Чтение онлайн

— Не парься. Организуй так, чтобы на нее обратили внимание, и она — твоя.

— Как это? — заинтересовался Артем.

— Ну, хотя бы так.

Андрей вдруг театрально заломил руки и, припав перед Петуховой на колено, провозгласил:

— О, Анжела! Ты — самая лучшая, ты — цветок, увековеченный в камне! Я никогда не решусь подойти к тебе. О, моя безнадежная страсть!..

В сочетании с комичными жестами эта интермедия вызвала взрыв смеха. А «самая лучшая» Петухова, даже не уловив, что ее сравнили с камнем, зарделась и включилась в игру:

— О, встань с колен, несчастный поклонник, и пригласи меня на танец!

Продолжая таким образом развлекаться и хихикать, они закружились в центре зала.

— Психология, — позже прокомментировал Карпасов, — я тебе покажу некоторые приемники. Так Андрей взял над своим новым приятелем шефство. Артем был не против.

Матери у Андрея Карпасов не было, а отец работал системным администратором в телефонной компании. Он регулярно оставался на ночные дежурства, и его отпрыск активно пользовался свободой. Артем не подозревал, что у его сверстника может быть такая насыщенная любовная жизнь. Несколько девушек, с которыми одновременно «дружил» его новый приятель, не знали о существовании друг друга. И тем более не могли догадываться о сложном расписании, которому подчинялись их встречи с донжуаном Карпасовым. Они его обожали и с нетерпением ждали свиданий.

Единственными молчаливыми свидетелями ветрености Андрея были работники круглосуточного магазина рядом с его домом. Так получалось, что каждый раз по дороге домой, он с очередной пассией заходил туда за продуктами для романтического ужина. Посмотреть на новую девушку молодого повесы сбегался весь персонал маленького магазинчика. Продавцы чесали «репу», а охранники завистливо ухмылялись, пытаясь вычислить любовный график Карпасова.

Однажды они собрались совместно пойти куда-нибудь поразвлечься. Зайдя за другом, Артем наблюдал, как тот выпроваживал подружку. Помогая девушке одеться, Карпасов учил:

— Подаешь пальто, обязательно смотри в глаза и улыбайся. Невесты от этого млеют! Правда, сладкая?

— Еще бы! — засмущалась девчушка.

«Невест» он находил всегда и везде, не создавая для этого каких-то особых условий, ничего не планируя. Его импровизации были оригинальны и забавны.

Однажды в пустом ночном трамвае Андрей развалился, положив голову на плечо дремавшего у окна Берестаги, а длинные ноги протянул на сиденье через проход. Сидящие сзади «невесты», как называл их Карпасов, без умолку трещали:

— Представляешь, купила новый шампунь в такой красивой бутылочке. Вчера волосы помыла, теперь торчат-торчат.

Трамвай остановился, и девицы решили выйти.

— Чего костыли вытянул? — грубо «наехала» одна из них.

Карпасов открыл один глаз, оценивающе осмотрел нарушительниц покоя и ответил:

— Помыл вчера. Торчат!

А как-то после пляжного отдыха с двумя новыми подружками они возвращались в автобусе. Как бы обращаясь к другу, Андрей в полный голос рассказывал смешные «автобусные истории». Об одном водителе, который будто бы выпил на глазах у пассажиров бутылку водки и со словами «Ну, что поехали, смертники!» сел за руль. О другом, предложившем пассажирам пригнуться при проезде под мостом. Через несколько минут в автобусе уже не было ни одного равнодушного лица. Хихикал даже водитель, объявляя остановки в микрофон.

А когда шли по приглашению новых подружек в женское общежитие, Карпасов, не долго думая, нацепил на босые ноги ласты, на голову — маску с трубкой и шлепал так до самой общаги, развлекая людей вокруг. Девицы умирали со смеху.

Ему все сходило с рук. Даже то, за что другой бы, несомненно, пострадал. Как-то на большой перемене на глазах у всего класса Карпасов устроил очередное шоу. Он с листком бумаги вальяжно подошел к однокласснице и с видом эксперта пощупал ее задницу. Та, взвизгнув, отскочила и хотела залепить наглецу пощечину, но, узнав Карпасова, удержалась.

— Что за фигня? — возмутилась она.

Но Андрей проигнорировал ее вопрос.

— Да, да, определенно баллов семь, возможно, даже восемь, — создавая задумчивый вид, посчитал он и записал в листок напротив ее фамилии. Затем он перешел к следующему объекту исследования. Следующий объект дунул от него, но другие красавицы сразу заняли опустевшее место:

— Андрей, — хихикали они, — давай у меня, ведь баллов на девять потянет, а?

«Эксперт» все записывал, а одноклассницы в очередь просили перепроверить в надежде повысить полученную оценку.

Ему ничего не стоило завоевать расположение любого человека. В День десантника приятели возвращались поздним вечером с дачи. Группа изрядно набравшихся парней в голубых беретах, агрессивно раскачиваясь, двигалась навстречу. Дело пахло керосином.

— Надо играть на опережение, — сказал Карпасов. — Земляки! С праздничком вас! Как оно идет-то, а?

— А ты, браток, где служил? — включились нетрезвые «земляки».

Коммуникативные навыки всегда обеспечивали Андрею лучший кусок, самое удобное место и всеобщее признание.

Увидев в торговом центре длинноногую блондинку, он подошел, быстро открыл-закрыл лацкан пиджака и загадочно представился:

— Андрей Карпасов, капитан ФСБ. Государству требуется ваша гражданская помощь.

— Что? — растерялась красавица.

— Неподалеку от вас изменник родины, я слежу за ним, а вам надлежит обеспечить прикрытие. Мы просто будем гулять, как влюбленная парочка.

При повороте объекта наблюдения в их сторону Карпасов обнимал и даже целовал девушку, тихо сообщая ей на ушко:

— Так надо, он не должен заметить наблюдение.

Девица, конечно, сходу раскусила спектакль, но с удовольствием подыграла.

Все это было хорошей школой для Берестаги. Но не полностью удовлетворяло его потребность в жизненно важных знаниях. Он брал штурмом книжные прилавки и библиотеки в поисках книг по теории общения. Самым удивительным оказалось то, что психология, которая вначале была нужна ему с целью манипулирования другими, дала значительно больше, чем он ожидал — материал для осмысления и изменения себя.