Чтение онлайн

— Символ удачи, по-моему.

— Вот-вот. Да только это наш личный четырехлистник, только наш. Что-то вроде замены сердечек. Пробитые стрелами сердца — это как-то неправдоподобно.

— А синие листья — это правдоподобно? — скептически утоняю я.

— Во всяком случае, не так банально. Так что, где бы ты ни увидела этот знак, знай, что я тебя люблю…

Спустя несколько часов, уже на другом привале, я сидела в своей кибитке, с нетерпением перелистывая один за другим белоснежные листы. Ровный почерк описывал едва ли не день за днем биографию Дапмара. Дэрлиан никогда не отступал от своего. Вчера его так возмутило мое нежелание принимать от него помощь, что он решил оказать ее без моего ведома. Понося леквера всеми известными ругательствами, в глубине души я была ему очень благодарна. Неожиданно мне на колени выпал небольшой сверточек. Несколько секунд тупо смотрела на косые буквы, выписанные рукой Сотворителя, а потом неожиданно рванула сверток посередине. По щекам потекли слезы, пока пальцы с силой сжимали получившиеся половинки. Под подушечкой мизинца обнаружилось что-то твердое, оказавшееся простеньким медным кольцом. Раньше я никогда ничего похожего не видела ни в моем мире, ни здесь. Еще раз посмотрев на разорванный сверток, а точнее, на надпись на нем, я со всей силы швырнула украшение в угол кибитки. И страшнее всего было осознать, что от этого уже ничего не изменится.

Дапмар Дерсев мрачно прохаживался из одного конца кабинета в другой. Сваленные неровной кучей бумаги были придавлены громадной энциклопедией. Недовольство хозяина замка было настолько сильным, что он едва не захлебывался собственной желчью. Знавшая его уже не одну сотню лет жена предпочла на время очередного приступа гнева спрятаться в саду с вязанием. Слуги-люди забились на чердаки, в подвалы, на кухню, словно потревоженные тараканы. Собственно говоря, их хозяин никогда не отличался покладистым и добрым нравом. Правда, что можно ожидать от уже седого, покрывшегося морщинами леквера, которому стукнуло три тысячи лет.

На этот раз Дапмар злился не на весь мир (что было обыкновенным явлением), а на конкретного представителя своего племени — самоуверенного юнца Гервена Элистара. Мало того, что Крашеный, как его называли среди лекверов, два месяца назад явился к нему с предложением о покупке древнего и очень ценного артефакта — жемчужины. Стоило Дерсеву отказать, как парень немедленно уехал из его гостеприимного Дома и даже не соизволил явиться на день рождения Дапмара. А это было уже не просто проявлением невнимания. Это был вызов.

Никогда еще ни один леквер не нарушал установленных правил, особенно права старшего. Это он, Дапмар Дерсев, старейшина всего клана Дерсевов, владелец обширных земель в этом мире и трех параллельных мирах, мог проигнорировать приглашение на праздник.

— Но этот наглец! Ему же еще и двух тысяч лет не исполнилось! — визжал Дапмар, в сотый раз пугая супругу. Мудрая женщина только кивала, стараясь не словом, ни жестом не разозлить мужа еще больше. Однако, после того, как Дерсев набросился на нее с упреками, что она ничего не хочет знать, и что у нее нет сочувствия, Версерии пришлось удалиться на холодную скамью в сад.

Дальше — больше. Две недели назад по всей округе разнеслась весть о том, что этот самый Элистар успел ввязаться в совершенно неприличную для почтенного леквера историю. Хотя, как его можно назвать почтенным, если парень укрывал у себя преступницу, покусившуюся на самое святое в этом мире — Всевидящую. О суде над человеческой девушкой и ее "полюбовником" не переставая судачили все вокруг до тех пор, пока у Дапмара не началась от всего этого чесотка. И только после категоричного запрета на употребление в Доме имени Гервена Элистара, обсуждение недавних событий перешло из разряда главной темы всех бесед в шепот слуг по углам.

