Чтение онлайн

Дождь начал стихать, и когда поле боя вновь открылось для обзора, на стенах в отблесках молний развевались черные флаги Империи.

– Две тысячи солдат из резерва на усиление, - приказал Шахрион.
– Арбалетчиков на стены - никто не должен выбраться из города. Да, половину некромантов тоже неплохо бы отправить на штурм, пускай поддерживают бойцов - вражеские чародеи скоро отойдут.

– Я лично поведу их,– заявил Гартиан. – Ты можешь говорить про резервы все, что хочешь, но я устал стоять и ничего не делать. Пора размять мои старые кости.

***

Со стороны ворот слышались крики и шум битвы, которые быстро стихли. По коридорам гулко разносился топот множества ног, и Ритон с довольным выражением лица замер возле двери. Она распахнулась рывком - на пороге комнаты стоял Мирол, его меч был окровавлен, кровь стекала и по сюрко.

– Я смотрю, что все прошло не так гладко, как мы рассчитывали?
– поинтересовался он.

– Достаточно легко, ваше величество. Ваша охрана ожидает, - он отодвинулся и указал на воинов гвардии, замерших в коридоре.

– Прекрасно, полагаю, нам стоит поприветствовать совет. Прошу вас, достойные воины, сопроводить меня в зал для собраний.

Они прошли сквозь дворцовые залы будто нож, сквозь масло, безжалостно подавляя слабое сопротивление, которое пытались оказать немногочисленные сторонники его брата.

Однако двери в зал совета оказались заперты. Возле них толпились гвардейцы, орудовавшие большим столом вместо тарана. Получалось у них достаточно бодро - деревянные створки трещали и гнулись, и должны были пасть с минуты на минуту.

– Остановитесь ненадолго и передохните.
– Приказал Ритон, подходя к двери.

Он постучал кулаком по меди, оковывающей дерево.

– Благороднейшие члены совета, я знаю, что вы там, советую открыть двери добровольно. Поверьте мне, когда гвардейцы ворвутся, они будут крайне сердиты по причине перенапряжения сил, и им очень захочется выместить накопившееся раздражение на ком-нибудь, кто подвернется под руку. И мне что-то подсказывает, что этими кем-то можете оказаться вы.

– Да как ты смеешь нам угрожать, мерзавец!
– раздалось из-за двери.
– Тело твоего отца не успело упокоиться в земле, а ты выступил против законного наследника!

– Благороднейший Гирн, это же ты, по голосу узнаю. Я прощу тебе дерзостью и даже сохраню должность, если откроешь. Ты ведь любишь следить за казной, так и продолжай заниматься сим достойнейшим делом, зачем ты лезешь в дела, которые не понимаешь?

– Сдохни, тварь!

Ритон со вздохом отошел от двери.

– Я не понимаю подобной упертости. Чего же они хотят добиться, неужели благороднейшим советникам так не терпится стать мучениками? Но я не настолько кровожаден. Ломайте дверь, советников брать живыми.

Дверь и те, кто за нею укрывались, продержались недолго, и когда все было кончено, Ритон вошел в залитую просторную комнату с круглым столом и, осторожно переступая связанных советников, подошел к столу. На нем покоился золотой венец, выполненный в виде обруча, усыпанного березовыми листьями, выточенными из крупных изумрудов, с огромным рубином в центре.

Принц взял его и поместил себе на голову.

– Венценосец умер, да здравствует новый венценосец, - усмехнулся он.
– Препроводите сих достопочтимых господ в место, подходящее их достоинству - в темницу. И подготовьтесь, утром я хочу выступить перед народом.

***

Гартиан влетел в раскрытые ворота подобно разъяренному дракону и скрылся внутри города.

– Твоя победа почти в кармане, - грустным тоном произнесла Тартионна.

Императрица смотрела на обреченную столицу Радении и на ее глазах наворачивались слезы.

– Что с тобой?
– спросил Шахрион.
– Тебе жалко их? Жалко тех, кто желал смерти нашему народу, тебе и мне, нерожденному ребенку?

– Их не жалко, - грустно ответила советница.
– Но сколько невинных погибнет сегодня во время штурма?

– Невинные гибнут всегда, - жестко ответил Шахрион.
– Но, по крайней мере, их число будет куда меньшим, чем при обычной войне между двумя венценосцами. Мои солдаты не станут насиловать женщин и убивать детей. Без приказа. Я еще поудмаю, стоит ли отдавать его, или нет.

Тартионна всхлипнула, наблюдая за тем, как новые и новые отряды исчезали за стеной. Ее ладонь обхватила ладонь императора.

– Пожалуйста, остановись, умоляю тебя, любовь моя.
– Женщина приблизилась к нему вплотную.
– Ненависть убивает твою душу, откажись от нее.

– Эта девка смеет указывать тебе, будешь терпеть?!– раздался ехидный голос Тени, которая, видимо, достаточно согрелась. – Давай, ударь ее, ты же хочешь этого!

Лицо Шахриона окаменело.

– Любимый, что с тобой?
– Тартионна коснулась ладонью его щеки.
– Скажи что-нибудь.

– Врежь!

– Владыка?

– Сделай ей больно, ну же!

Голоса слились в один непрекращающийся шум, и Шахрион отстранился от жены.

– Хватит!
– закричал он, зажимая уши руками.

Тартионна тотчас же бросилась к нему.

– Что случилось?

Император обнаружил, что сидит на земле, тупо глядя в пространство, голова раскалывалась, а в ушах стоял звон, очень похожий на прощальный хохот. Тени снова нигде не было, и ярость, столь внезапно овладевшая им, испарилась неведомо куда.