного тела, впитываясь в землю, пробиваясь к границе отсыпанного мукой магического круга, размывая ее… Пламя свечей, воткнутых на четыре стороны света, вспыхнуло ярче. Метнулась Айлэ – ее никто не держал. Блейри позволил девушке замахнуться, перехватив нацеленный ему в шею удар в самый последний момент небрежным, нарочито ленивым жестом.