И вот, после часа бессмысленного хождения от окна к двери, хозяин Сэр-э-Ревет неожиданно остановился. Дом его, больше похожий на дворец Сотворителя, чем на поместье среднего леквера, находился на возвышении. От пронизывающих ветров не спасали даже отроги ближайших гор, зато вид открывался просто потрясающий. Так что Дапмар мог следить за своими владениями, не покидая удобного кресла-качалки или даже горячей ванны.

И сейчас, отодвинув тяжелую гардину, от которой несло тленом и пылью, Дерсев глядел на двор с всевозрастающим интересом. По традиции лекверы никогда не огораживали свои Дома ни заборами, ни даже защитной магией. Любому из них хватило бы и пары секунд, чтобы узнать, что на его территорию вторглись. Однако Дапмар, видимо, настолько увлекся поношением Элистара, что пропустил тот момент, когда пределы его сада пересек целый караван, сотоящий из кибитки и нескольких птиц со всадниками. Первым с седла слез уже пожилой леквер с топорщащимися усами, за ним на землю спустились четверо молодых людей и элема. Последняя ярко выделялась своими золотыми крыльями и светящейся одеждой, почти не прикрывающей ее достоинств. Дапмар даже на мгновение забыл о Гервене, почти потухшими глазами осматривая стройную фигуру крылатой бестии. Она была весьма хороша собой.

— Эй, Кархен, кого это там принесло! — рявкнул хозяин замка, не отрывая взгляда от кибитки. Из ее темного нутра высунулась растрепанная темно-русая голова, а затем на снег спрыгнула невысокая девушка. Первые секунды мужчина думал, что она, так же как и ее спутники — леквер. Но как только та подняла к окнам замка свое лишенное свечения лицо, понял, что это не так.

— Какие-то незнакомцы, хозяин, — просовывая кудрявую голову в дверной проем, ответил Кархен, — Говорят, что прибыли от Гервена Элистара. Его сестра и другие родственники.

— Ну-ну, — хмыкнул Дапмар, — Пусть идут сюда. И позаботься о горячем чае.

— Хорошо хозяин, — слуга сейчас же исчез, уже через пару минут оказываясь на улице. Леквер с раздражением смотрел на недолгие переговоры между его управляющим и одним из молодых людей. После этого незваные гости организованной толпой двинулись между декоративными фонтанами и деревьями в сторону замка. Дальнейшее мужчину не интересовало. Он устало уселся на шатающийся табурет, пытаясь успокоить растревоженные последними событиями нервы.

"Интересно, каким это образом этот мерзавец направил ко мне целую ораву родственников? Да и зачем, собственно? Неужто решил просить у меня поддержки после того оскорбления, что он мне нанес? Тогда надо быть или полным идиотом, или…".

И тут тревожная мысль заставила Дерсева вскочить со своего места. Табурет окончательно разломался на составные части, и с грохотом упал на пол. Леквер со злостью пнул кучу деревяшек ногой и выскочил из кабинета. Спуск на первый этаж занял не более минуты.

— Можем ли мы видеть хозяина? — раздался молодой женский голосок из-за приоткрытой двери гостиной. Говорили, однако, не на общепринятом лекверском, а на так называемом святом наречии. Последнее время этот чудной язык стал очень популярен. Не удивительно, что юные родственники Гервена использовали его наравне с их родным диалектом.

— К вашим услугам, — едва успев затормозить перед тем, как перешагнуть порог, сладчайшим напевом ответил он.

— Дапмар Дерсев? — на сцену вступил второй персонаж. Глаза хозяина дома практически разбегались при взгляде на гостей. За рыжеволосой сестрицей Крашеного подалась вперед человеческая женщина. Дапмар встретился с ней глазами, и едва не подавился следующей учтивой фразой. Светло-голубые очи были наполнены такой тоской и затаенной болью, что даже ему стало не по себе.