Чтение онлайн

Интересно только, знает ли сам Вир, что здесь этих реольских гаэкудж не найти или действительно считает, что в день тут по пятнадцать гаэкудж мимо форпоста проходят?

Так-то гаэкуджа это командир самое малое, как это было со мной, двадцати старших воинов или сотни младших. Если перевести в другие цифры, то Вир послал меня убить две тысячи реольских солдат и их командиров. Если здесь столько реольцев, то почему они не снесли этот форпост и не вышли к озеру? Возвышенного мечника не остановить даже крепостной стеной, не то что этими убогими завалами из брёвен.

Кровавый же потёр руки:

— Удачно, что командиры у меня немного свои. Так что — я в деле.

— Нет, — отрезал я. — Захотелось так же — только после того, как я вернусь.

— Такая штука удастся только в первый раз, — недовольно заметил Кровавый. — Потом реольцы поумнеют.

Я пожал плечами:

— Твои проблемы.

— Что-то ты совсем меня не опасаешься, гаэкуджа Лиал, — качнул головой Кровавый.

Невольно я на миг прищурился. А кто сказал ему моё имя? Интересно. Намекнул:

— Из опыта с реольцами я знаю, что Кровавые воины умирают точно так же, как и обычные воины. Ну, чуть дольше.

— Интересный у тебя опыт, — подался вперёд Кровавый. — И сколько Кровавых ты…

Шито буквально влез между нами, закрывая Кровавого от меня своей спиной:

— Всё-всё-всё. Довольно, уймись. Лагерь сегодня уже потерял Эбио, а зная тебя…

Шито многозначительно замолчал, а вот Кровавый изумлённо выдохнул:

— Как потерял? Он же боится выходить отсюда!

— Ну, — Шито покосился на меня. — Не совсем потерял. На него жаровня с углями упала.

— Какая ещё жаровня?! Да он огня боялся как…

Я молча спрятал карту и двинул прочь. Мне эта болтовня совершенно неинтересна, как и сам болтун Кровавый. Пятнадцать реольских жетонов, вот что мне интересно.

Очень, очень надеюсь, что реольский лагерь действительно крупней, чем вот этот наш. Потому что здесь я нашёл только двух гаэкудж. Себя и обожжённого Эбио. Ни Шито, ни Кровавый не оказались достойны подобных жетонов и званий.

Очень, очень надеюсь, что у реольцев меня ждёт больше гаэкудж, иначе я не смогу сдать этот проклятый экзамен Вира.

— Пока нашли пятерых, господин.

Я поджал губы. Мало. Мало, но надежда всё ещё есть, тени прошерстили лишь край лагеря реольцев, возможно, самый бедный на командиров край. А возможно, самый богатый.

Я выкинул эту мысль из головы, не собираясь пока волноваться об этом, у меня есть задача поважней. Остаться в живых к утру.

Будь у меня два-три десятка старших воинов в хороших доспехах и с Мечниками во главе, то есть мой обычный отряд с Кодиком и Креодом, всё было бы проще. Но чего нет, того нет, Вир позаботился о том, чтобы его «экзамен» оказался как можно более сложен. Пришлось напрягать голову и выжимать для себя все возможные преимущества. Первое из них — тени. Второе — темнота, которая мне ничуть не мешает. Костры? Их я буду избегать, да и не лишают они меня преимущества, не слепят.

Третье же моё преимущество — сам лагерь реольцев, совершенно не похожий на лагерь Скеро, что я оставил за спиной. Никакой ограды, никаких общих навесов. Я бы сказал, что реольцы с удобством разбрелись вдоль берега озера, выбирая себе место по вкусу и устраиваясь там чуть ли не по двое. Никого не боятся, чувствуют себя на своей земле.

Идеально.

Я кивнул Ариосу и поднял руку в жесте.

Вперёд.

Тот понял меня, остался на месте, но зато забормотал:

— Десять шагов вперёд, господин. На дереве первый дозорный этой линии. Ветка с вашей стороны, два кана над землёй.

Я скользнул по дуге, заходя слева, прикрываясь стволом дерева. Печать ускорения, прыжок и обычный солдатский кинжал пробивает горло реольца.

Четвёртое моё преимущество — это то, что я не какой-то там идар младшей крови, что годами просиживал задницу в библиотеке, с завистью поглядывая на старшего брата, который до седьмого пота упражняется вокруг замка. Да, меч мне пока показывать не стоит, кто знает, не идёт ли по моим следам тот Кровавый из лагеря, которому могли поручить присмотреть за мной.

Дать основу для подозрений в том, что я до сих пор способен создавать техники меча? Зачем? К чему?

Я поэтому даже меч не повесил на пояс, хотя уж в чём, в чём, а в деле простого махания сталью я лучше девяносто восьми старших воинов из ста.

Всё равно это ни к чему. Лишние вопросы. А вот кинжал не меч, к нему вопросов будет гораздо меньше.

Сейчас, лицом к лицу с реольцем стало понятно, почему я не заметил его сам — узор Предка на щеке замазан чем-то чёрным, чтобы не выдать хозяина в темноте. Правда, ему это не помогло.

Убедившись, что сердце остановилось, я вытащил кинжал из раны, осторожно и старательно прислонил мертвеца к стволу, заботясь, чтобы он не свалился. Тише нужно, тише. Чем позже меня заметят, тем лучше и тем проще. Не знаю уж что насчёт полутора десятков гаэкудж и двух тысяч солдат, но полторы сотни солдат тени уже насчитали, а это серьёзно. Да, я Денудо, да, я Оскуридо, но я не настолько самоуверенный тип, чтобы надеяться убить всех этих реольцев в лоб.

Соскользнул на землю, кляня про себя Вира. Ладно Закий, он дал самое простое и то, что нужно обычному адепту, которого король требует под своё знамя для защиты простых солдат. Но Вир! Если уж решил делать из меня убийцу, то не нужно ли начать с особых техник?

— Пятнадцать шагов вперёд и чуть вправо, до тех валунов, господин. К ним сейчас подойдёт патруль из двух солдат.

Я кивнул и шагнул к валунам.

Вот взять ту попытку убить меня, которую провернули в подземелье Кузни Крови. Там стража даже не заметила, что мимо них кто-то проскользнул. Причём проскользнул дважды: сначала внутрь, затем наружу. Листен, при всех своих знаниях, даже не слышал о такой технике.

А тот случай, когда адепт из Великого дома Миус воткнул в меня нож с исаром Ребела на клинке?