Путь тени
Шрифт:
– При чем тут вообще красота? Она принадлежит только телу, которое тленно. Одежда, что хороша лишь новой, быстро испачкается, изотрется…
– Да, любят не за это… Наверное, не за это… За что-то еще…
– Любовь – это судьба. Для одних – счастье на миг или всю жизнь. Для других – такая же или еще более ужасная кара.
– Опять слова легенды?
Мати кивнула, но на этот раз не стала ничего объяснять. Впрочем, Сати и не ждала от нее объяснений. Зачем?
– Ладно. Пусть. В конце концов, в любви не столь уж важна взаимность. Я знаю, что говорю! До тех пор, пока… Пока я не потеряла Ри…
– Ты потеряла Ри! Да только слепой не видит, какими глазами он смотрит на тебя!
– Не в его глазах, в своих. Так вот, до тех пор, я ведь не очень-то любила его.
– Что ты такое говоришь! Вы же были неразлучны, и вообще…
– Может быть, со стороны и казалось… Но на самом-то деле я просто видела влюбленность Ри. И позволяла ему любить себя. Мне это нравилось. В любви… В любви ведь и так бывает: один счастлив, потому что влюблен, другая – потому что ее любят. Конечно, взаимность и все такое прочее… Кажется, что ты чего-то себя лишаешь, что у тебя есть не все, что могло бы быть. Но если большего быть не может, почему не получить хотя бы это? И потом… – ее глаза вдруг вспыхнула, словно озарением:- Мати, к тебе благосклонны такие могущественные боги: господин Шамаш, госпожа Айя…
– И что же?
– Попроси Их… Ну… Конечно, это не совсем правильно – влюблять в себя кого-то, кто… ну… кто любит другую… Но ведь…
– О чем ты говоришь!
– Да, конечно, это не Те небожители, Кого просят о подобном, но… Но ведь такое по силам и людям. Приворотные зелья…
– Давай не будем больше об этом.
– Нет, послушай! Я дело говорю! Старая рабыня, Фейр обмолвилась как-то об этом.
Хочешь, я расспрошу ее? Узнаю все, как следует, а потом приготовлю. Нет, не бойся, я никому не раскрою твой секрет! Если рабыня спросит, зачем, я скажу, что это нужно мне самой. Она примет такой ответ. Ведь я засиделась в невестах. И нет ничего странного в том, что я готова на все, чтобы сменить повозку…
– Почему же ты не воспользуешься этим зельем сама?
– Я? – не ожидавшая такого вопроса Сати растерялась.
– Но зачем мне?
– Чтобы вернуть Ри.
– Ты сама только что сказала – он по-прежнему любит меня.
– Да. Но ты… Ты могла бы сама выпить это зелье, о котором говорила, и…
– Нет! – решительно мотнула головой караванщица.
– Но ты думала об этом?
– Нет, – опустив голову на грудь, Сати вздохнула. – Мне, видимо, суждено быть вечной невестой…
– Мне тоже, – вздохнув, чуть слышно прошептала Мати.
– У тебя еще нет своей судьбы!
– Зато есть дар предвидения. Так что…
– Но почему! У меня хотя бы есть причина… А ты…
– А я – дура, влюбившаяся в повелителя небес! – на одном дыхании выпалила девушка.
Но уже через мгновение, поняв, что каким-то непонятным, неведомым ей самой образом, когда она меньше всего этого хотела, выдала свой самый страшный секрет, вскрикнув: – Ой! – зажала ладонями рот, с ужасом глядя на подругу. – Ты… Ты ведь никому не скажешь? – едва слышно пролепетала она.
– Конечно не скажу, – Сати приблизилась к ней, прижалась.
– Ты… Ты, наверно, считаешь меня полной идиоткой…
– Почему? Господин Шамаш… Он… В Него влюблены все женщины и девушки каравана, да что там каравана – всего мира!
– Со мной все иначе… Другие чтят в нем бога, а я…
– А для тебя Он – друг.
– Вот именно… – тяжело вздохнула дочь хозяина каравана, не скрывая своей грусти.
– Мати… Мати, послушай меня. В этом… В этом чувстве нет ничего страшного!
Ничего дурного. Ведь любовь это… Это тоже служение. Высшее служение.
– Ты так думаешь?
– Я знаю. Слушай… А ты говорила с Ним…
– Что ты, что ты! – поспешно зашикала на нее девушка. – Это невозможно! Так нельзя!
– Ну что такого в том, чтобы…
– Как ты не понимаешь! Да, конечно, если бы Он был обычным человеком… Даже не обычным, но человеком, я не стала бы таиться, я бы давно открылась, попыталась бы зажечь его своей страстью, своим огнем, может быть, воспользовалась бы даже тем, что мой отец – хозяин каравана, а, значит, мой муж будет его наследником и преемником. И вообще… Если бы он не любил меня, я бы заставила его полюбить!
– Какая ты, оказывается! – Сати глядела на подругу с восхищением.
– А что? Что? Мы живем в тяжелое время! Нужно быть сильной! Нужно бороться за свое счастье! Но… – вновь вздохнув, она опустила голову на грудь. Ее плечи поникли. – Мое сердце замирает при мысли о боге, не человеке. И я бессильна что-либо изменить!
– Господин Шамаш всегда относился к тебе по особенному… Он… – она не решилась сказать того, о чем подумала, но слов и не нужно было, когда Мати думала о том же.
– Он любит меня.
– Но тогда…
– Так только хуже. Он любит меня как старший брат маленькую сестру, которая всегда рядом, за которой нужно постоянно присматривать, спасая от бед, от самой себя. И которая вечно будет в его глазах малышкой…
– Но вы ведь не брат и сестра. А одно чувство может перерасти в другое…
– Никогда! Этого никогда не случится!
– Почему!
– Потому что Он – супруг Матушки метелицы!
Прикусив губу, Сати кивнула, соглашаясь. На это ей было нечем возразить. Госпожа Айя – слишком грозная соперница. И всем известно, как сильно Ее чувство к богу солнца. Богиня снегов не сдастся без боя. Она могущественна. И горе ее сопернице.
– Подружка, у тебя вся жизнь впереди. Ты еще встретишь на своем пути кого-нибудь…
Наш караван – это ведь не весь мир. И то, что здесь, рядом нет твоего суженного, значит лишь, что он где-то еще… Не знаю, может быть, в одном из тех городов, через которые нам предстоит пройти. Какой-нибудь воин, страж, который ради тебя покинет оазис и станет караванщиком. Или богатый купец, который купит для тебя право остаться в городе. Или даже сам Хранитель…
– Сати, я вижу, ты хочешь помочь мне, успокоить, но… Разве это возможно? Как можно полюбить кого-то другого? Как вообще можно полюбить человека, когда любишь бога? И вообще, – она стерла с лица слезы, горько всхлипнула, – давай не будем больше об этом. Пожалуйста!