Путь в Беловодье
Шрифт:
– Так ты что, Казика не видел даже?
– Нет.
– Откуда тогда знаешь, что он родился?
– Мне сообщили.
– О, Вода-царица! Стен, ты так спятишь.
– Похоже, не успею. Надеялся, правда, что ты поможешь. Однажды ты мне уже спас жизнь. Вот и подумал… вдруг и теперь…
– Помолчи. – Роман поднялся.
Стен смотрел на него с надеждой. Колдун коснулся ладонью лба Стеновского, потом его ожерелья. Положил руки Алексею на плечи. И тут же отдернул ладони. Его как будто током ударило.
– Лешка, – с трудом выдавил Роман. – Я не знаю, как с этим справиться.
Он вновь набулькал стаканы до краев и вновь заговорил на спирт.
– За Надю выпьем, – предложил Роман. – Чтоб земля ей пухом была.
– Земля пухом? – переспросил Стен. – Так ты…
– Что я? Что с Надей? – вскинулся Роман.
– Это ведь там было…
– Погоди, что с Надей! Отвечай! Ну! Она жива? – На миг водный колдун позабыл обо всем, о собственных колдовских строжайших правилах и запретах. Но тут же опомнился. – Нет! Не говори. Нельзя. Сам вспомню.
– Послушай, хватит дурака валять! Я расскажу…
– Молчи! – закричал Роман и махнул рукой. Стен лишь беззвучно шевельнул губами – колдун лишил его голоса. – Молчи, иначе все испортишь. Собьешь. Я сам. Только сам. Мне подсказки не нужны. Ни от кого. Время только нужно.
Он вновь махнул рукой, и голос к Стену вернулся.
– Ну конечно, у тебя времени много, – съязвил Алексей. – И про Юла ты соврал. Ведь ты ничего не помнишь, значит, и про брата…
– Слушай, иди ты со своей логикой знаешь, куда… Лучше выпей!
– Почему я не могу тебе подсказать?
– Да потому что колдун по подсказке не колдует. У каждого особый взгляд.
– Я ничего искажать не буду. Расскажу все, как было. Клянусь жизнью Казика, нигде не совру.
Роман вздохнул:
– Верю. Но чужими глазами смотреть на мир не могу. Даже твоими.
– А еще говоришь, что я упрям! Сам-то!
– С тебя беру пример. Итак, план действий. Из кабинета ни на шаг. Жратву сюда носить буду и воду для умывания. Биотуалет куплю. В стены кабинета вделаны водные зеркала, ты можешь на них кидаться, жечь ментальным усилием, все что угодно делать – ничего у других не заберешь. – Роман поднялся, обошел кабинет, решая, как еще обустроить жилище для странного гостя. – На двери тоже наложу заклятия. Чтобы без моего разрешения отсюда ни ногой. Иначе ты меня во время колдовского сна до костей изгложешь. А потом мою Тину прикончишь.
Лицо Алексея передернулось.
Колдун наполнил до краев оба стакана.
– Если так дальше пойдет, мне через день-другой конец. Только в больницу меня не вези. Не хочу, – попросил Стен.
– Так ты ко мне что, умирать явился?
– Ну, вроде того.
– А Лену бросил? Дурак.
Стеновский не протестовал. Роман выпил фальшивую водку залпом без тоста. Хотелось захмелеть. Станет проще. Жить будет легко, умереть еще легче.
– Ты не можешь умереть, – пьяно затряс головой Роман. – Это не болезнь. Это – колдовство. Уж поверь, я с колдовством справлюсь. Вот только вспомню все.
Тина появилась на пороге. На плечи накинула халатик. Шелк ночной рубашки – очень дорогой – на груди и бедрах вспыхивал солнечно под жадным взглядом стосвечовой лампочки.
– Долго сидеть будете? – спросила обиженно.
– Всю ночь! – Стен мгновенно вскочил, подался вперед и сделал глубокий вдох.
Тина пошатнулась и схватилась рукой за стену.
– Хватит! – рявкнул колдун и выбросил вперед руку в заградительном жесте.
Улыбка скривила губы Алексея:
– Ты подарил ей ожерелье.
– Забудь! Я тебя к ней не подпущу!
– Мальчики, в о чем? – девушка тряхнула головой, приходя в себя.
Роман достал из буфета третий стакан, наполнил до краев, шепнул заклинание, подтолкнул в сторону Тины.
– Пей.
Она послушно сделала глоток, и сразу дыхание прервалось, будто глотнула чистейшего спирта. По жилам побежала горячая волна. Ноги подкосились, Тину повело в сторону, неведомая сила толкнула в бок, и она поспешно опустилась в кресло. Мысли разом утратили четкость и поплыли, причудливо закручиваясь, будто чернильное пятно в стакане с водой. Сделалось жарко и легко. Губы сами нелепо зашлепали, выталкивая слова. Мозг им не указывал. Набор звуков. Роман не слушал.
Тина не обижалась. Кто она такая, чтобы ее слушал сам господин Вернон. Ассис…тен…т…ка. Подумаешь, не велика птица! Хорошо, что не гонит. А вдруг прогонит? Вдруг? Нет, нет, он не такой… Ее потянуло в сон, веки отяжелели и сами собой закрылись. Она еще слышала какие-то звуки, что-то бормотал Роман, Стен отвечал ему, булькала вода, наполняя стаканы вновь. А более ничего не стало. Сон поглотил все.
Роман поднял Тину на руки и вынес из кабинета.
Глава 5
Необходимость воспоминаний
«Проснуться в шесть!» – отдал себе приказ колдун, засыпая.
И, как только часовая стрелка на старинных часах в кабинете доползла до назначенной цифры, и захрипел старый механизм, колдун открыл глаза. Голова была тяжелая, будто в самом деле с похмелья. Оторвать ее от подушки казалось задачей почти неразрешимой.
«Неужели я так безобразно надрался вчера?» – подивился колдун.
Спустился вниз, заговорил стакан пустосвятовской воды – не на водку, на снятие хмеля – и в мозгу прояснилось. Но все равно какая-то муть осталась, и время от времени возвращалась тошнота.
«Вредная какая!» – отметил про себя колдун.
А хорошо, что есть у него река… Ах, как хорошо…
Воспоминания о прошлом годичной давности пришлось отложить на время: Роман решил заняться осколками обруча. Собственную спальню пришлось срочно переоборудовать в кабинет – находиться рядом с вампиром в период колдовского транса у господина Вернона не было никакой охоты.
На дверь и окна комнаты наверху были наложены дополнительные заклинания. Но требовалось еще изготовить водные зеркала. Занятие сложное, почти самое сложное для водного колдуна. Накануне столь ответственного дела не стоило напиваться даже водой.