Чтение онлайн

Женщина неторопливо прохаживалась меж рядов, время от времени останавливаясь, чтобы прочитать имя на на потускневшей от времени табличке. Наконец, она определилась, и, скинув заплечную суму на землю, присела рядом со старой обветшалой могилой в центре кладбища.

На уставшем лице появилась отвратительная ухмылка, рука исчезла в котомке и появилась вновь. Один за другим на свет появились странные приборы - длинный серебряный нож, несколько склянок с мутной жидкостью, лист пергамента, испещренный вязью затейливых букв, несколько свечей, огниво.

Женщина развернула пергамент и зажгла свечи, чихнула, когда слабый аромат благовоний достиг ее носа, прочистила горло и начала читать заклинание.

Древние страшные слова поплыли над кладбищем, в котором стало еще темнее - лишь две точечки света разгоняли непроглядный мрак. Он струился, словно туман, обтекая чернокнижницу, и ей казалось, что ног коснулась чья-то мягкая, но холодная рука.

В темноте промелькнул неясный силуэт и Гирна, не глядя, плеснула вокруг себя жидкостью из колбы. При этом она не переставала читать и с каждым предложением голос чародейки все повышался. Некромантка чувствовала радость - миссия почти завершена. Еще чуть-чуть и ее часть узора будет соткана, а в том, что остальные справятся, она не сомневалась ни на миг.

И вот тогда...Тогда исиринатийцы наплачутся горючими слезами!

Да, Черный Властелин оказался достойным правителем, не слабаком и трусом, как его отец и дед. Он не побоялся применить запретные чары, чтобы обрушить свою ярость на врагов! Служить такому правителю - честь! Отдать за него жизнь - радость!

Тьма подступила еще ближе, и колдунья зажгла еще одну свечу.

Какое неспокойное кладбище... Она не осилила и половины листа, а уже приходится применять дополнительные защитные чары. Но это и хорошо, значит, с последней точкой нет ошибки.

Содержимое еще одной склянки улетело во тьму и стало немного легче дышать.

Гирна не представлял, чего стоило императору подготовить все необходимое для ритуала. Сперва надо было найти подходящие деревни, в которых, к тому же, не появлялись бы высокие братья - одного мага света, за версту чуявего некромнатию, хватило бы, чтобы запороть дело. После этого владыка должен был подготовить редчайшие ингирдиенты, заколдовать листы пергамента, сделанного из человеческой кожи, выделить деньги и дорожные припасы, надежно укрыть все это богатство в Стоградье и найти верных людей, готовых рисковать жизнью, чтобы исполнить волю повелителя.

Годы подготовки - и все ради сегодняшней ночи!

Лист пергамента неотвратимо приближался к концу и в голосе чернокнижницы появились торжественные нотки. На последних строках она отложил пергамент, и взяла в руку нож.

Тот, кто решит воспользоваться дарами Матери, может получить многое, но ему всегда приходится платить. А великая магия требует великих жертв. Например, крови. Последние слова женщина не читала, а выкрикивала в антрацитовую черноту, обрушившуюся на нее со всех сторон. Лишь было закончено заклинание, как серебряный кинжал, направляемый опытной рукой, прошелся по тонкому бледному запястью, и тягучая темная кровь закапала на лист, испаряясь при касании.

Страшные слова, нанесенные кровью, налились карминовым цветом, запульсировали. Ледяной ветер пронесся, задувая свечи, и кладбище погрузилось во мрак, из которого на некромантку накинулись сотни незримых рук. Они хватали, тянули, рвали. Шепот превратился в раскатывающийся под небесами хохот, и на мгновение женщина увидела в непроглядной тьме силуэт неимоверно прекрасной женщины, завернутой в саван, а затем неведомая сила сжала ее сердце и раздавила его.

Последнее, что успела Гирна сделать, умирая, так это мерзко хихикнуть. Пусть так, неважно. Скоро гибель ее родителей и брата будет отмщена. Леопарды, а за ними и волки ответят за свои преступления.

***

Место, в которое прибыл император со своим верховным магом, считалось географическим центром Стоградья, и было оно весьма непростым. В старые времена здесь располагалась эльфийская усыпальница, которую, конечно, со временем разграбили и, используя древние камни в качестве стройматериалов, возвели церковь Брата.

Вот только не прижилась та посреди небольшой рощицы - сгорела на третий год своего существования. Но жрецы оказались упорными людьми и повторили попытку снова, затем еще раз. Лишь когда храм рухнул в четвертый раз, они забросили негостеприимное место. Постепенно крестьяне вырубили деревья и растащили камни, а о том, что некогда тут хоронили перворожденных, а после и жрецов, все позабыли. Остался только небольшой холмик - напоминание о старых временах.

Посреди этого холмика Шахрион с Гартианом и подготовили все необходимое для завершения запрещенного ритуала. Справились они быстро, и уставший император наконец-то сумел забыться беспокойным сном. Пробуждение было резким и неприятным, будто кто-то вылил ведро ледяной воды. Шахрин, рывком сел, жадно вбирая воздух ртом.

По его коже тек липкий пот, в висках стучало, будто с похмелья, а перед глазами все плыло.

– Пить, - прошептал он, но лич услышал.

Тотчас же в руках великого мага появилась пузатая фляга без крышки, горлышко которой тотосторожно приложил к губам побелевшего владыки. Шахрион с трудом сделал несколько глотков, и ему стало чуть-чуть легче - зелье подействовало.

– Началось?

– Д-да, - с трудом кивнул император.

– Хорошо.
– Сказав это, лич достал сундук.
– Открывай.

Шахрион с большим трудом достал карту и разложил ее строго в центре большой магической фигуры, начертанной золотым песком. Сам он рухнул рядом.

С каждой секундой становилось все хуже, голова кружилась, мысли путались, волнами накатывала тошнота. Император как будто бы наблюдал за собой со стороны. Он видел невысокого полного человечка в комичной черной мантии, скорчившегося над листом кожи, на котором наливались силой и пульсировали красные точки.

Этот человек достал длинный острый нож из обсидиана и поднес его к кисти левой руки. Одно движение, и ритуал - страшное древнее заклинание, применявшееся всего один раз в истории, - будет завершен. Сила вырвется на свободу.

Что он испытвает, обрекая целую провинцию на судьбу, что страшнее смерти? Страх? Жалость? Сомнения?

– Быстрее! – ворвался в голову голос лича.
– Времени мало!

Перед глазами троилось, удерживать содержимое желудка становилось все труднее, а в голову одна за другой лезли бредовые мысли.