Чтение онлайн

– Я приставлю к тебе пятерых солдат. Никто не потревожит твою особу,– сказал Даггер.

– Как угодно.– Глазки мага превратились в крохотные щелочки.– Император не доверяет мне?

Даггер нехотя кивнул.

– Ты – фетс,– напомнил он.

– Это правда.

Чародей погладил свою белоснежную косу.

– Пять солдат – это слишком много для одного старика,– заметил он.– И слишком мало – для одного мага, а, Даггер?

– Зачем тебе понадобилась встреча с Императором? – вместо ответа спросил капитан.

– Разве царскому магу нужно объяснять кому бы то ни было, почему он хочет встретиться с царем?

Даггер промолчал. Его солдаты переминались у входа в покои. Больше всего они хотели бы убраться отсюда подальше.

– Императору грозит опасность,– сказал Фанкис.– Здесь, во дворце.

Зрачки фетса расширились и полыхнули темным огнем.

Даггеру очень захотелось покинуть покои мага и больше никогда с ним не встречаться. Но капитан был Алым, а значит, умел подавлять страх.

– Какая опасность? – спросил Даггер твердым голосом.

– Я скажу Императору лично. Передай ему.

И повернулся к капитану спиной.

– Я передам,– пообещал Даггер. И солдатам: – Оставайтесь здесь.

Оказавшись в галерее, капитан попытался расслабиться. Но пылающие глаза мага впечатались в память и отняли у капитана спокойствие.

– Нет, я не желаю его видеть! – отрезал Император.– Передай начальнику царской стражи, чтобы явился ко мне. Отныне он будет находиться при мне постоянно. Его мечу я доверяю больше, чем чарам фетса! Церемониймейстер!

– Да, государь?

– Распорядись, чтобы к завтрашнему утру подготовили Зал Царского Совета. Я желаю знать, что думают мои вельможи по поводу будущей войны. Кто еще просил о встрече со мной?

– Командующий Черной пехотой, посол Эгерина, посланник Владыки Реми, советник Саконнин, помощник командующего флотом…

– Довольно,– поморщился Аккараф.– Этак я до обеда не управлюсь. Приму троих и начну с посла.

Как преступника, посягнувшего на императорское имущество, Фаргала отправили не в городскую тюремную яму, а в особый застенок на задворках Дивного города [7] . Взглянув на эгерини теперь, мало кто из прежних знакомых узнал бы в нем того красавца воина, каким Фаргал был всего лишь несколько недель назад. Голый, грязный, исхудавший так, что все ребра – наперечет. Месяц под проливным дождем, внутри железной клетки, среди людей, ни один из которых не рискнул бы выйти один на один против вооруженного эгерини, зато очень хорошо знал, как довести до бешенства беспомощного пленника.

Брошенный в вонючую камеру, прикованный к кольцу в стене, Фаргал вытянулся на охапке гнилой соломы и закрыл глаза.

Фаргал знал, что его казнят. И смерть будет мучительной. Не стали бы везти через полстраны, чтобы просто повесить. Где-то внутри теплилась надежда: Таймат сумеет его спасти. Слабая-слабая надежда…

– Эй, парень, хочешь лепешку?

Фаргал открыл глаза. Рядом с ним на корточках сидел старик. В руках он держал кусочек серого черствого хлебца.

– Хочешь лепешку, парень?

– А ты?

– Я старый, мне ее не разгрызть – сказал старик.– И все равно, тем, кто попал сюда, бессмысленно копить жир. Когда льва не кормят три дня, он жрет даже кости.

– Спасибо.

Лепешка исчезла в одно мгновение.

– За что тебя? – спросил старик, пристраиваясь рядом на клочке соломы.

– Я разбойник,– сказал Фаргал.

С тех пор, как эгерини схватили, этот человек был первым, кто отнесся к нему с сочувствием.

– А тебя?

– У меня не было пяти монет, чтобы дать взятку сборщику.

– И это все? – удивился Фаргал.

– Ты, должно быть, не земледелец, парень, я угадал? А мы тут все за одно сидим. Что я, что они! – Старик показал на сокамерников.– Ты правда разбойник? На вид тебе не больше восемнадцати.

– Так и есть,– кивнул эгерини.– В Карн-Апаласаре меня звали Большой Нож. Не слышал?

– Нет, а где это – Карн-Апаласар?

– Ты не знаешь? – изумился Фаргал.– Это на севере Карнагрии.

– Я сроду не уходил из моего селения,– сказал старик.– Вот только на старости лет совершил путешествие прямо в Дивный город. И кого же ты ограбил, что тебя привезли аж в столицу?

– Караван, который вез налоговый сбор Императору.

– Много добыл?

– Тысячу золотых.

– Ничего себе!

Старик выпрямился и сказал с важностью:

– Я горжусь, что ты ел мою лепешку! Пойду скажу этим.– Он кивнул на остальных узников, сбившихся в кучку у противоположной стены.

«Что же это за закон, который одинаково наказывает и того, кто украл из императорской сокровищницы тысячу золотых, и того, кто не сумел раздобыть несколько серебряных монет?» – подумал Фаргал.

Эгерини оглядел тюремную камеру. Узкое, не протиснуться, окошко, железная дверь. Полумрак. Ночью здесь наверняка шныряют крысы. Фаргал прислушался к разговору узников.

Новость, которую принес старик, их не взволновала.

– Говорят, когда лев тебя хватает, боли совсем не чувствуешь,– говорил один.

– Мало ли что говорят? Кого лев сожрал, тот уже не расскажет, а кого не сожрал – откуда он знает?

– А я все думаю – как там мои? Долг-то висит, продадут жену с детишками какому-нибудь шакалу…

– А чего? – проговорил другой.– Рабу так даже и лучше. Кормят его, лечат даже, если ценный…

– У нашего управляющего рабы с восхода до заката, не разгибаясь…

– А ты сам разве не так?

– Ну так на своей земле, на себя же!

– И где теперь твоя земля?

Старик снова вернулся к Фаргалу.

– Ничтожные люди,– пожаловался он.– Молодые, а не понимают, что скоро умрут, и нет у них больше ничего, и не будет.

– Послушай, дедушка,– произнес Фаргал.– Почему они все время болтают о львах?