Чтение онлайн

Квара, выбросив вперед руку, выбила кубок из руки Леона, который он поднимал, и вино вылилось на пол, а не выплеснулось в лицо Властителя Игрушки.

«Так вот чего хотел Грошен, — поняла она. — Довести Леона до такой точки, когда он потеряет самообладание, а потом нанести смертельный удар».

Она в гневе повернулась к брату.

– Ты! — воскликнула она. — Рассуждать о трусости! Сколько стражников защищает тебя, мой дорогой братец? Сколько воинов сражалось за тебя в схватках? Способен ли ты сам на то, что сделал вот он? — Она указала на Дюмареста. — Хватит ли у тебя мужества, чтобы помериться силами в бою с кем–нибудь посильнее десятилетней девочки?

Глаза Грошена блестели, в них горело такое же пламя, как у нее.

– Осторожней, сестричка!

– Почему же? Потому что ты боишься меня? Боишься, что я каждому открою правду? Ты морально испорчен, Грошен. Душевнобольной. Декадент. Разве нормальный человек способен получать наслаждение от подобного кровавого спорта? Этой мерзости?!

Грошен встал, возвышаясь над сестрой:

– Хватит!

– Хватит? — фыркнула девушка. — Ты даже не можешь выслушать спокойно мои слова! Ты что, собираешься ударить меня, чтобы заткнуть мне рот? — Она поднялась, встав лицом к нему, прекрасная в своем гневе. — Так ударь же меня! А ну, ударь меня!

Властитель Игрушки улыбнулся:

– Хорошо, сестрица. Я принимаю твой вызов.

Леон вскочил на ноги.

«Вот она, ловушка! — мелькнула запоздалая безумная мысль. — Все это время он готовил свою ловушку. Я догадывался об этом, но лишь сейчас понял, для кого: не для меня, а для нее!»

– Ты не можешь, — поторопился сказать он Властителю Игрушки. — Никакого вызова не было.

– А мне кажется, был, — слащавым голосом возразил Грошен. — Мне кажется, все присутствующие согласятся со мной. Меня призывали ударить. Если это не вызов, то что? — Он улыбнулся еще шире. — К тому же, — подчеркнул он, — она по закону вполне может бросить мне такой вызов. У нее достаточное количество акций, как это указано в Основном Законе.

Леон покачал головой.

– Нет, — повторил он в отчаянии. — Она… — он умолк, когда Квара мягко приставила пальцы к его губам.

– Не проси, — сказала она. — Все уже сделано.

– Но это же ловушка! Неужели ты не понимаешь этого? Он специально все это устроил! — Леон обратился к Властителю Игрушки. — Вы не можете драться с женщиной. Тем более со своей сестрой.

– Вы предлагаете занять ее место? — Грошен небрежно пожал плечами. — Я не возражаю против замены. — В его глазах заиграли искорки садистского веселья, когда он посмотрел на Акционера. — Можно даже на двоих, если она того пожелает.

Квара протянула руку, схватила Леона и притянула к себе:

– Ты действительно имел это в виду?

– Разумеется. — Властитель Игрушки и не думал скрывать свое презрение. — Однако трудно тебе будет найти сейчас еще одного такого, как Леон. Не все мужчины готовы рискнуть своей жизнью ради воспоминания о хорошеньком личике.

«Это так, — с болью подумал Леон. — Выйти против Властителя Игрушки означает верную смерть. — Его разум пытался найти выход из ловушки, в которую угодили они оба. Он не мог допустить, чтобы Квара сражалась, но будет ли какая–либо польза, если он займет ее место? — Никакой, — с горечью признался он себе. — Я умру — только и всего!»

Легрейн с кислым видом мерил шагами комнату, не скрывая своей тревоги.

– Мне это не нравится, — в конце концов объявил он. — Сперва стражники хватают меня, сажают в эту клетку, потом доставляют сюда. Почему? — спросил он. — Почему бы просто не отпустить меня? Ведь я ничего не сделал. Лишь остался в живых, вот и все! — серьезно проговорил он. — Но для Властителя Игрушки и это преступление!

Дюмарест никак не отреагировал на эту реплику. Он сидел на стуле, поставив ноги на толстый ковер. Его вымыли в душе, накормили, одели, доставили в этот дом и оставили ждать. Он не знал почему. Но он все еще оставался рабом. Его пальцы коснулись ошейника, сжимавшего его горло. Ошейник по–прежнему находился там.

– Почему? — повторил свой вопрос Легрейн. — Почему меня доставили сюда? Что все это значит?

– Скоро узнаешь, — произнес Дюмарест. Он откинулся на спинку стула и стал рассматривать потолок, расписанный картинами старинных сражений и войн, в которых люди сражались против людей и против животных. Он опустил взгляд. С одной стороны от него сквозь высокие окна в комнату проникали лучи яркого утреннего света. Радужными цветами переливались странные фигурки, выдутые из стекла, стоявшие на невысоких пьедесталах. Воздух был наполнен ароматом цветов.

Открылась дверь. В комнату вошла служанка и поманила к себе Дюмареста.

– Пойдемте со мной, — сказала она. А потом обратилась к Легрейну: — Не вы. Вам еще придется здесь подождать.

За дверью была комната поменьше — рабочий кабинет, догадался Дюмарест по книжным полкам на стенах, широкому письменному столу, компакт–проигрывателю. В кабинете никого не было. На одной стене висела звездная карта, рядом с ней проектор и стеллаж с записями. Карта была трехмерной, и в ней трудно было разобраться без специального селектора — мешали накладывающиеся, растворяющиеся друг в друге цветные линии.

Дюмарест хмуро разглядывал карту, когда раздался щелчок, дверная панель скользнула в сторону, и в комнату вошла Квара. Она улыбалась, дожидаясь, пока дверь не скользнет на прежнее место.

– Интересуешься астрономией?

– Да, моя госпожа.

– Это был глупый вопрос. — Девушка подошла совсем близко к Дюмаресту, так что он почувствовал запах ее волос. — Ведь ты космический странник. Люди, подобные тебе, должны интересоваться звездами. — Она коротко рассмеялась. — Ты должен извинить меня: обычно я не столь глупа.

Дюмарест смотрел на нее сверху вниз.

– Я бы не назвал вас глупой, моя госпожа, — промолвил он, растягивая слова. — Может быть, немного упрямой, своевольной.

– Так ты все слышал? На празднестве, после вашего сражения с пауками, ты слышал?

– Да, моя госпожа. И должен поблагодарить вас за то, что вы сделали. Не думаю, что мне удалось бы победить во втором поединке, — честно признался он.

– Ты имеешь в виду пауков? — Девушка пожала плечами. — Но ведь это Леон, не я остановила Властителя Игрушки. Тебе следует поблагодарить его. Но ты слышал, что произошло между мной и моим братом?