Чтение онлайн

— Что ты делаешь? — в обиде закричал он, вскакивая и прихрамывая на одну ногу. — Это что — искусство пинания противника?

— Это хороший способ, чтобы не проливать кровь человека, — ответила она так, будто забавлялась с ним.

— Да я чуть ногу не сломал! Нельзя обойтись без увечий?

— Нападай.

Она снова застыла с вытянутой левой рукой, мечом на уровне глаз и взглядом, устремленным в одну точку. Марк решил быть хитрее. Он сделал ложный выпад, а затем прыгнул мимо хранительницы, делая взмах — тоже ложный. Она не шевельнулась. Даже взгляд ее не изменился. Марка это задело: получалось, он со своими ложными ударами и прыжками выглядит перед ней как идиот.

— Ну, держись, — прошептал он, все больше раздражаясь.

Он сделал шаг вперед и при этом совершил прямой колющий выпад. Его меч застыл у ее груди, а она так и осталась неподвижной.

— А это что значит? — в сердцах выкрикнул он.

— Ты собирался меня убить? — будто бы с удивлением спросила она в ответ.

— Ты учишь меня сражаться с людьми или с нечистью?

— Я учу тебя сражаться. Сейчас был человек, но раз хочешь даймона…

Хранительница сделала плавный взмах, отразив его меч в сторону, а после — одним броском оказалась за его спиной. Марк сжал зубы, не от боли — от злости, так как она хлопнула его плашмя мечом по спине.

Развернувшись, Марк принялся махать Логосом, наступая шаг за шагом. Пользуясь тем, что у девушки гораздо меньше силы, чем у него, он бил изо всех сил, желая выбить оружие из ее рук. Но, увы, все его старания не приносили успеха. Хуже того — его сила обращалась против него. Хранительница без труда уклонялась от его ударов, а он, не встречая сопротивления, попадал мечом в пустоту. Получив еще три шлепка по спине, запыхавшись, он остановился, едва сдерживая себя в руках.

— Это какое-то издевательство, — пробурчал он. — Что за приемы такие?

— Приемы боя на мечах, — невозмутимо и чуть усмехаясь, ответила хранительница.

— Но это же не по правилам!

— В искусстве боя на мечах есть только одно правило — никаких правил.

Хранительница вдруг стала серьезной. Она быстро оглянулась, нет ли кого поблизости, словно опасалась, что епископ услышит ее и отчитает за такие слова.

— Поясни, — буркнул Марк.

— Ты обучался у принца Афарея. Тебя учил Автолик. Ты выучил несколько приемов и думаешь, что тебе этого хватит. Ты точно знаешь, как сражаться — вот причина, почему ты терпишь поражение.

— А ты? Разве ты сражаешься не заученными приемами?

— Я никогда не останавливаюсь на одних и тех же приемах. Я постоянно учусь. Иные приемы я создаю во время боя. Ты же сам видишь, что против людей — одна тактика, против даймонов — другая, против элементалиев — третья. Так что, если хочешь научиться владеть мечом — ищи свою тактику. Ни один учитель не научит тебя лучше, чем ты сам.

— Почему?

— Потому что намного надежнее сражаться своим незнанием, нежели чужим опытом. Найди свою тактику. Нападай!

На этот раз Марк долго стоял, пытаясь запечатлеть хранительницу внутренним взором, как учил Автолик. Но напрасно: хранительница будто отражала все его попытки пристальностью своих глаз. Решив снова положиться на свое преимущество в силе, Марк пошел вперед, выписывая в воздухе мечом наклоненную набок «восьмерку». Его расчет был верен: сжатый двумя руками Логос свистел с пугающей силой, уклониться от широких взмахов «восьмерки» невозможно. А как только хранительница подставит под удар свой меч — он будет выбит из ее рук, — она его просто не удержит. Ей остается только отступать, этого Марк и добивался.

Однако снова хранительница совершила то, чего он никак не ожидал. Она нырнула вниз на землю, оказавшись у его ног, и тотчас острие ее меча уткнулось в его пояс. Марк едва успел замереть на месте, чтобы не напороться, а свой меч, который уже было сложно остановить, отбросил в сторону, опасаясь поранить себя или Никту.

— Такова судьба всех воинов, которые в своей тактике боя готовы изменить все, кроме своих правил, — сказала хранительница, поднявшись. На ее лице появилась ободряющая улыбка. — Ты быстро учишься. Мне нравится твое рвение. Только никогда не полагайся ни на советы других людей, ни на свой опыт.

Марк невольно заулыбался. Всего минуту назад хранительница вызывала у него раздражение, перерастающее в злость, а сейчас он испытывал к ней что-то близкое, дружеское, родное. Хоть и младше его по годам, она по-прежнему казалась ему старшей наставницей, но сейчас это не злило. Она была готова пройти с ним через любые испытания, поддержать и не позволить упасть.

— Что ж, тогда давай поищем такие приемы, каких не знает ни один мастер в Каллирое, — сказал Марк и почувствовал, что тренировки с хранительницей ему начинают нравиться.

Приказание епископа оставаться всем вместе, было нелегко исполнить. Харис любил странствовать, Флое тоже не сиделось. Она услышала, что где-то здесь за Зеленой идиллией есть сады мандрагоровых яблонь, и теперь не унималась. Марк был не прочь прогуляться, но после вчерашней ссоры с хранительницей решил остаться дома. К тому же епископ мог вернуться в любой момент. Флоя принялась упрашивать подругу пойти с ней, но хранительница неожиданно сказала ей, что та может идти с Харисом, если пообещает вернуться до темноты. Сама же Никта оставалась неуклонной: она останется здесь и будет учить Марка защите от магии.

«С чего это она за меня так волнуется? — недоумевал Марк. — Переживает больше, чем я сам».

Сразу после ухода Хариса и Флои хранительница сказала Марку, чтоб он переоделся и приготовился к тренировке.

— Я еще не завтракал, — пожаловался он.

— Перед антимагией лучше не завтракать, — намекнула хранительница.

Переодевшись в легкую походную тунику, перевязанную льняным поясом, Марк решил еще раз спросить Иалема, не знает ли он, куда подевался епископ. Хозяин возился у печки с глиняной посудой. Он пытался снять с углей горячий горшок, но под рукой не было ни ухвата, ни кухонного утиральника.